ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В начале нынешнего года Ребекка Беджер из южной Калифорнии обратилась к Кеворкяну по «Интернету». Ребекка страдала рассеянным склерозом и после того, как стала принимать сильнодействующие препараты, впала в глубокую депрессию. Иного средства прекратить эти мучения, кроме как смерть, Ребекка не видела. Выслушав ее, Кеворкян согласился содействовать. Но предварительно порекомендовал ей ознакомиться с его книгой «Блаженство запланированной смерти». Ребекка, а вместе с ней и ее двадцатидвухлетняя дочь Кристи книгу прочли. После чего дочь согласилась с решением матери, дала ей, как сейчас говорит, «разрешение умереть».

В июле Ребекка и Джек встретились. К тому времени известная всей Америке «машина смерти» – три баллона и часовой механизм – была запрещена, и Ребекке предстояло воспользоваться введенными в ее вены шприцами. Хотя при таких обстоятельствах смерть обычно наступает через 20–40 секунд, Ребекка агонизировала несколько минут. Успокаивая ее дочь, помощник Кеворкяна Нил Никол – торговец медикаментами, лицензии на обслуживание пациентов не имеет – шутил: «Не беспокойтесь. Мы еще никого не спасли». В реестре пациентов Джека Кеворкяна Ребекка Беджер значится под номером 33.

Смерть ее обернулась скандалом. Любица Драгович, главный медицинский инспектор графства Окленд, штат Мичиган, где разворачивались события, заявил: при вскрытии тела Ребекки никаких признаков рассеянного склероза не обнаружено. «Несмотря на симптомы недомогания, – сказал инспектор, – она не была больна. Ее легкие, печень, почки были в прекрасном состоянии. Никаких признаков заболевания не обнаруживают также центральная нервная система, мозг и позвоночник».

Обратились за консультацией к доктору Джоанне Мейер-Митчелл, еще в 1988 году поставившей Ребекке диагноз «рассеянный склероз». Она признала, что это одна из тех болезней, при диагностике которых ошибки, к сожалению, нередки. «Оглядываясь назад и учитывая результаты вскрытия, – сказала она, – приходишь к выводу, что эта женщина ушла из жизни из-за психического расстройства».

Через месяц после Ребекки к Кеворкяну обратилась Джудит Каррен. Сильнейшее ожирение и депрессия. В реестре «Доктора Смерть» она значится под номером 35. Все тот же главный медицинский инспектор Любица Драгович, проведя посмертное обследование, сказал: «Серьезных признаков какого-либо заболевания обнаружить не удалось. Медицинских оснований для содействия в самоубийстве не было».

Пациенты между тем продолжали добиваться внимания Джека Кеворкяна. Через несколько дней после смерти Джудит Каррен полиция, ворвавшись в номер гостиницы, где Джек уже приготовился помогать Исабель Корреа, сорвала их встречу. Но Исабель прожила всего на один день дольше – Кеворкян обслужил ее в своем фургоне, внеся в реестр под номером 40. А полиции и двум прокурорам, желавшим помешать самоубийству, адвокат Джека вчинил иск на 25 миллионов долларов «за нарушение гражданских прав» Кеворкяна и Исабель Корреа.

Любица Драгович помощь Джека Кеворкяна в трех этих самоубийствах назвал убийствами. Того же определения считает он, заслуживает большинство акций этого доктора. Через руки Драговича прошли тела 29 самоубийц, получивших помощь Джека Кеворкяна. О 24 из них, заметил главный медицинский инспектор, можно с уверенностью сказать: они не были безнадежно больными и вовсе не стояли на пороге смерти, пока их пути не пересекались с Джеком Кеворкяном. Но почему тогда «Доктор Смерть» не сидит в тюрьме? Потому что нет пока ни у общества, ни у судебных властей признанных стандартов для оценки ситуации, когда врач содействует больному уйти из жизни. Американская медицинская ассоциация, объединяющая большинство медиков США, категорически против какой-либо врачебной помощи в приближении смерти. Во всех ее комментариях на перипетии вокруг Джека Кеворкяна звучит одно: врач должен лечить, а не убивать.

Не согласны с этой позицией не столько врачи, сколько представители закона и некоторых общественных организаций. Их главный аргумент: люди вправе распоряжаться и своей жизнью, и своей смертью, вправе делать выбор – умирать самому или обратиться за помощью к врачу в надежде на то, что тот облегчит их страдания. Чаще всего в таких случаях вспоминают 14-ю поправку к Конституции США, гарантирующую неприкосновенность личной жизни граждан.

Вот почему Джек Кеворкян, находясь в перманентном конфликте с правосудием, всякий раз выходит победителем. Сразу же после того, как в его «душегубке» умерла Джанет Адкинс – первая пациентка или первая жертва? – Кеворкяну предъявили обвинение в убийстве. А через 10 дней окружной судья Джералд Макнэлли снял обвинение, не найдя «свидетельств того, что Кеворкян планировал или стал причиной смерти Адкинс».

Сомнения в том, что Джек Кеворкян имеет дело только с неизлечимо больными, появились уже тогда, когда он помог уйти из жизни третьей своей пациентке – Марджори Уонц, страдавшей от болей в области таза. Вскрытие показало: Марджори была физически здорова, но, находясь в депрессии, принимала сильное снотворное, которое «могло вызвать суицидальные стремления».

Медицинский совет штата Мичиган приостановил действие докторской лицензии Кеворкяна, а большое жюри графства Ркленд предъявило ему обвинение в убийстве. Джек апеллировал и, оставшись на свободе, продолжал свою практику, Забегая вперед, скажу, что через два года он выиграл этот процесс и был оправдан. Но до того, как это произошло, законодатели штата приняли закон, запрещавший оказывать содействие самоубийцам. Поддержал этот закон собственным указом и губернатор штата Джон Энглер. Джек Кеворкян эти законы проигнорировал и попал в тюрьму. Там он объявил голодовку протеста, а через две недели был выпущен. Принимая решение о его освобождении и снятии всех обвинений, окружной судья Ричард Кауфман признал закон о запрете помощи при самоубийствах неконституционным: «Конституция, – сказал судья, – защищает право на самоубийство, а уж совершать ли его в одиночестве, или при чьем-то соучастии, не столь важно».

И, наконец, главное событие последних месяцев, которому аплодировали Джек Кеворкян и его единомышленники. В Сан-Франциско федеральный апелляционный суд девятого округа отменил закон штата Вашингтон, по которому помощь медиков в самоубийстве считалась преступлением, и подтвердил право человека «самому решать, когда и как умирать». Решение это распространяется на девять западных штатов, но может повлиять на судебные приговоры по всей стране. Член апелляционного суда Стивен Рейнхард так истолковал принятое решение: «14-я поправка к нашей Конституции гарантирует личную свободу, которой вправе воспользоваться ответственный взрослый смертельно больной человек, почти проживший жизнь. Он больше заинтересован в том, чтобы выбрать достойную и гуманную смерть, чем в конце своего пути впасть в детство, стать беспомощным».

52
{"b":"49666","o":1}