ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Благодаря работе группы Туторского им не пришлось изучать динамику изменения объема, фотографировать флуктуации свечения биотозы или определять интенсивность газообмена. Заозерский смог сразу же приступить к исследованиям биопотенциалов, возникающих в полимере. Опыт был простым. Восемь серебряных пластин с припаянными проводниками накладывались на разные участки биотозы. Для более плотного контакта на каждую пластину помещался небольшой груз. Эрик, устанавливавший электроды, немного волновался. Но все сошло отлично.

Вся измерительная аппаратура была установлена за бетонированным рвом. Эрик сильно устал, ползая по скользким лепесткам биотозы.

Отирая лоб, он сказал Заозерскому:

- Страшная это штука, биотоза!

- Почему? - удивился Заозерский.

- Так. Страшная...

Они помолчали. Каждый о своем. Однако раздумывать было некогда. Эксперимент показал, что биотоза живет интенсивной электрической жизнью. Величина токов для материалов подобной структуры оказалась необычайно большой.

- В живой материи не может быть таких токов, - сказал биофизий Суренога, разглядывая снятые с потенциометров кривые.

- Такое впечатление, будто в ней проложены медные провода и по ним пропускается ток, - Добавил кто-то из присутствующих.

Феномен аномальных биотоков заинтересовал ученых, и они углубились в его детальное изучение. Хохрин ходил вокруг биотозы, следуя за очередным исследователем, закреплявшим серебряные пластинки на поверхности полимера.

- Ради бога полегче! - кричал он снизу и морщился, словно электроды касались его обнаженного сердца. - Эй, вы, товарищ, мистер, господин! Не нажимайте так сильно!

Эрик углубился в обработку данных. Картина была интересной, но непонятной. Заозерского интересовал вопрос, как можно связать биотоки Души Мира с "эффектом взаимонаводки". Несмотря на большой статистический материал, эта связь оставалась неразгаданной, если она вообще существовала.

- В чем дело? - спросил у Эрика Заозерский. Они стояли на террасе и наблюдали, как итальянцы играли в пинг-понг. Самым резвым оказался шестидесятилетний профессор Терма. Он вел двенадцатую партию без поражений.

- Нужно решаться, - ответил Эрик. - Сначала анализ, потом синтез. Биотозу нужно анализировать. Ее нужно резать. Только поняв структуру этого полимера, можно надеяться, что мы поймем его функции. Все остальное - пустая возня.

- Но ведь уже была попытка? И кажется неудачная?

- Да, попытка была. Но... там были особые обстоятельства. Арефьев мог в конце концов ошибиться.

- Это, наверное, очень опасно, - заметил Заозерский.

- Я тоже это чувствую, но никак не могу понять почему. В конце концов чем это может повредить нам, людям?

Вопрос остался без ответа. Заозерский молчал.

- Чем это может повредить всем людям и нам в том числе? говорил на вечернем совещании Норка Дерди, венгерский химик и философ. - Мы должны попробовать. Если биотоза ставит эксперименты над людьми, почему человек не может ответить ей тем же? Имеем мы право на эксперимент или нет?

- Дело не в праве, - возразил Заозерский. - Речь идет о возможных последствиях активного воздействия на биотозу. Разве мы знаем, с чем имеем дело?

- Заколдованный круг! Для того чтобы узнать биотозу, нужно ее анализировать. Но, для того чтобы анализировать, нужно знать, что такое биотоза! - рассмеялся Суренога. Разгорелся спор. Эрику вспомнились бесконечные дебаты во Дворце науки.

- Завтра мы попытаемся взять пробу, - внезапно сказал он.

Это было неожиданно для него самого. Но авторитет создателя Души Мира был для всех непререкаем. Заозерский с интересом посмотрел на Эрдмана.

- Этот опыт имеет два аспекта,- сказал Эрик.- Во-первых, чисто научный. Нужно знать, что представляет собой сейчас биотоза. Во-вторых, социальный. В этом случае речь идет о пресловутой самостоятельности биотозы. Действительно ли она способна на самооборону, сопряженную с опасностью для людей, или она, попросту говоря, всего лишь медуза, функции которой связаны с гоносферой. Мы должны проверить.

Категорическое заявление Эрика вызвало сначала недоумение, а затем бурную дискуссию. Но Эрик знал, что его слово сняло ответственность со всех присутствующих ученых, в том числе и с руководителя партии Заозерского...

Под утро, задолго до рассвета, Заозерский зашел в комнату Эрика. Молодой ученый сидел перед раскрытым окном и смотрел на светящуюся громаду биотозы. Одеяло на постели Эрдмана было нетронуто.

- Волнуешься? - спросил Заозерский.

- Нет, - спокойно сказал Эрик. - Вспоминаю. Оказалось, есть что вспомнить...

Запах дыма сигареты Эрика смешивался со свежим воздухом утра, плывущего в окно.

- А что Арефьев? Его так и не нашли? - неожиданно спросил Заозерский.

- Нет.

- А в чем там дело? Я ведь знаю только по слухам о ваших... злоключениях.

Эрик молчал. Было видно, что ему трудно говорить.

- Не подумай, что я любопытствую... - заметил Заозерский.

- Я не думаю, - быстро прервал его Эрик. - Просто так вышло. Сережа... он был очень неровный. Очень сильный и очень слабый. В той ситуации, в которой он оказался, удары пришлись по его слабым местам.

Эрик помолчал, потом тихо заметил:

- Мне иногда его здорово не хватает. Хотя в последнее время мы сильно не ладили, но он...

Эрик не досказал, Заозерский вежливо помолчал.

- Так как же наш сегодняшний эксперимент? - бодрым голосом сказал Заозерский. - Может, отложим?

Эрик посмотрел на него.

- Нет, - сказал он, подумав. - Надо действовать. Все равно этот эксперимент неизбежен.

Надо действовать!

...Операцию должен был произвести робот АИ-27. Маленький легкий автомат напоминал школьный ранец, помещенный на узкие металлические гусснииы. Ученые у пульта управления, установленного прямо в поле, со смешанным чувством тревоги и надежды наблюдали за движениями робота. Когда-он тронулся, Эрик поднял руку, словно хотел остановить машину, и тут же смущенно опустил ее. Оператор, передававший команду, с удивлением посмотрел на Эрдмана и отвернулся.

Машина легко катилась по пыльной дороге, поблескивая хромированными суставами металлических рук. Тусклое солнце лоснилось на ее оранжевом колпаке. "В Москве сейчас уже глубокая осень, - неожиданно подумал Эрик, - листопад. А здесь лето в разгаре".

44
{"b":"49688","o":1}