1
2
3
...
17
18
19
...
53

Это не противоречило действительности. В любом случае, если цель дяди была не совсем той, о которой он заявил, ему ничего не стоило самому раздобыть нужные сведения в банке, поскольку он являлся старшим родственником Джейн мужского пола.

Она кивнула. Матушке это вряд ли понравилось бы, но в общем-то решение было вполне разумным.

– Я немедленно принесу его, дядя.

Но Гарольд, похоже, уже утратил к ней всякий интерес, и Джейн покинула кабинет со спокойным сердцем. Теперь, когда дядя Гарольд знает, что она не собирается разорять его своими тратами, он наверняка о ней снова надолго забудет, что ее вполне устраивает. Дядя едва ли одобрит ее интерес к скандально известному картежнику мистеру Деймонту.

Впрочем, она и сама им больше не интересуется.

Совсем не интересуется..

Далтон повел Этана окружным путем в полукруглую комнату, располагавшуюся на мансардном этаже клуба. Открыв дверь, он жестом пригласил гостя войти.

– Мой секретный кабинет, – важно объявил он.

– Секретный? От кого же? – полюбопытствовал Этан. – Я всего полдня, как вступил в клуб, и уже знаю о нем.

– Совершенно справедливо, – подтвердил Этеридж с иронией. – Пожалуйста, присаживайтесь.

Хотя Этану до смерти хотелось рухнуть в кресло или вытянуться со стоном на диване и полежать подольше, он не позволил себе поддаться соблазну. После поединка с Куртом.

– Благодарю, я лучше постою. – Этеридж сел и скрестил руки на груди.

– Почему вы мне не доверяете, Деймонт? – Этан спокойно встретил его взгляд.

– Почему вы не доверяете мне?

Внезапно Этеридж как-то странно улыбнулся. Если бы Этан не наблюдал, как важный лорд добреет в присутствии своей прелестной жены, то вряд ли принял бы смягчение линии его подбородка за выражение благодушия. Но он в своей оценке не ошибся.

– Милорд, мне кажется, я являюсь идеальным пополнением для вашей партии и могу оживить ее деятельность.

К его огромному удивлению, Этеридж кивнул:

– Мы потеряли в этом году много хороших людей, так что, думаю, свежая кровь поможет нам с оптимизмом смотреть в будущее.

– У вас что-то случилось?

Этан не был уверен, хочет ли он в действительности знать о гибели кого-то из «лжецов». Он предпочитал не думать о бренности жизни и не загадывать, сколько еще ему осталось жить на свете.

Этеридж аккуратно сложил руки на столе.

– У нас в клубе работал один человек, не являвшийся «лжецом». Джеком был неплохим парнем, но враг каким-то образом нашел к нему подход. В итоге Джеком выдал имена и адреса большинства людей, прежде чем понял, с какой целью собираются использовать эти сведения. Когда люди стали гибнуть, он перестал передавать информацию и попытался вернуться к нам. Думаю, он искренне раскаялся, но было уже поздно. Я слышал, что он плохо кончил: его нашли в Темзе. – Этан нахмурился:

– Джеком? Я думал, что предателя звали Денни. – Этеридж состроил гримасу:

– Он никогда не входил в наш круг; он был обычным слугой, не умевшим держать язык за зубами.

– Неужели бедный Денни тоже найдет свой конец в Темзе? Что вы за кровожадный народ, «лжецы»!

Этеридж склонил голову:

– А вам что за печаль?

Здравствуйте! Кому же не хочется знать, в какую сторону бежать, если придется спасать свою жизнь.

– Да так. Просто интересно, только и всего. – Этеридж вдруг подался вперед, и его жутковатый взгляд стал почти прозрачным.

– Деймонт, есть кое-что еще, о чем я не упомянул.

– И что это?

– Шпионы бывают разные. Одни внедряются в такие дома, как у Мейвелла, в качестве гостя или слуги и ведут наблюдение, докладывая в мельчайших деталях обо всем, что происходит.

– А, так вот чем мне предстоит заняться! – Этеридж медленно покачал головой:

– Не угадали. Я хочу сделать вас двойным шпионом. – Лоб Этана прорезали морщины.

– Двойным? Как это?

Уголки рта его собеседника дрогнули в неприметной улыбке.

– Я хочу, чтобы Мейвелл завербовал вас для сбора сведений в пользу французов и вы, выяснив, что представляет собой его организация, стали снабжать его ложной информацией с нашей стороны.

Этан вдруг почувствовал отвращение.

– Я и Мейвелл? Но ему-то это зачем? – Этеридж пожал плечами:

– Полагаю, он тоже догадывается, что вы обладаете полезным сочетанием талантов.

Этан сделал глубокий вдох.

– Первый вариант мне куда больше по нраву. Я очень хорошо умею наблюдать.

На этот раз он не лгал. К тому же, если бы ему поручили просто вести слежку, он мог бы не спускать глаз с леди Джейн и других дам с целью обеспечения их безопасности.

Этеридж откинулся на спинку кресла:

– Что ж, понаблюдайте сначала, если вам так хочется. И все же я не сомневаюсь, что Мейвелл очень скоро попытается перетянуть вас на свою сторону. Если он сделает вам такое предложение, примите его. Зайдя так далеко и получив отказ, Гарольд вряд ли позволит вам остаться в живых.

Этан невольно поежился.

– Откуда вам это знать? – Этеридж вздохнул.

– В подобном случае я и сам был бы вынужден пойти на крайние меры. Мы никого не подпускали и не подпускаем к себе, не удостоверившись прежде в абсолютной лояльности, ни одного человека.

«Кроме вас».

Этеридж не произнес этих слов вслух, но Этан каким-то шестым чувством все равно их услышал.

– Если вы пытаетесь меня запугать, то напрасно теряете время. – Он пожал плечами. – Мне страшно с самого утра, когда я только вошел в этот клуб.

– Хорошо. – Этеридж кивнул. – Оставайтесь и дальше в том же состоянии: возможно, это позволит вам выжить.

Этан, не сдержавшись, покачал головой:

– Вы фанатик, вам это известно? Для таких людей, как вы, в мире есть только два цвета: черный и белый. Мы хорошие, они плохие, даже если они такие же, как мы.

Этеридж посмотрел на него сквозь полуопущенные веки:

– Способность видеть полутона может оказаться для вас весьма полезной, если только вас прежде не ликвидируют.

Этан фыркнул.

– И какова же в наши дни продолжительность жизни двойного агента?

Этеридж внезапно усмехнулся, затем опустил взгляд на свои ладони.

– Полагаю, мы скоро это выясним, не так ли?

Несмотря на не внушающую оптимизма реплику Этериджа, Этан поймал себя на том, что вторая половина дня в «Клубе лжецов» доставила ему некоторое удовольствие. Вместе с Коллисом, Филиппой, сыном Филиппы Робби и Фишером его пригласили на кухню отведать приготовленного Куртом каплуна в вине. Но и тут одна мысль не давала Этану покоя. Как мог человек, еще недавно столь близкий этим людям, вдруг стать их врагом? Что заставило их изменить мнение о нем?

– Эти парни, Джеком и Денни... – Филиппу передернуло.

– Пожалуйста, не упоминайте при мне мистера Джекома. После того, что он со мной сделал, я до сих пор не могу поднимать голову, как прежде.

– А что он с вами сделал?

– Повесил на коньке крыши на моем же галстуке. Премного благодарна.

Этан вытаращил глаза:

– На галстуке?

– Это длинная история. – Робби усмехнулся:

– С Флип разделались, как с мужчиной. – Этан наморщил лоб:

– Ты называешь свою мать Флип? – Филиппа вздохнула:

– История становится все длиннее и длиннее.

– Когда-нибудь мне все же хотелось бы её услышать. – Этан улыбнулся. Но тут Коллис толкнул его под столом ногой. – Это не флирт. – Этан метнул на него сердитый взгляд. – Мы просто разговариваем!

Филиппе вдруг стало смешно.

– Вы можете флиртовать со мной хоть весь день, я вряд ли это замечу. Меня учтивости никто не учил.

– Ладно, если этот тип Джеком под запретом, может, вы тогда расскажете мне о Денни?

Коллис прищурился.

– Он работал у меня камердинером, а раньше работал у Джеймса.

– А до него, прошлой весной – у сэра Саймона! – прибавил Фишер.

Этан удивился:

– Трое хозяев за один год? Боже праведный! Могу представить, как чувствует себя человек, которого нигде не ценят и отовсюду гонят. Неужели он был совсем никудышный слуга?

18
{"b":"4971","o":1}