1
2
3
...
20
21
22
...
53

– Хм, интересно. – Мейвелл выпустил очередное облако дыма, скрывшее почти все его лицо, за исключением колючих глаз. – Пожалуй, нам пора сменить тему. Скажите, вы когда-нибудь посещали бордели в районе Вестминстера?

Этан покачал головой:

– Я всегда отдавал предпочтение заведению миссис Блайт.

–Ну, ко мне это не относится, – проворчал Мейвелл.

– Не относится?

Мейвелл с некоторой досадой надул губы.

– Я хочу сказать, что не владею этими заведениями. – Ого! Этан навострил уши, но при этом постарался не выдать проснувшегося интереса.

– Я и не догадывался, что вы занимаетесь подобным бизнесом, милорд. – Надо же, а ведь у папаши пять дочерей. – И как? Вы находите его прибыльным?

Мейвелл крякнул.

– В финансовом плане ему еще предстоит окупиться, но в целом... – Он развел руками, и хитрое выражение его лица сказало, что тут есть выгода куда привлекательнее денежной. Интересно, в чем она? Вряд ли Мейвелл получает от этого одно лишь духовное удовлетворение.

Наконец Этан решился:

– Какая же в этом выгода?

– Информация, – коротко бросил Мейвелл, указывая куда-то вверх зажженной трубкой. – Единственная реальная власть в мире состоит именно в информации. Кто знает больше, тот и побеждает.

Этан недоверчиво фыркнул.

– Получается, это занятие в некотором роде познавательное? Уж не заставляете ли вы ваших голых пташек читать мысли своих клиентов?

Мейвелл ухмыльнулся:

– Вы удивились бы, узнав, за что платят некоторые из этих джентльменов и как это на них действует.

Этан припомнил свои энергичные сексуальные развлечения.

– Искренне сомневаюсь, что меня чем-нибудь можно удивить. – Он скромно улыбнулся. – Выходит, дамы, распространяя на клиента свои чары, попутно собирают информацию, я прав?

Мейвелл самодовольно кивнул.

Вестминстер... центр британского правительства. Две палаты парламента, караул, министерство внутренних дел, глава по вопросам национальной безопасности и военной экономики...

– Блестяще, – сказал Этан завороженно. – Просто блестяще. – Умная, отзывчивая женщина способна выудить много полезного из уставших от работы, измученных рутинной суетой чиновников.

«Осторожно! Ты же не знаешь, что Мейвелл – предатель».

Этан сосредоточил взгляд на ногтях.

– Значит, вы у нас шантажист?

На этот раз пришел черед Мейвелла удивиться. Он сначала опешил, потом порозовел от негодования.

– Ну уж нет, только не шантажист!

– Тогда зачем? Зачем вам вся эта информация? – Неожиданно Мейвелл подался вперед и положил кулаки на середину стола.

– Деймонт, вы человек многочисленных талантов и имеете опыт в некоторых сферах жизни, в которых я должен признать себя профаном. Вы умны, проницательны и не обременены сентиментальностью.

– Благодарю, – произнес Этан, отводя взгляд. – Надеюсь, это действительно так.

– Я бы мог найти применение такому человеку, как вы, поверьте. – Глаза Мейвелла теперь горели каким-то странным светом.

Ну вот и дождался. Только, похоже, теперь его демонстрация апатии произвела действие, обратное тому, на которое рассчитывал Этан.

– Не уверен, что понимаю, о чем речь, – буркнул Этан с беспокойством.

Мейвелл раздвинул губы, и его улыбка напомнила гостю зубастую улыбку хищника.

– Отлично понимаете. Вы ведь сами пришли ко мне, помните? Как думаете, почему? Неужели вы считаете, что по чистой случайности забрели в мой дом в тот день?

Этан пожал плечами:

– У меня имелись свои основания. – Мейвелл усмехнулся:

– Мне это известно. К счастью, ваши друзья из «Клуба лжецов» смогли найти лишь документы, касающиеся миссии, на которую я в любом случае возлагал мало надежд.

Этан похолодел. Итак, Мейвелл знает. Никогда еще не нуждался он так остро в своем умении профессионального игрока в покер скрывать эмоции.

– Послушайте, я не являюсь завсегдатаем «Клуба лжецов».

Мейвелл демонстративно сцепил перед собой пальцы, и его жест напомнил Этану Далтона Монморенси, хотя трудно было представить двух более непохожих людей.

– Мистер Деймонт, у меня нет желания ставить вас в неловкое положение, но, если позволите, я расскажу вам о ваших друзьях. – Мейвелл важно поднял палец. – Во-первых, они действуют под прикрытием джентльменского клуба, во-вторых, вербуют агентов из разных сдоев общества, что вызывает мое искреннее восхищение. В-третьих, они знают обо мне почти столько же, сколько я знаю о них.

Этан проглотил вставший в горле ком. Мейвелл и впрямь мог соперничать с Химерой.

– Красивая сказочка. – Он постарался, чтобы его голос не дрожал. – Хотелось бы мне знать, о чем вы толкуете.

Мейвелл кивнул:

– Разумеется, вы узнаете. Я не собираюсь вынуждать вас предавать товарищей...

Вероятно, на лице Этана промелькнуло что-то, ибо Мейвелл вдруг прищурился:

– Ага, значит, пока еще они не товарищи. Интересно. Неужели я нашел человека, который не проявляет к хозяину собачьей преданности? Если вы не любите своего хозяина... тогда он должен держать вас на очень коротком поводке. – Неожиданно Мейвелл по-доброму улыбнулся Этану. – Я мог бы обрезать для вас этот поводок.

Этан сидел не шелохнувшись. Он явно недооценил лорда Мейвелла, да и Далтон тоже. Полученное только что предложение заставило его душу сжаться от тоски. Он так ненавидел, когда его дергали за веревочки, не важно, с какой целью!

– У меня нет хозяина. – Это было все, что он сумел выдавить из себя.

Мейвелл смерил его долгим взглядом.

– Пожалуй, нет, с тех самых пор, как вы сбежали от своего отца. От этих слов Этана передернуло, и Мейвелл не пропустил это незначительное движение. Выражение его лица изменилось.

– Деймонт, вы считаете, что нас – вас и меня – разделяет целый мир, но, уверяю вас, под ярлыками, наклеенными на нас обществом, мы очень схожи. Я был третьим сыном, без всякой надежды на достойное существование, и рос с мыслью, что не имею ни малейшего шанса стать тем, кем мог бы стать. Ни настоящего титула, ни сколько-нибудь, значимого состояния, ни земель – ничего, что позволило бы мне добиться реальной власти. Пустой титул, присваиваемый каждому сыну герцога, подвесил меня между небом и землей. Я даже не мог заняться предпринимательством, ибо в противном случае вызвал бы презрение господ своего круга. – Мейвелл хмыкнул. – Впрочем, мой круг... Более никчемных людей я в жизни не встречал.

Услышав собственные мысли из уст Мейвелла, Этан испытал странное чувство, словно увидел перед собой не опасного шпиона, а свое отражение в зеркале. Он крепко зажмурил глаза, желая поскорее избавиться от гипнотической власти хозяина дома.

– Не сомневаюсь, что жизнь вашей светлости была очень трудной, – заметил он любезно.

Еще бы! Кому понравится быть подвешенным между небом и землей?

Этан и сам давно жил в подвешенном состоянии и уже забыл, что значит чувствовать под ногами твердую опору. Всю жизнь, сколько себя помнил, он был «кошкой, которая гуляет сама по себе». Его насильно вырвали из среды ему подобных, едва он научился говорить. «Я не хочу, чтобы мой сын разговаривал как уличный мальчишка, – то и дело слышал Этан слова отца. – Он должен разговаривать как лорд».

Потом его окружили плотным кольцом наставников, учителей танцев и фехтования и давали ему только то, что считал полезным отец. Это была аристократическая диета и воистину изысканное меню.

И все же учитель даже самого низкого дворянского происхождения стоял гораздо выше Этана на социальной лестнице и никогда не позволял ему забывать об этом. За деньги, которые платил его отец этим бедным джентльменам, они были готовы научить его всему, что требовалось, но больше всего преуспели в том, чтобы вложить ему в уши одну простую истину: сколько бы он ни старался, как бы упорно ни работал, как бы долго ни учился и ни тренировался, он никогда не станет одним из них.

Поскольку Мейвелл продолжал говорить, Этан заставил себя отогнать прочь бесполезные мысли и сосредоточиться на человеке, от которого зависела теперь его жизнь.

21
{"b":"4971","o":1}