ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но трудность состояла в том, что с базы решительно нечего было угнать в США. Устаревшие самолеты не представляли никакого интереса для американской разведки. Так и не обзаведясь приличными разведданными для продажи ЦРУ, Гнеденко решился все же на побег.

Через шесть часов болтанки во Флоридском проливе его катер был подобран береговой охраной США. Сотрудники ЦРУ в течение двух недель безуспешно пытались выжать из капитана хоть что-то ценное. Готовность перебежчика к сотрудничеству пустоты не восполняла. Быстро убедившись в практической бесполезности объекта разработки, ЦРУ сдало его на руки иммиграционной службе.

Времена были уже не те, когда каждому бежавшему из СССР автоматически предоставлялось политическое убежище, но проживание в США с ограниченными правами Гнеденко разрешили.

Разочарованию Валерия не было предела. Конечно, он не рассчитывал на хоромы с золотым унитазом, подготовленные персонально для него, но и кантоваться на улице без гроша в кармане - такое его тоже не устраивало. Гнеденко попытался приткнуться к какой-нибудь антисоветской газете или радиостанции, но пик "горбимании" еще не миновал, и всякого эдакого антисоветского становилось в Америке все меньше и меньше, а за уцелевшие места железно держались старые эмигранты.

Гнеденко перебивался случайными работами, не поднимаясь выше мойщика машин на бензоколонке, потом докатился до уличных грабежей, но и здесь не преуспел.

Так продолжалось до тех пор, пока однажды в Нью-Йорке, в Бронксе он не остановил черный "Крайслер", дабы ограбить его владельца. Тот шутя обезоружил незадачливого налетчика, затащил в машину, разговорил (Валерий сносно владел ходовым английским), потом накормил в ресторане и отвез к себе на квартиру.

Нового знакомого звали Кеннет Дорен. Сначал Гнеденко никак не мог понять, чем он обязан такому обхождению со стороны, по-видимому, состоятельного американца. На гомосексуалиста Дорен не походил, на благотворителя - тоже. Все разъяснилось, когда новый шеф закончил проверку и пригласил Валерия в свою группу. Решающим фактором для Дорена послужило то, что Гнеденко был русским. Ему позарез требовался русский, пусть он и не мог пройти даже половины предложенных тестов.

Гнеденко не поверил в осуществимость планов Дорена. Задуманное было беспрецедентным. Отвращала и чудовищная жестокость будущей операции, но он оказался меж двух огней. С одной стороны - безусловная и неизбежная смерть, с другой маячил миллион долларов. И все-таки не угроза жизни, а именно этот миллион повернул колесо. Перед взором Гнеденко качались и расплывались роскошные виллы, бассейны с голубой водой и заманчиво улыбающиеся блондинки. А если по пути надо будет перешагнуть через десяток-другой трупов, что с того? Человек смертен, в конце концов. Некоторые умирают раньше.

Так Валерий Гнеденко оказался на борту яхты "Феникс", только что выдержавшей страшный шторм в Мексиканском заливе.

Дорен остановился в дверях и обвел глазами свою команду. Он не сомневался в прекрасно подготовленных, умеющих действовать по собственной инициативе в любой непредвиденной ситуации парнях. Оружие было сложено на полу - превосходные итальянские штурмовые винтовки "беретта", сконструированные под современные малокалиберные патроны 5,56.

На стене кают-компании висела цветная схема - разрез русской подводной лодки-охотника "Барс", и каждый боевик мог с закрытыми глазами, разбуженный среди ночи, с точностью до деталей описать ее устройство. Они вызубрили не только расположение основных узлов, но и второстепенные подробности, вплоть до количества ступеней трапа.

- Как самочувствие? - энергично спросил Дорен. - Эта детская встряска не вышибла из вас боевой дух?

- Все о'кей, Кеннет, - лениво промычал лежащий на диване Курт Шеллер, вышвырнутый в свое время из бундесвера. - Если ты пришел только за этим...

- Не только, - оборвал Дорен. - Наши друзья в шести милях от нас. Пока все идет по плану нашего источника "Дайвер". Хватит дуться в карты, объявляю готовность.

Не дождавшись ответа, Дорен повернулся, взбежал по крутым ступеням на палубу и направился в рубку, оснащенную усовершенствованной гидроакустической аппаратурой. Перед экраном сонара сидел в наушниках Гэри Мангир и наблюдал за беспрерывно вращающейся полосой. Увидев Дорена, он снял наушники.

- Пока ничего, Кеннет.

Дорен потрепал его по плечу.

- Они здесь, Гэри, здесь... Скоро ты их поймаешь.

- Но и они нас.

- Ну и что? - хмыкнул Дорен, - мало ли кто болтается в Мексиканском заливе... Их может насторожить разве то, что у нас выключены двигатели.

- Кеннет! - взмолился акустик. - Если включить, я ничего не услышу.

- Да нет, не буду... - Дорен оглядел шкалы приборов.

- А какого черта русская субмарина вообще делает в Мексиканском заливе? - спросил Мангир. - Я думал, теперь Америка дружит с Россией...

Дорен цокнул языком.

- Дружба дружбой, но порох надо держать сухим, да, Гэри? Ты полагаешь, наших подводных лодок нет в Северном море? Мексиканский залив стратегически важный район. Конечно, они не заходят в территориальные воды...

- Смотри, Кеннет!- прервал Матр. На экране показалась светящаяся точка.

- Это они. - Дорен хлопнул ладонью по столу. - Поточнее определи координаты, скорость и направление. Подберемся как можно ближе. - Он щелкнул тумблером переговорного устройства, соединенного с кают-компанией. - Валерий, поднимайся на палубу.

Гнеденко встретил Дорена на корме, освещенной узким конусом прожекторного луча. Он заметно нервничал.

- В такой темнотище не то что подводную лодку, собственную задницу не найдешь, - пожаловался он.

- Не беспокойся. Не ты их, а они тебя найдут, - заверил Дорен. - Сейчас мы прямо у них на курсе.

Принесли снаряжение Гнеденко, состоящее из стандартного спасательного жилета, автоматически надувающегося при контакте с водой. Вмонтированный в ворот жилета радиомаячок импульсами подавал SOS на международной частоте. Так как других кораблей в радиусе добрых двадцати миль не было, Валерия должны были подобрать русские моряки. По крайней мере "Дайвер" обещал это.

Гнеденко облачился в жилет, попрыгал, проверяя, не звенит ли и не брякает то, что не полагается обнаружить спасателям.

- Ну... Давай, - Дорен напутственно похлопал Валерия по спине. - Не могу сказать, что с нами Бог, но уж дьявол-то нас не оставит, тем более в темноте Господь ничего не разглядит... - Он коротко рассмеялся.

Спустили трап. Гнеденко перелез через фальшборт, задержал дыхание и бросился в мрачные вздымающиеся волны. Оранжевый жилет раздулся. Голова Валерия исчезла за пределами светового круга.

Дорен поднес ко рту микрофон.

- Самый малый вперед.

Разбуженные дизели вздрогнули, заворчали.

Яхта удалялась наперерез порывистому ветру. Когда было пройдено около мили, Дорен приказал заглушить двигатели и погасить огни.

Тридцатиметровая субмарина "Барс" двигалась на север вдоль девяносто пятого меридиана на глубине сорока метров. Скорость не превышала пятнадцати узлов, возможности "Барса" были гораздо значительнее, но командиру лодки капитану 1-го ранга Борису Зимину не требовалось экстремальных режимов. Напротив, он хотел остановиться и провести совместно с энергетиками профилактический осмотр пароэнергетической установки реактора - его тревожили слишком уж разухабистые показания манометров. Само по себе это не представляло опасности: в случае серьезных неисправностей система управления и защиты реактора СУЗ автоматически сбросит между компенсирующими решетками стержни аварийной защиты. Но до этого лучше не доводить, "Барс" и так выбивался из графика автономного плавания.

Повинуясь команде Зимина, носовой горизонтальный руль чуть отклонился в плоскости, и лодка поднялась до тридцати пяти метров. Всплывать здесь нежелательно: акустики заметили неподалеку небольшое суденышко. Судя по размерам, это всего лишь прогулочная яхта, но она находится подозрительно близко.

53
{"b":"49715","o":1}