1
2
3
...
22
23
24
...
62

Джулия тяжело вздохнула.

– Мне пора в усадьбу, – выдавила она из себя.

– Но почему? – разочарованно спросил Маркус.

У Джулии защемило сердце. Она растерянно взглянула на Маркуса.

– Я должна вернуться домой…

Маркус молча отплыл подальше от нее, давая ей возможность выйти на берег. То, что он не остановил ее, удивило Джулию. По-видимому, ее представление о Маркусе было ложным. Мужчина, о котором грезила она, не дал бы ей уйти.

«Нет, Маркус все правильно сделал, – возразила она себе. – Он не стал останавливать меня, потому что я сама должна была принять решение. Я ведь хочу отдаваться, а не чувствовать, что меня берут силой».

Да, Маркус действовал безупречно, и Джулия почувствовала к нему непреодолимое влечение. Он уважал ее, и это было самым главным.

Маркус тем временем внимательно наблюдал за Джулией, которая медленно шла к берегу. Может быть, ему следовало остановить ее? По выражению ее глаз он понял, что она хочет его. Маркус мог бы воспользоваться этим, но не стал навязываться Джулии.

Да, конечно, он мог бы проявить инициативу, но это ни к чему не привело бы, поскольку Джулия, по-видимому, решила не вступать с ним в интимную связь, несмотря на свое влечение.

Маркус напомнил себе, что его цель состоит вовсе не в том, чтобы залезть под юбку к этой женщине. Он должен втереться к ней в доверие, разузнать у нее с помощью лести то, каким образом она стала ученицей и наследницей Лисы.

Коснувшись дна, он подождал, пока холодная озерная вода остудит его жар. Услышав плеск за спиной, Маркус машинально обернулся. Джулия ждала от него защиты, и он должен был обеспечить ее безопасность.

Однако никого постороннего рядом не было. Джулия уже наполовину вышла из воды и теперь, наклонившись, выжимала свои густые длинные волосы. На ее сосках дрожали капли, похожие на алмазы. От этой картины у Маркуса перехватило дыхание. Холодная вода не могла остудить его пыл.

Джулия откинула назад волосы и, запрокинув голову, помотала ею. При этом ее высокая грудь соблазнительно затрепетала. Джулия была как никогда прекрасна. Ее роскошное тело обладало удивительной гибкостью. Повернувшись, Джулия вышла на мелководье, высоко поднимая колени.

Сердце Маркуса бешено колотилось. Он не мог отвести взгляд от покачивавшихся, манящих бедер Джулии. Поднявшись на берег, она наклонилась, чтобы поднять с земли свою одежду. Дрожь пробежала по телу Маркуса. Он закрыл глаза, чтобы унять волнение. Но ему было трудно успокоиться. Перед мысленным взором Маркуса стояла соблазнительная картина.

– Вам нездоровится, сэр? – раздался с берега голос Джулии.

Маркус сдержанно кашлянул. Он давно уже не испытывал такого сильного возбуждения. Он невольно вспомнил хорошенькую горничную, в которую был влюблен в двенадцатилетнем возрасте. Тогда, как и сейчас, он сходил с ума от страсти.

– Может быть, вам нужна помощь?

О Боже, от ее голоса у него все сжималось внутри!

– Со мной все в порядке, миледи, – тяжело дыша, промолвил он. – Я просто… наступил на острый камень.

Маркус осторожно открыл один глаз и увидел, что Джулия уже полностью оделась. Просторное платье скрывало ее великолепную фигуру.

«Надо быстрее выходить из воды», – решил Маркус.

Видя, что он направляется к берегу, Джулия повернулась спиной к озеру.

– К сожалению, я захватила всего лишь одно полотенце, – извиняющимся тоном промолвила она. – Если хотите, можете вытереться моим.

Неужели она хотела добить его? Как он мог в таком возбужденном состоянии вытираться полотенцем, от которого пахло влажной обнаженной женщиной?

Быстро надев на мокрое тело поношенную рубашку и штаны, Маркус взял сапоги и зашагал вверх по тропинке.

– Я должен вернуться на постоялый двор, – бросил он через плечо.

– Не делайте глупостей, – остановила его Джулия. – Уже поздно, оставайтесь на ночь в усадьбе.

«Нет, она определенно задумала убить меня», – решил Маркус. Он хотел отказаться от ее приглашения, поскольку знал, что ее гостеприимство может спалить его дотла.

«Ты находишься здесь на задании, – сказал он себе. – Поэтому должен остаться в усадьбе на ночь».

Джулия с удивлением посмотрела на находящегося в замешательстве Маркуса.

– Вы можете лечь спать в комнате братьев Игби, – сказала она.

– Благодарю вас, миледи, – выдавил из себя Маркус. – Я высоко ценю ваше гостеприимство.

Джулия усмехнулась:

– Пустяки, не стоит благодарности.

Маркус не мог оторвать глаз от ее губ. Чувственные, полные, притягательные – какую тайну они скрывали?

Маркус понял, что от возбуждения у него путаются мысли. Внезапно неподалеку мелькнула чья-то тень.

– Игби? – окликнула вышедшего на берег озера слугу Джулия. – Что-то случилось?

Подхватив юбки, она побежала навстречу лакею. Маркус поплелся вслед за ней, но, услышав тревожные нотки в голосе Джулии, разговаривавшей с Игби, он ускорил шаг.

Джулия и Игби остановились у черного хода, который вел на кухню.

– Вы уверены, что сейчас в доме нет никого из посторонних? – спросила Джулия.

– А разве в дом кто-то проник? – вмешался в разговор запыхавшийся Маркус.

Игби кивнул. На его веснушчатом, бледном лице читалось выражение озабоченности.

– В некоторых комнатах все перевернуто вверх дном, сэр, – сообщил он.

– А вы уверены, что злоумышленник не затаился где-нибудь в доме? – спросил Маркус.

Джулия с недовольным видом посмотрела на него, и Маркус понял, что вмешивается в чужие дела. Это было поместье Барроуби, а не Рейвенклифф, его родовое гнездо. Здесь Маркус был гостем и одновременно… шпионом.

Маркус насупился, пытаясь обуздать свои эмоции и разобраться в сложившейся ситуации. Впрочем, леди Барроуби была вполне способна сама решить все проблемы.

Она распорядилась, чтобы слуги, вооружившись ножами и топорами, прочесали весь дом. Маркус вынужден был признать, что она вела себя очень хладнокровно. Он на ее месте, несмотря на грозившую опасность, ринулся бы обыскивать дом вместе с прислугой.

– Пусть только кто-нибудь попробует напасть на моих людей, – шептала Джулия, прислушиваясь к доносившимся из дома звукам.

Наконец Беппо помахал им из окна верхнего этажа, и они вошли в дом.

Переступив порог кухни, Джулия огляделась вокруг. Мег в это время должен был уже готовить ужин. Но в печи не горел огонь, а на холодной плите стояли пустые кастрюли.

Джулия направилась в вестибюль, надеясь, что Игби по своему обыкновению преувеличил размеры постигшего их бедствия.

Но здесь ее ждала неприглядная картина. Вся парадная лестница и вестибюль были завалены обломками мебели и осколками фарфора. Похоже, кто-то крушил все подряд в приступе бешеной ярости. Двери, ведущие в комнаты, были распахнуты настежь, все вещи в них перерыты.

В коридорах толпились слуги. Все они были ошеломлены произошедшим. Увидев хозяйку усадьбы, Беппо устремился к ней, протягивая осколок любимой фарфоровой вазы покойного Олдоса.

– Что это может означать, миледи? – с недоумением спросил он.

Джулия знала ответ на этот вопрос. Кто-то хотел дать понять, что за хозяйкой поместья следят. О ней собирали сведения и не скрывали этого. Джулия не сомневалась, что это были члены «Королевской четверки». Кому еще нужно держать ее в напряжении?

Олдос предупреждал жену, что ей будет нелегко отстоять место в «четверке», и оказался прав.

Скрестив руки на груди, Джулия глубоко задумалась. Если Кобра, Лев и Сокол полагают, что ее может испугать взрыв в уборных на территории усадьбы или разгром в доме, то они ошибаются. Эти люди не понимают, с кем имеют дело.

Она ободряюще улыбнулась слугам.

– Все в порядке, – промолвила Джулия. – В комнатах не было ничего ценного.

Олдос, слава Богу, научил ее держать всю информацию, касающуюся тайной деятельности, в голове, а не на бумаге.

– Однако надо убрать мусор, – продолжала она. – Пусть братья Игби принесут холщовые мешки, а горничные заметут в них сор. Мы с вами, Пиклз, осмотрим испорченные вещи. Кое-что из них еще наверняка можно спасти, починить или отремонтировать. А вы, Мег, отправляйтесь на кухню. Ужин никто не отменял.

23
{"b":"4972","o":1}