1
2
3
...
23
24
25
...
68

– А вы знаете, что тетушка Клара тоже хорошо рисует, сэр Торогуд? Прямо как настоящий художник!

Клара бросила на девочку недовольный взгляд, и бедняжка смущенно умолкла. Клара чувствовала себя ужасно, потому что Китти была ее любимицей и, очевидно, старалась помочь Кларе в ее «охоте» на сэра Торогуда. Но сейчас ей меньше всего хотелось, чтобы обсуждали ее способности к рисованию.

– Ах, моя мазня не представляет никакого интереса в сравнении с рисунками сэра Торогуда, – произнесла Клара с притворной улыбкой. – Вот вы, сэр, просто гений! Настоящий мастер! Эти карикатуры так талантливы и остроумны! Я слышала, сам принц не оставляет без внимания ни одного вашего рисунка!

Лицо Далтона исказила гримаса страха.

«Поделом тебе, обманщик».

– Очень бы хотелось, чтобы вы что-нибудь нарисовали прямо сейчас, не правда ли, Би?

Беатрис ей поддакнула, предвкушая возможность превзойти свою соперницу миссис Тигарден. Повесить у себя в гостиной рисунок сэра Торогуда было бы весьма удачным ходом. Конечно, у Би уже имелось несколько рисунков, небрежно засунутых неизвестно куда, но едва ли Клара могла сейчас сказать об этом.

– Я все утро копировала один из ваших рисунков, сэр Торогуд, даже сильно устала, – сказала Китти. – Как вам удается нарисовать так много одинаковых рисунков для газеты?

– Они не все нарисованы от руки, Китти, – объяснила Клара. – Оригинал отправляется к граверу, который вырезает линии на металлической пластине, которая затем заправляется чернилами и используется для печати.

Спохватившись, Клара умолкла, но, подняв глаза, увидела, что все смотрят на нее с удивлением. У сэра Мошенника одна бровь поползла вверх, а Беатрис замерла, не донеся вилку с едой до рта.

Даже Китти была изумлена:

– Тетушка Клара, откуда вы все это знаете?

Ой! Ну как она могла допустить такой идиотский промах?

– Я… я однажды заходила в редакцию газеты… поместить объявление. И там обо всем этом узнала. – Пора было менять тему. – Сэр, пожалуйста, расскажите нам, как вы начали рисовать! У кого учились? У Акерманна?

– О, я вообще не учился, – беспечно произнес Торогуд. – Я всегда чувствовал, что формальное обучение только испортит мой стиль.

Испортит его стиль? Вот негодяй! Она, всю жизнь мечтавшая стать профессиональным художником, сейчас хотела испортить нечто большее, чем его стиль!

Далтон уже был готов покинуть этот дом. Здесь явно ничего не знали об Уодзуэрте. Разве что он был безупречным соседом.

Каждый раз, когда он затрагивал эту тему, миссис Симпсон переводила разговор на него самого, видимо, считая, что он будет польщен ее вниманием.

Ее усердие пугало. Никогда еще Далтона не преследовали с таким упорством. Эта женщина была как терьер, не ослабляющий хватку до полного издыхания. Замечательная черта для его коллег, но совершенно непривлекательная в любовнице.

На самом деле в этой небольшой чрезмерно декорированной столовой, под прицелом взгляда маленькой и столь же чрезмерно разодетой хищницы, его начала мучить настоящая клаустрофобия.

Он вынужден был дождаться, пока дамы не поднимутся из-за стола, но как только представилась возможность, стал целовать дамам ручки на прощание.

– Очень не хочется покидать вас, миссис Трапп, миссис Симпсон, но эмоции, которые я испытываю в вашем обществе, буквально переполняют меня и вынуждают вернуться домой.

Послышался саркастический смешок. Далтон поднял глаза и встретился со взглядом миссис Симпсон, выражавшим лишь искреннюю преданность.

– Прошу вас, сэр, приходите почаще. Не выразить словами, какое наслаждение знакомиться с вашим искусством. Когда снова придете, будете рисовать для нас. Обещаете?

Глядя на него, Клара хлопала ресницами. Далтон готов был поклясться, что эта глупышка вообще ничего не видит.

– Ах да, конечно! В следующий раз.

Повернувшись, он принял у дворецкого свой плащ и шляпу и был уже в нескольких шагах от двери, когда его окликнула миссис Трапп:

– Сэр Торогуд! Клара говорит, что ей хотелось бы завтра прогуляться в Гайд-парке. Не могли бы вы ее сопровождать?

Пораженный плохими манерами миссис Трапп, Далтон помедлил с ответом. Женщина в восторге захлопала в ладоши:

– Ах, как замечательно! Из вас получится прекрасная пара, я имею в виду… во время прогулки.

Черт побери! Вновь оказаться в обществе этой охотницы. Опять чувствовать себя, словно лиса, убегающая от гончей и ждущая, что та вот-вот вырвет из ее шкуры очередной клок. Далтон бросил взгляд на миссис Симпсон. Очевидно, миссис Трапп ничего не сказала невестке, поскольку та выглядела обескураженной.

Далтон поклонился ей. Что угодно, лишь бы выбраться из этого дома.

– Тогда до завтра, леди. Я заеду за вами в полдень? Спокойной ночи, мистер Трапп, дамы.

Далтон вышел из дома. Наконец-то он на свободе. По крайней мере до завтра.

При мысли о деле, запланированном на эту ночь, его шаг стал легче. Сегодня он должен вернуть мистеру Уодзуэрту некоторые вещи. Бумаги никоим образом не способствовали установлению личности Торогуда и все же доказывали, что Уод зуэрт один из тех, кто ведет грязную игру.

Несколько отстранение Далтон подумал: не встретит ли он сегодня Розу? И тут же поймал себя на том, что его губы тронула улыбка.

Клара осторожно пересекла чердак своего дома и перебралась на чердак дома Уодзуэрта, задержавшись лишь на мгновение, когда ее корзинка с яствами застряла между досками перегородки.

Единственная сальная свеча слабо освещала затененное пространство, но в ее мерцании она все же увидела Розу, опустившуюся на колени перед небольшим потрепанным ящиком.

– Как она? – Затаив дыхание, Клара опустилась на колени рядом с Розой, вглядываясь в раненую кошку.

– Пока еще дышит, мисс, но с того момента, как я здесь, ни разу не открыла глаза.

– Это моя вина. Если бы я не засмеялась, Уодзуэрт, возможно, не разозлился бы так сильно и не ударил ее.

Роза иронично хмыкнула:

– Такому, как он, не нужно повода, чтобы причинить боль животному. Это доставляет ему удовольствие. Вот и все.

«Какая ужасная у Розы жизнь!» – подумала Клара.

– Ты, наверное, считаешь неразумным переживать за бессловесное животное, когда вокруг страдают люди.

– Ну что вы, мисс! Вам жаль животное, потому что вы добрая, чего не скажешь о нашем хозяине.

Клара засмущалась, увидев бесхитростное восхищение, светившееся в глазах Розы.

– Это ты добрейшая душа, а не я.

Чтобы не смущаться самой и не смущать девушку, Клара отвернулась.

– Я принесла немного бульона для кошки, – сказала она. Клара достала из корзинки крохотный кувшинчик и поставила его рядом с ящиком.

Затем вытащила салфетку и перебросила через руку, изображая официанта в ресторане.

– А для пиршества, миледи, у нас есть чудесный пирог с почками и, конечно же, ваш традиционный шоколад.

Она обслужила Розу по первому разряду. Девочка хихикнула.

– Теперь, когда мы покончили с этим, я хочу, чтобы ты отправилась на наш чердак и немного отдохнула до моего возвращения.

Роза выглядела такой измученной. Но Клара почувствовала себя виноватой из-за того, что прежде всего она думала о том, что сегодня ночью вновь появится Монти, а встретиться с ним она хотела наедине. К тому же человек в черной полумаске лишь напугает Розу.

– Спасибо, мисс.

Роза принялась за еду. Клара переоделась горничной и снова бросила взгляд на кошку.

Несчастное создание было при последнем издыхании, но все еще дышало. Клара бережно приподняла ей голову с изодранными ушами и с ложки влила в рот немного бульона. Кошка глотнула.

Если она сможет есть, то выживет, Клара в этом не сомневалась. Она терпеливо, по капельке, ложку за ложкой, кормила кошку бульоном. Роза, покончив с едой, поблагодарила свою благодетельницу. Клара ответила ей рассеянно, поскольку все ее внимание было сосредоточено на медленно оживающем животном.

Наконец бульон закончился. По-видимому, еда настолько прибавила сил кошке, что та смогла даже облизнуться и, принюхавшись, лизнуть палец Клары шершавым язычком. Опустив голову бедолаги на немудреную подстилку, Клара поднялась с колен.

24
{"b":"4973","o":1}