ЛитМир - Электронная Библиотека

Этого нельзя допустить!

Он оттолкнул Алисию, резко поднял ее и бросил на ковер у камина.

Она неловко приземлилась на четвереньки и всхлипнула. Слишком поздно он вспомнил о ее поведении накануне вечером.

Потом он вспомнил все остальное.

Все – неправда. Она – лгунья.

Стентон встал с кресла. Она выглядела распутной и милой, и ему не хотелось ничего больше, как швырнуть ее на постель и остаться там навеки.

Боже, он был опасно близок к тому, чтобы потеряться в ней!

Он отступил, пытаясь выглядеть непринужденно, тогда как на самом деле обращался в настоящее бегство.

– Ты еще не пришла в себя после своих… тяжелых испытаний, – неловко произнес он. – Хочу, чтобы ты… Я вернусь…

Лорд Уиндем сдался и бежал. И однако, на какое бы расстояние он ни отдалялся от Алисии, он продолжал ощущать ее жар на своей коже.

Или, возможно, этот жар проник гораздо глубже – в самую душу.

Глава 25

После того как Стентон покинул их спальню, Алисия не могла оставаться здесь ни минуты. Стентон не вернется к ней, и этом она больше не сомневалась.

Она стала одеваться сама. Новые платья, однако, были сшиты для леди, которой никогда не приходилось самой застегивать пуговицы. Самым практичным оказался костюм для верховой езды, что навело Алисию на мысль о долгой прогулке верхом, возможно, такой, которая закончится далеко отсюда.

В конюшне она попросила оседлать для нее лошадь. Ей подойдет любая смирная кобыла. Когда-то она была хорошей наездницей, но теперь от седла отвыкла. Она не спеша выехала на мощенный булыжником двор и увидела громоздкую повозку, с грохотом выехавшую из-за угла большого дома, и, похоже, направлявшуюся к конюшне.

На облучке сидела закутанная фигура. Повозка приблизилась, и Алисия смогла разглядеть белые волосы, горбатую спину и яркие глаза с озорными огоньками.

Усталая лошадь остановилась сбоку от гравийной дорожки и мотнула головой, как бы пытаясь освободиться от поводьев.

Алисия посочувствовала бедному животному и взяла поводья, освобождая раненую пасть животного от узды. Кучер весело зааплодировал, как будто она сделала что-то ужасно умное.

– Ах, какая хорошая девушка!

Алисия искоса взглянула на него, но кучер уже довольно неуклюже слезал со своего сиденья на землю. Он закончил свой рискованный спуск и стоял, слегка пошатываясь, потом повернулся и одарил ее широкой улыбкой.

– Вот это то, что надо, милочка!

У Алисии была очень тяжелая ночь. И меньше всего ей хотелось, чтобы ее называл ласкательным именем какой-то странный – очень странный – мужчина. Она хмуро взглянула на типа.

– Если вы еще раз меня так назовете, я не останусь в долгу – напугаю коня, он встанет на дыбы и умчится со всем добром.

– Конечно, вы так и сделаете. И я вас не виню. У меня ужасные манеры, всегда такие были. – Он ухмыльнулся, нисколько не раскаиваясь. Крупные белые зубы сверкнули в многодневной бороде, и в глазах под кустистыми бровями засверкали огоньки. – Вы такой лакомый кусочек в этой обтягивающей амазонке, что я постараюсь вас не пугать. Я давно вышел из того возраста, когда ухаживают за пышногрудыми женщинами, но не устаю любоваться ими.

Алисия не смогла удержаться от смеха. Мужчина принял это за поощрение и поклонился. Господи, у него не горб, а ужасная сутулость. Похоже, будто он всю жизнь провел, склонившись над чем-то настолько интересным, что последствия этого занятия для фигуры его не волновали. Алисия могла представить себе этого человека читающим древний манускрипт или, возможно, разбирающим часовой механизм.

– Я – Форсайт, сумасшедший изобретатель и специалист по фейерверкам. – Он снова кивнул, непрерывно приседая. – Вот почему вы мне понравились, думаю. Вы похожи на свечу во мраке.

Алисия улыбнулась:

– Очень элегантный способ сказать, что у меня рыжие волосы.

Форсайт быстро поморгал, вглядываясь.

– Правда? Я ничего не могу рассмотреть под этими ужасными шляпками, которые вы, женщины, носите. – Он отвернулся и начал развязывать веревки, удерживавшие груз на тележке. – У вас нет никакого крепкого парня рядом?

Алисия состроила гримасу.

– Нет, моего крепкого парня нет рядом.

Мужчина оглянулся и внимательно посмотрел на нее.

– Ага, значит, он все-таки есть, и он дает вам жару.

Алисия положила руку на холку лошади.

– Задал жару, – лукаво согласилась она. – Я думаю, с меня уже достаточно.

– Ха! – Он повернулся к своим сложным узлам, казалось, дня не хватит, чтобы их развязать. – Вы с ума сходите по идиоту, жалко. Спорим, это крупный парень: высокий, темноволосый и опасный. Он, наверное, богат как Крез, и с титулом, потому что только такой мужчина может быть достаточно привлекательным, чтобы задать жару огненной богине, в то время как он должен стоять перед ней на коленях и молиться на нее.

Алисия улыбнулась при таком комплименте.

– Не то чтобы я была не согласна с вашей оценкой, но… откуда вы все это знаете? Вы знакомы с лордом Уиндемом?

Мужчина из-под мышки взглянул на нее.

– Уиндем? Так это он – ваш крепкий парень? – Он сильно потянул какую-то веревку – и все узлы развязались, веревки скользнули к его ногам. – Ну вот, дело сделано. Теперь мне и понадобятся сильные спины. – Он зашагал в сторону конюшни странными хромающими шагами, похожий на спешащего аиста.

Алисия осталась на месте, потому что боялась, как бы лошадь не сделала шаг – и тогда опрокинется весь груз. Не прошло и минуты, как мистер Форсайт вернулся из конюшни с несколькими «крепкими парнями».

Один из них взял поводья из рук Алисии, отступившей с дороги, чтобы с интересом наблюдать за тем, как они принялись разгружать ящики и коробки, а Форсайт давал им указания, прыгая и крутясь рядом.

– Нет, нет, ты, хам! Поосторожней! Ты что, хочешь, чтобы китайские ракеты взорвались, не взлетев в воздух?

После этого конюхи стали относиться к грузу с почтением, а мистер Форсайт присоединился к Алисии, наблюдавшей за действом.

– Так вы леди Алисия Лоуренс.

Алисия повернулась к мужчине. Вот оно снова, это странное представление у людей об Уиндеме и его окружении. Принц-регент знал о ней, знали «сирены», а теперь и этот человек. Более того, они, кажется, знали о самом Уиндеме гораздо больше, чем могли бы узнать из простых сплетен.

«Четыре всадника» – или как они там называются – становились все более таинственными с каждым мгновением. Принц Георг выразил свое неодобрение Стентону, объявив его лордом Хаосом. «Сирены» и их мужья оставались в тени, наблюдая и выжидая, чего – этого Алисия не могла себе представить.

А теперь и этот мужчина, только что прибывший, знал достаточно о ней и Уиндеме, чтобы сказать ей:

– Вы ему подходите. Он парень непростой.

Алисия вздернула подбородок:

– Я тоже, как говорят.

Уиндему, определенно, непросто… ну, принять ее. Нуждаться в ней. Любить ее.

– Вы хотите посмотреть на мое творение? – спросил Форсайт, по доброте душевной быстро меняя тему. Он смотрел на нее с симпатией, но без слащавости. Он отступил в сторону, с поклоном пропуская Алисию вперед. – Мы почти закончили, если хотите посмотреть.

«Творение» оказалось причудливым сооружением, установленным на дальнем конце лужайки перед особняком. Когда они подошли к нему, Алисии оно сначала показалось больше, чем было на самом деле, потому что выглядело очень странно. Как будто сказочный замок перенесли из какого-то места, где люди вполовину меньше, чем в этом мире.

Здесь было все: крепостной вал и фантастические минареты, окна с арками и даже красивый подъемный мостик через недавно вырытый ров, который слуги сейчас как раз наполняли водой.

– Это чтобы огонь не распространялся, – просветил ее Форсайт. – Мы не хотим поджечь ваши постели.

Алисия удивленно посмотрела на него:

– Вы собираетесь все это сжечь?

– Ага, – заплясал на месте Форсайт, широко размахивая руками. – Мы собираемся поджечь это!

48
{"b":"4974","o":1}