ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Оливия прекрасно сознавала, что брак с Дейном с умопомрачительной скоростью перенес ее из первой категории во вторую. Мисс Хакерман неожиданно оставила свои прежние насмешки. Теперь можно было подумать, что эта хитрющая девица была для Оливии лучшей подругой.

О Боже!

Оливии не терпелось поскорее уйти вместе с Дейном и уехать домой в карете, сидя так близко от него и – о, черт! – лорда Драйдена.

Господи!

Дейн поблагодарил ее родителей и велел подать карету. Выйдя на крыльцо, Оливия упивалась прохладой и тишиной после нудного вечера, проведенного в душных комнатах. Дейн с Маркусом стояли в холле, прощаясь с лордом Уиндемом.

И как это у Дейна хватает терпения стоять и о чем-то разговаривать, когда дома их ожидают такие восхитительно-порочные планы?

Дома. Как быстро изменились ее привязанности! С другой стороны, после смерти Уолта не осталось практически ничего, что бы связывало ее с семьей. Ничего, кроме долга.

Теперь у нее была новая семья. Дейн был ее семьей, и в скором времени у них появятся свои собственные детишки. Никогда, ни за что на свете она не станет отворачиваться от них, даже когда они будут плакать…

Ход ее мыслей неожиданно прервал оглушительный цокот копыт. По мостовой к ним приближался всадник. Оливия рассеянно завернулась в плащ, чтобы проезжавший мимо всадник не забрызгал ее. Незнакомец сильно рисковал, мчась в темноте с такой скоростью.

Интересно, сколько детей хочет Дейн?

Лично она хотела столько, сколько сможет родить. В конце концов, ей уже почти тридцать…

– Оливия!!!

Мощный удар сбил ее с ног, и девушка кубарем отлетела в сторону.

Мчавшаяся во весь опор лошадь задела Дейна, ударив грудью в плечо. Со всего размаху он упал на булыжники.

Голова его с противным треском стукнулась о мостовую. На мгновение перед глазами у виконта потемнело, сознание затуманилось, а в голове была только одна мысль – защитить ее. Он крепко прижимал девушку к груди, стиснув ее в кольце своих рук.

И тут Дейн почувствовал, что кто-то дергает его, пытаясь забрать у него Оливию. Он принялся слабо сопротивляться, оттолкнув предполагаемого налетчика.

– Гринли, ослабь хватку, старина. Ты превратишь ее в лепешку!

Кажется, это был голос Маркуса. Дейн заморгал изо всех сил, ничего не понимая и пытаясь прогнать черную пелену перед глазами. И вдруг он увидел Маркуса, Уиндема и Рирдона, склонившихся над ним.

– Дейн… можешь уже… меня отпустить.

Оливия распласталась на его груди и ловила ртом воздух, намертво зажатая в тиски его неистовых объятий.

– Он же сейчас раздавит ее!

– О Господи!

Дейн раскинул руки в стороны, выпустив девушку, и она мешком соскользнула на мостовую рядом с ним. Он попытался сесть, но внутри черепа будто кто-то с размаху саданул молотом по наковальне. Гринли прижал ладонь к голове, силясь отогнать серый туман, наползающий откуда-то сбоку.

– Оливия…

Совместными усилиями двое мужчин подняли виконта на ноги. Шатаясь из стороны в сторону, тот пытаася разглядеть Оливию, которая стояла на трясущихся ногах в объятиях Маркуса.

– Со мной все в порядке. – Она отпихнула Маркуса со слабой улыбкой. – Видите? Все на месте. – Она повернулась к Дейну. – Отведите его в дом, – решительно велела она.

Дейн изумленно заморгал, наблюдая, как трое могущественнейших мужчин в Англии не задумываясь выполнили приказ его жены. До чего удачный он сделал выбор! Вот уж сила духа так сила духа!

Вся честная компания снова вошла в Челтнем-Хаус. Дейн смутно сознавал, что матушка Оливии суетится где-то сзади, в то время как ее отец негодующе честит «этих хулиганов». Его уложили на диван в уже опустевшей к тому времени гостиной. Со свечой в руке Оливия опустилась рядом с ним на колени.

– Открой глаза, – приказала она. – Я хочу посмотреть, одинакового ли размера у тебя зрачки.

Дейну когда-то доводилось видеть, как лекари проделывают это.

– Ты знаешь, что делать? Не ожидал…

Несмотря ни на что, дар речи его не покинул. Правда, он поймал себя на том, что немного растягивает слова.

– В Челтнеме я была за доктора, если не считать местной повитухи, и знаю парочку полезных приемов.

Оливия деловито осматривала его, откинув волосы со лба и пощупав шишку на голове.

– Неужели, с твоим-то ростом, ты не мог приземлиться на более подходящую часть тела? – сухо промолвила она.

Рирдон подавил смешок, а Маркус рассмеялся в открытую. Неужели перед ним та же самая женщина, которая почти не раскрыла рта за обедом? Та, которая позволяла матери отчитывать ее на виду у всех?

Такой она ему нравилась. Деловая и уверенная в себе, точь-в-точь как тогда, когда тонула в Темзе. Настоящая виконтесса.

Гринли мягко убрал ее руку со своей больной головы.

– Я прекрасно себя чувствую. – Голос Дейна немного окреп. Оливия неохотно отстранилась от него.

– Ну что ж, этого всадника надо застрелить! – резко сказала она.

Дейн ничего не ответил, но взгляды, которыми он обменялся с тремя остальными мужчинами, говорили о том, что это происшествие однозначно будет расследовано. Несчастный случай? Может, да, а может, и нет.

Туман перед его глазами постепенно рассеялся. Дейн встал, на этот раз без посторонней помощи.

– Пожалуй, нам лучше отвезти тебя домой, – сказал он Оливии.

Она скрестила руки:

– Отвезти меня домой? Это не я клонюсь вбок, точно прошлогодний майский шест.

Дейн подавил ухмылку, но все же показал на дверь:

– Иди.

Испустив вздох, Оливия уронила руки.

– Сначала ты. – Маркус рассмеялся:

– Я положу конец этой битве характеров. Первым пойду я.

В карете Оливия настояла на том, чтобы сесть рядом с Дейном. Виконт даже взмолился, чтобы она перестала нянчиться с ним, но Оливия сделала вид, что у нее и в мыслях этого не было.

– Если ты упадешь, я бы предпочла, чтобы ты приземлился на него. – Она указала на Маркуса, сидящего напротив них. – Сегодня меня и так чуть не расплющили. Хватит с меня такого удовольствия!

Дейн улыбнулся:

– Ты смотришься очень даже ничего. – Оливия зарделась.

– Ох, брось! Уверена, моя прическа – та еще картинка… – Что верно, то верно. По всей видимости, ее волосы ни при каких обстоятельствах не желали оставаться убранными в прическу. Теперь они топорщились в смешном беспорядке, а голова Оливии была похожа на спутанный моток светлой пряжи.

Серое шелковое платье пришло в полную негодность, сверху донизу заляпанное грязью и разорванное на плече.

Но Дейн говорил не об ее внешности, а имел в виду нечто большее, некие душевные качества. Она обладала удивительной жизнестойкостью.

Краем глаза виконт заметил, что Маркус невозмутимо разглядывал в окне пробегавшие мимо темные улицы.

Дейн приподнял рукой подбородок жены и тихо прошептал:

– Ты выглядишь очаровательно.

Закусив губу, Оливия посмотрела ему в глаза:

– Ничего подобного. Я…

Гринли нагнул голову и оборвал ее возражения поцелуем. Всего-навсего торопливое прикосновение губ, украдкой сорванный поцелуй, а она так и обомлела.

Когда Дейн выпустил ее, Оливия низко опустила голову, чтобы спрятать огонь, пылавший в ее глазах. В ее ушах все еще звенел звук, раздавшийся при его падении о булыжники. Это событие потрясло ее до основания, пикой леденящего страха пронзив все ее существо. Она страшно перепугалась, что он серьезно ранен. Внутри у нее все дрожало от паники, даже когда она выкрикивала распоряжения и хлопотала возле него.

Они были женаты всего-то два дня, а она уже не представляла, что будет делать без него.

Глава 8

– Я не позволю тебе спать этой ночью без меня! – упорствовала Оливия, скрестив руки на груди и поставив ноги по стойке «смирно», точно главный сержант. Дейн никак не мог привыкнуть к тому, с какой легкостью она перечила ему. – Я настаиваю на том, чтобы остаться с тобой, – твердо заявила она. – Травма головы – вещь весьма коварная. Если ты уснешь слишком крепко, то можешь и не проснуться!

18
{"b":"4975","o":1}