ЛитМир - Электронная Библиотека

Он присел рядом с воротами. Они были закрыты, и у него не было ни малейших соображений, как пробраться внутрь.

Во дворце гости отдыхали. Пир удался на славу, и бретонский посол решил отдохнуть перед вечерними празднествами в его честь Граф и его приближенные тоже разошлись по своим покоям. Град колотил по крыше, а гром заставлял содрогаться воздух внутри дворца.

Обходя преддверия гостевых покоев, Арик следил, как Пантеры и пажи с факелами разводят прибывших сановников по их комнатам. Он уже чувствовал очередной прилив соблазнительных запахов с кухни, на которой готовили кушанья для следующего круга развлечений. «Спите спокойно, — подумал Арик. — К повечерию вам понадобятся все ваши силы».

Он подошел к двери, возле которой полагалось стоять Драккену. Через две минуты крепкий молодой рыцарь появился в коридоре.

— Ты где был?

— На посту… — начал Драккен.

Глаза Арика впились в лицо молодого Волка.

— В самом деле? Прямо тут?

— Ну, я отлучился на минутку…

— Как долго продолжалась минутка?

— Я думаю… полчаса…

— Чтоб тебя Ульрик живьем сожрал! — выругался Арик, разворачиваясь к дверям. Снаружи донесся рокочущий удар грома, а порыв ветра, ворвавшийся в коридор, затушил все лампы. — Что они могли натворить за полчаса?

— Кто?

— Да кто угодно, кому надо пробраться внутрь! — огрызнулся Арик, поднял молот и пинком вышиб дверь.

Драккен побежал за знаменосцем по обитой бархатом прихожей к первым апартаментам. Упавший светильник поджег ковер в этой комнате. Двое слуг в бретонских туниках лежали на полу. Мертвы. Их кровью на стенах были начертаны слова — имена.

Из смежной комнаты раздался крик.

Арик ворвался в нее. К стене прижималась визжащая фрейлина. Огромная фигура, черная, как тень, освещаемая сзади огнем камина, держала бретонского посла за горло на вытянутой руке так, что его ноги болтались в воздухе. На пол капала кровь. Посол из последних сил цеплялся за жизнь.

Громадная фигура обернулась на звук неожиданного вторжения. Она разжала пальцы, и полумертвый посол рухнул на испещренный узорами и его кровью ковер.

Один здоровый глаз фигуры горел розовым огнем.

Голосом низким, как подземный мир, обыденным, как стук копыт, густым, как смола, она сказала два простых слова.

— Привет, Арик.

Градины врезались в мостовые и крыши со все большей силой. Под крышей конюшни боевые кони храмовников дрожали и взбрыкивали.

— Мы не можем ждать. Не сейчас, — сказала темная тень из-за спины Ганса. Жрец Морра.

— Но…

— Либо мы едем, либо все пропало.

Ганс обернулся к потемневшим лицам своих людей.

— Вы слышали, что он сказал. Вперед! Во имя Ульрика! За мной!

Вырвавшись из-под навеса, они помчались вперед под неумолчно рычавшим небом, пытавшимся сбить их с коней своими снарядами.

Круца сидел возле стены, прильнув к обжигающе холодным камням, и снег, заметавший его, уже почти справился с превращением мидденхеймского карманника в мидденхеймский сугроб, когда из темноты появились два факела.

Круца моргнул и поднял заиндевевшие веки. Над ним стояли три Рыцаря-Пантеры.

— Не лучшее время ты выбрал, чтобы прохлаждаться за воротами.

— Не застуди горло… — Граф хочет услышать звуки твоего голоса.

— Ч-чего? — непонимающе переспросил онемевший почти во всех отношениях Круца.

Ления просочилась между двумя рыцарями.

— Как я могла не сказать им, сударь, что столь известный менестрель, как вы, опоздал и мерзнет за воротами, тогда как его высочество будет очень недоволен, если ваших песен не услышат бретонские послы, — подобострастным голоском проговорила она.

— Ах, да, конечно…

— Идемте! — Она помогла ему встать и толкнула вперед.

— Благодари своего бога, что я увидела тебя у ворот, — прошипела она ему на ухо. — Что ты здесь делаешь?

— Я пришел спасти тебя, — еле выговорил он. Ему казалось, что под языком у него ледяные колючки.

— Здорово у тебя получается! — насмешливо фыркнула она. Пантеры довели их до ворот, прикрывая от града щитами Над городом прокатился очередной удар грома, словно копыта били по небесам.

— Он расстроил мои планы, поэтому я выбрал его. Он сделал меня слабее, чем я когда-либо был, поэтому я счел справедливым забрать себе его тело.

Существо с розовым глазом все говорило и говорило, хотя Арик его практически не слушал.

— Тысяча лет одиночества, заточение в Фаушлаге. Можешь ли ты представить себе, как это мучительно, Арик? Тысяча лет. Нет, конечно, ты не можешь, ты слишком боишься. Невероятная огромная фигура обошла стоявший между ней и Ариком канделябр с горящими свечами, вынуждая храмовника развернуться, чтобы не выпускать ее из виду.

— Так или иначе, я обрел новое обличье. Хорошее, мощное тело. Это было своего рода возмездие.

— Что ты такое? — спросил Арик. — Почему ты похож…

— На Эйнхольта? — Существо растянуло губы в зловещей ухмылке. — Похож, правда? Потому что я позаимствовал его тело. Эйнхольту оно больше не было нужно. А мне оно пришлось в самый раз. В нем столько силы, энергии.

Эйнхольт посмотрел на Арика горящим розовым глазом. Второй глаз был закрыт бельмом, пересечен шрамом. Арик видел этот глаз не единожды. Эйнхольт, бледный, одетый в доспехи, говорящий, движущийся, живой. Но не Эйнхольт. Нет — этот взгляд… Этот пронизывающий, обжигающий взгляд…

— Я Эйнхольт. Он — это я. Знаешь, Арик, просто удивительно, как хорошо его воспоминания сохранились в этом мозгу. Словно инкрустация на старинном мече. О, эти воспоминания — просто жемчужины! Они так ярки! Они так отчетливы! Вот поэтому я и знаю тебя, Арик, волчий сын. Я знаю, что ты сделал. Не такое большое преступление, как эйнхольтово, но вполне значимое для меня.

— У тебя лицо моего друга, но я знаю, что ты зло, — сказал Арик, нерешительно поднимая молот.

— Тогда вперед! Разбей это! — и Эйнхольт указал на свое лицо, усмехаясь. — Сможешь, а? Убей своего старого товарища! Прикончи его навсегда!

Арик опустил молот. И упал на колени.

— Я хотел снова жить. Иметь форму, объем, вес. А ты обманул меня, как жрец обманул в прошлом Ярдрунге. Но теперь я вернулся, я возродился! И я жажду жизни! Я истекаю слюной в ее предчувствии!

Эйнхольт оскалился, глядя на стоящего на коленях Арика. Левая рука одноглазого воина с зажатым в ней молотом поднялась над головой знаменосца.

Неистовый удар брошенного Драккеном молота отбросил его назад.

Эйнхольт, или существо, которое когда-то было Эйнхольтом, врезалось в стол, и тот разлетелся под тяжестью рухнувшего тела. Существо испустило разъяренный рык нечеловеческой силы, мгновенно вскакивая на ноги. Отчаянный удар Драккена пробил его доспехи на правой стороне груди и начисто снес наплечник.

Когда оно зарычало, его здоровый глаз словно полыхнул нестерпимым розовым пламенем. Молот Эйнхольта по-прежнему был зажат в его руке.

Драккен рывком поднял Арика на ноги, выхватывая из-за пояса кинжал — молот отлетел слишком далеко, чтобы пытаться подобрать его.

— Вставай! — крикнул он.

— Да у этого щенка больше духа, чем у тебя, Арик. Молодой Драккен не склонен колебаться, убивая старого товарища Эйнхольта.

«Нет, — подумал Драккен, — это искупление вины. Не было бы нас здесь… и посол бы кровью не истекал на полу, если бы не я..»

Арик поднялся. Было похоже, что неожиданное вмешательство Драккена обновило его дух, придало ему уверенность. Он начал раскручивать молот, отгоняя взмахами тяжелого оружия розовоглазую тень.

— Ступай! — сказал он Драккену.

— Но…

— Ступай! — повторил Арик, не сводя глаз с врага. — Вытащи отсюда посла и поднимай тревогу! Живо!

Под прикрытием вращающегося молота Арика Драккен схватил в охапку тяжко дышавшего, едва живого бретонского вельможу, оттащил его к двери, взвалил на плечи и бросился прочь. Вырвавшись из прихожей в коридор, он принялся кричать во весь голос. И он не был одинок. Фрейлина выскочила прямо у него перед носом и с громкими воплями понеслась от места чудовищных событий. Скоро крики и звуки тревоги заполонили дворец.

79
{"b":"49779","o":1}