ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Меня зовут Софи, — сказала девушка, — Не обращай внимания на мой рост и цвет волос, это искусственные изменения в генотипе — мне всегда хотелось быть высокой блондинкой. А от рождения мы с тобой генетические двойники.

— Так ты еще одна «я» из будущего?

— В некотором роде да. В некотором — но совсем не в таком, как Тори. Я действительно из будущего — из далекого будущего, отстоящего от твоего времени на пять веков. Ты никогда не станешь мной и не смогла бы стать ни при каких условиях. Как раз наоборот: хотя ты из более ранней эпохи, я была прежде тебя. Можно сказать, что я твоя предтеча из грядущего.

— С ума сойти, — пробормотала я, вконец сбитая с толку. — Скажи хоть, где мы сейчас? То есть, когда? В твоем времени?

— Нет, сейчас мы находимся вне обычного времени и пространства. Это место называется Безвременьем.

— Гм-м. Звучит так, будто здесь вообще нет времени.

— В определенном смысле так оно и есть. Вот мы с тобой разговариваем, для нас время вроде бы течет, но во всем остальном мире не проходит ни единого мгновения. Сколько бы ты здесь ни провела, ты вернешься к себе на корабль в тот самый момент, когда и покинула его. Заумно выражаясь, Безвременье состоит из дискретного множества бесконечных интервалов своего собственного псевдовремени, именуемых сегментами, каждый из которых соответствует определенному кванту времени реального мира. Этот сегмент, в котором мы с тобой находимся, «привязан» к тому мгновению, когда я выдернула тебя из корабля.

Я немного подумала:

— Это чем-то похоже на Вечность из одной древней фантастической книги.

Софи кивнула. Как видно, она тоже читала эту книгу.

— Только здесь нет никаких Вечных, которые вмешиваются в ход истории. Есть несколько людей, имеющих доступ в Безвременье, но они могут попадать только в те сегменты, которые соответствуют настоящему, а путь назад, в сегменты прошлого, для них закрыт.

— А для тебя?

— Я исключение. Есть еще один человек… женщина, которая… впрочем, к делу она прямого отношения не имеет, и лучше я не буду запутывать тебя. Все и так сложнее некуда.

— Что правда, то правда, — согласилась я. — Но, надеюсь, ты мне все объяснишь?

— Именно для этого ты здесь, — ответила Софи, опускаясь на траву. — Присаживайся, Вика. Нам предстоит нелегкий разговор.

Я присела напротив нее, и тотчас между нами возникла небольшая клетчатая скатерть, на которой невесть откуда появились два хрустальных бокала, графин с какой-то жидкостью рубинового цвета (наверняка это было вино) и ваза с разнообразными фруктами. Я удивилась, но решила пока воздержаться от лишних вопросов, чтобы не уводить наш разговор в сторону. Вместо этого я взяла из вазы крупную виноградину и отправила ее в рот.

— Я не могу проникнуть в твой разум, — произнесла затем. — У тебя очень сильная защита. Это врожденное?

— Нет. Я приобрела эту защиту в… гм-м, при тех же обстоятельствах, при которых стала высокой блондинкой. Насколько мне известно, такая защита непробиваема. Никто не может узнать, что я думаю. Однако это не мешает мне мысленно общаться с другими людьми.

— Значит, кроме нас, на свете есть еще телепаты?

— Да, и немало. Но они не такие, как ты. В основном они способны лишь обмениваться между собой мыслями. То, что с легкостью делаешь ты, — проникаешь в разум людей и свободно читаешь все их мысли, — они не умеют… Вернее, уметь-то они умеют, но это дается им с огромными усилиями и обычно заканчивается глубоким психическим шоком. В этом отношении ты выгодно отличаешься от остальных. Есть, правда, еще Дэйра — это та женщина, о которой я тебе говорила, — но она вообще случай особый.

— А ты? У тебя есть такие способности? Ведь если мы генетически идентичны, то они должны быть.

— Они есть, только находятся в латентном состоянии. Самопроизвольно они у меня не пробудились, а позже, когда я обнаружила их существование… словом, я решила их не трогать. Мне и без них хватает забот.

Это я могла понять. Если бы у меня предварительно спросили, хочу ли я слышать мысли и воспринимать эмоции окружающих людей, я бы еще хорошенько

подумала, прежде чем соглашаться. И, возможно, отказалась бы. Эти способности отгородили меня от всего остального мира, на протяжении многих лет я чувствовала себя отчаянно одинокой, а порой — и глубоко несчастной. Эти способности позволили мне узнать о жизни и людях много такого, относительно чего я предпочла бы остаться в неведении. Иногда я поражаюсь, почему я до сих пор не стала циником и не возненавидела все человечество…

— А у меня они почему пробудились? — спросила я. — Случайно или по твоей воле?

— По моей воле. Ты нужна была именно такой, какая есть.

— Для кого нужна? Для чего?

Софи наполнила наши бокалы вином и первая сделала глоток. Вслед за ней я пригубила свой бокал и с удовлетворением отметила, что вино полностью на мой вкус — хорошо выдержанное, в меру терпкое и лишь слегка сладковатое.

— Прежде всего пару слов об общей картине мира, — заговорила Софи. — Она гораздо сложнее, чем было принято считать в твою эпоху. Вселенная, какой ты ее представляешь — как совокупность планет, звезд, галактик и прочих космических объектов в замкнутом пространстве-времени, — это еще не все. Это лишь малая часть Большой Вселенной, которая состоит из бесконечного множества таких малых вселенных.

— Да, понимаю, — сказала я. — Мне известны гипотезы о параллельных мирах.

— Ну, «параллельные» — это слишком узкое определение. Оно подразумевает близость, подобие, чуть ли не одинаковость. А миры во Вселенной разные — бывают похожие, бывают лишь отдаленно напоминающие друг друга, а бывают и такие, между которыми нет ничего общего. Но даже схожие, почти идентичные миры по-своему уникальны. Вот, скажем…

Софи помедлила, очевидно, подыскивая подходящий пример. — Раз уж мы помянули Вечность, то писатель, придумавший ее, жил во многих мирах. В некоторых он был американским фантастом, в некоторых — русским, кое-где стал известным ученым-биохимиком, а в одном из миров он даже занимал пост президента государства Израиль… Впрочем, это так, лирическое отступление. Вернемся к нашему миру — моему и твоему. Он принадлежит к довольно многочисленной группе миров, где человеческая цивилизация возникла и развилась на третьей планете системы желтого карлика, расположенного на окраине западного спирального рукава Галактики. Такая группа миров называется Теллурианскими, от латинского Tellus — Земля. Примерно до конца XX — начала XXI века цивилизация в нашем мире развивалась по довольно типичной схеме, как и во многих других мирах этой группы, где преобладали так называемые «западные ценности» — выбор технологического пути развития, примат личности над обществом и этическая система, основанная на христианском и иудейском вероучениях. Тем не менее наш мир особый в этом ряду — он пока единственный из известных миров, где человечество при помощи научно-технических средств сумело вырваться за пределы родной планеты и начало расселяться по Галактике.

105
{"b":"49788","o":1}