ЛитМир - Электронная Библиотека

Вдобавок и вестей от Джеймса все не было. Проклятие, это начинало его беспокоить.

– Добро пожаловать домой, – услышал он за спиной спокойный женский голос и резко обернулся: в мягком палисандровом кресле в углу сидела Кира, полностью одетая, и на ее лице можно было прочесть такое явное выражение ярости, которое нельзя было спутать ни с чем.

Но даже рассерженная, она выглядела такой чувственно-элегантной с разметавшимися по плечам локонами, а ее пухлые алые губы так и манили поцеловать их. Ее строгое коричневое платье с пуговицами почти до подбородка не могло скрыть изгибы, которые он однажды уже ласкал.

Кровь в его венах запульсировала, густая и горячая, побуждая Гевина стереть поцелуями гнев с ее лица, а после обнять ее и заставить смеяться.

И все же он сдержит свои порывы.

– Что вы здесь делаете? Вдруг вас увидят...

Кира бросила на него сердитый взгляд.

– Сейчас это волнует меня меньше всего. Думаю, вы должны кое-что объяснить мне...

Гевин напрягся. Вот оно, ее требование. Он вздохнул. У нее есть все права требовать, а он даже не знает, что сказать в ответ.

– Кира, я... я сожалею.

Она насмешливо подняла бровь.

– Сожалеете, что избегали меня?

О, она и это вычислила? Неудивительно, что она в ярости.

– Нет. – Ледяное выражение ее прозрачных синих глаз сказало ему, что это был неправильный ответ. – Да, я сожалею, если вам показалось, что я избегал вас.

– Так мне действительно показалось? – ядовито заметила она.

Он решил пропустить этот вопрос.

– Что вы хотели обсудить?

– То, что произошло в библиотеке. – Она нахмурилась. – Это была...

– Ошибка, – перебил Гевин. – Вина полностью на мне. Я позволил себе поддаться вашим... чарам. Это было безответственно с моей стороны, и я сожалею о своем поступке.

Ну вот и хорошо. Может быть, если он взял всю ответственность на себя... Впрочем, безудержная ярость, с которой она смотрела на него, сказала ему, что извинения не помогут делу.

– То, что мы сделали, было ошибкой? Но тогда я спрашивала вас, и вы сказали, что никогда в жизни не были более уверены. Вы говорили это несерьезно?

Гевин вздохнул:

– Я действительно так думал... к несчастью. И я действительно хотел вас. – Точнее, надо было бы сказать «хочу», да так отчаянно, что это почти не имело смысла.

– А что изменилось теперь? Вы не желаете даже видеть меня... – Она крепко зажмурила глаза, стараясь удержать слезы, и у Гевина сжалось сердце. Обычно ему удавалось гораздо более ловко, чем сейчас, прекращать любовную связь. Проклятие, почему он не догадался сделать ей подарок или что-то еще, чтобы смягчить боль их расставания, – это наверняка бы помогло.

Правда, до сих пор его партнерши никогда не думали о браке... и они не были девственницами.

– Кира, женщиной управляет се сердце, в то время как мужчиной... мужчиной управляет похоть. Когда я сказал, что хочу вас...

– Вы просто хотели переспать со мной. – Она скрипнула зубами. – Боже, какая же я дура!

– Теперь-то я понимаю, что вы уже тогда думали о браке, – промямлил он.

– Несомненно. Думая иначе, я должна была бы быть самой... – У нее перехватило дыхание, и она посмотрела на него пылающим взором. – Ну а вы решили, что я женщина легкого поведения и вам нетрудно будет соблазнить меня, падшую женщину. Мой брат был прав. – Она сжала кулаки. – Вы ничего не поняли во мне за эти последние недели, да и не хотели понять. – Боль просочилась сквозь ее гнев, и Гевин не выдержал; быстро пройдя через комнату, он взял ее за плечи.

– Нет, я хорошо узнал вас. – Он не мог сказать, что не собирался соблазнять ее, он не мог солгать. – И я не хотел причинить вам боль. Проклятие, я не ожидал, что такое случится...

– И тем не менее не остановились перед тем, чтобы соблазнить невесту кузена, хотя и не собирались жениться на ней. Да что же вы после этого за человек?

– Негодяй, по-видимому. – Его вдруг охватило отвращение к самому себе. – Если вас это хоть немного утешит, меня ужасает мое поведение.

– Но все же не настолько, чтобы заставить поступить, как свойственно благородному человеку? – с вызовом спросила она. – Вам было гораздо легче поверить, что я шлюха и, следовательно, легкая мишень для вас. Но поскольку я доказала, что вы ошибались...

– Откуда мне было знать, что вы невинны?

– Так вы поверили лорду Венсу?

– Несколько недель назад я лично разговаривал с ним.

Кира рванулась прочь от него, и Гевин понял, что опять сказал что-то не то.

– Его слова звучали очень убедительно, – сказал Гевин. – И он знал о вашем родимом пятне.

Несколько мгновений Кира молчала и смотрела на него.

– А как вы узнали о нем до той ночи в библиотеке?

Тут придется солгать, подумал Гевин. Конечно, если он скажет Кире, что еще несколько недель назад видел каждую выпуклость и впадинку ее оливкового тела... О, вот тогда она будет – и совершенно справедливо – в настоящей ярости.

– Слуга.

На ее лице было написано глубокое возмущение.

– Что ж, позвольте мне рассказать вам о моих делах с гнусным лордом Венсом. Он узнал о моем родимом пятне только потому, что, после того как, предложив мне брак и пообещав поездку в Гретну, привез меня в Лондон, привязал к кровати и раздел донага. Я кричала, умоляла, я угрожала мерзавцу, а он лишь смеялся надо мной. Это была просто удача, что мне удалось освободиться от пут и выпрыгнуть в окно прямо в повозку, груженную сеном. Так я смогла убежать. – Слезы наполнили ее глаза, превратив их в прозрачные озера. – Венс пригрозил убить меня, если я хоть кому-то расскажу правду. Хотя никто все равно не стал бы слушать – ведь все считали меня шлюхой... даже вы.

Гевину показалось, что его ударили в грудь. Венс связал ее и раздел? Он представил эту картину, услышал ее мольбы... Так вот почему Дариус помчался вдогонку за негодяем! Гевин пожалел, что не может прямо сейчас присоединиться к брату Киры.

– Венс не...

– Нет. По крайней мере в этом смысле он пощадил меня.

Лорд Венс явно был не слишком щепетилен. Почему же он не воспользовался беспомощностью Киры, когда представилась такая возможность? Гевин напряг все свои мыслительные способности и тут вспомнил упоминание Брока о том, что, по слухам, Венс был содомитом.

Но если это действительно так, зачем он делал предложение Кире? Очевидно, у него была какая-то цель...

Прежде чем Гевин успел обдумать это предположение, Кира посетовала:

– Я так наивна. Однажды я поверила, что красивый знатный мужчина хочет взять меня в жены, поверила, что он любит меня. Я поверила в это так безгранично, что убежала с ним, а он обманул меня. И вот я снова оказалась настолько глупа, что поверила очередному соблазнителю, поверила настолько, что позволила вам...

– Кира, вы не должны винить ни себя, ни меня.

– Нет, должна, потому что я поверила, что вы не высокомерный негодяй, каким я вас считала сначала. – Она направилась к двери, но вдруг обернулась и скрестила руки на груди. – Когда Джеймс вернется, мы с ним тихо обвенчаемся и уедем в Танбридж-Уэллс, где я забуду о происшедшем. Надеюсь, что вы в этом окажетесь джентльменом и тоже забудете обо всем.

Гевин вздрогнул. Кира и Джеймс поженятся? Но это же абсолютно неправильно! Кира – слишком страстная натура, чтобы удовлетвориться любовью Джеймса. Ей нужен кто-то с твердой рукой, кто будет знать, когда потакать ей, а когда «натянуть вожжи». Это была роль, которую Гевин знал в совершенстве.

– Так мы договорились?

Безумное, импульсивное желание предложить ей руку и сердце чуть не сорвалось с его языка. Он мог бы излечить ее, мог исправить зло, которое причинил ей. Но, сделав это, он погубил бы себя и свою семью – а может быть, даже и Киру.

Сглотнув, герцог неохотно кивнул.

Напоследок Кира бросила на него взгляд, который пронзил Гевина насквозь, потом повернулась к двери.

Гевин вдруг почувствовал, что не хочет отпускать ее. Как только Кира выйдет из комнаты, они станут друг для друга не больше чем вежливыми незнакомцами. Что, если он никогда впредь не увидит это экзотичное чувственное создание, с которым совсем недавно занимался любовью? Мысль об этом ему определенно не нравилась. Если он сейчас позволит ей уйти, их отношения уже никогда не станут прежними, и он знал это.

42
{"b":"4981","o":1}