1
2
3
...
57
58
59
...
66

Саша захлопал в ладоши.

– Отлично сказано, ваше высочество. Я тоже поеду с вами, чтобы прославить ваше имя.

– Нет, вы не поедете, – рявкнул Деймиен.

– Полагаю, сир, нас большинство, – вмешался Петри. Тит стал у него за спиной и сложил на груди руки, демонстрируя свои молодые мускулы.

Деймиен окинул их ледяным взглядом.

– Опасность угрожает не только мне. Под подозрение попадет любой, кто меня поддерживает, и даже если Александр вас не убьет, вы закончите дни в тюремной камере. Эгана он скорее всего под конвоем доставит к границе, но и он не в безопасности. Могут сказать, что он был застрелен при попытке помочь мне.

– Тебе следует больше на меня полагаться, парень, – ухмыльнулся Эган. – Ничего у них не получится.

– Ты все продумал за нас, – резко начала Пенелопа, – но как насчет нашего ребенка?

Деймиен посмотрел на нее с изумлением.

– Какого ребенка? Если ты имеешь в виду Вулфа, то он не… – Он вдруг замолчал и застыл.

– Я имею в виду принца. Или принцессу. – Пенелопа положила ладони себе на живот. – Разумеется, я не знаю, кто это будет.

Деймиен замер на месте. Летний ветерок шевелил его волосы, в остальном он был неподвижен, как деревянная статуя, поставленная на лесном перевале указывать дорогу в Нвенгарию.

Тит, разобравшись, в чем дело, подпрыгнул и завопил от радости. Вскидывая руки, он пустился выплясывать замысловатую нвенгарскую джигу.

Глаза Саши вспыхнули.

– Великолепно! Благословенная новость! Отпрыск обеих ветвей нвенгарских принцев. Дитя пророчества.

– Мои поздравления, сир, мадам. – Петри поклонился. Его физиономия расплылась в широкой ухмылке.

Эган громко расхохотался и хохотал долго.

– Вот это новость. Сразу веселей на душе. – Он вытащил из меховой сумки фляжку. – За принца Деймиена и принцессу Пенелопу! И за их наследника! – Эган подмигнул.

Тит издал новый вопль, к нему присоединился Петри. Они взялись за руки и с песнями пустились по кругу, сначала в одну сторону, затем в другую.

– Теперь – имя, – заявил Саша, потирая руки с таким счастливым видом, какого у него не было много дней. – Надо провести много исследований, чтобы оно было абсолютно правильным. И ритуалы родов и крещения. Столько дел, столько дел!

– Черт возьми! – наконец воскликнул Деймиен.

Процессия добралась до перевала меньше чем через час после того, как покинула хижину дровосека. Сначала им мешала скользкая грязь после метели, но день становился все жарче, земля начала подсыхать, а когда они вышли на другую сторону перевала, тропа, ведущая вниз, оказалась совсем сухой, как будто здесь вообще не было бурана.

– Буря была явно магического происхождения, – заметил Саша.

В глубине души Пенелопа с ним соглашалась. Буран был слишком локальным, слишком внезапным и странным, чтобы поверить в естественные причины. Он длился как раз столько, чтобы у них не осталось возможности вовремя явиться в Нвенгарию, и рассеялся прежде, чем кончились их запасы воды и пищи. Метель должна была обескуражить, но не убить.

На самой вершине лес кончился. Деймиен остановился, притянул к себе лошадь Пенелопы и тихо сказал:

– Смотри.

Перед ними лежала горная страна, с высокими пиками и ущельями тысячефутовой глубины. На вершине хребта сосны редели, а ниже прикрывали горы роскошным зеленым покровом. В воздухе стоял густой хвойный дух. Другую сторону огромной долины окаймляли отвесные скалы, их серо-белые утесы острыми зубцами торчали из сплошной зелени лесов. Внизу Пенелопа заметила орла, парящего над пропастью.

В самой глубине долины она увидела солнечные блики на водной поверхности, еще дальше на севере среди горных хребтов поблескивали шпили какого-то замка.

У Пенелопы дрогнуло сердце, в котором шевельнулось нечто, дремавшее там всю ее жизнь. Она вдруг ощутила невероятный прилив жизненной силы, радости, волнения, смешанных со страхом и удивлением.

Она глубоко вздохнула и заметила, что улыбается. Наблюдавший за ней Деймиен поймал ее взгляд.

– Знаешь, мне кажется… – Пенелопа задумалась, подбирая слова. – О, Деймиен, мне кажется, я пришла домой.

Деймиен проследил за ее устремленным на замок взглядом.

– Да, – негромко сказал он. – Я тоже.

В конце ущелья, когда путники уже приближались к деревне Овато, их окружили две дюжины всадников и приказали им следовать в замок принца-императора.

Для Деймиена это не стало неожиданностью. Александр не упустит ни малейшей детали, у него все спланировано, и в каждом плане предусмотрены действия на случай непредвиденных обстоятельств, а в этих действиях – свои варианты при разном ходе событий. Если не помогли заклинания и наемные убийцы, то в дело пойдут вооруженные всадники. Во всяком случае, они вели путешественников туда, куда нужно Деймиену.

Он понимал, что пророчество не сбылось. Все, чего добился Саша своими ритуалами, – это его брак с невинной молодой девушкой, заслуживающей лучшего мужа, чем он. Даже если он сумеет одолеть Александра, жизнь принца-императора не будет безоблачной. Александр – это лишь одна из опасностей, Деймиену угрожают и другие.

Пенелопе следовало выйти замуж за какого-нибудь незначительного баронета или за мирного сельского джентльмена, для которого самое большое приключение – это слишком долгая прогулка вдоль реки. Деймиен представлял, как Пенелопа сидит у камина в тихом сельском доме, шьет мужу рубашку и улыбается, слушая его рассказы об удивительных вещах, которые он видел на прогулке.

Чудесная женщина. Она создана, чтобы быть женой, а не принцессой, к которой такие люди, как Александр, подсылают наемных убийц.

Три дня назад, обнимая Пенелопу во время метели, Деймиен почувствовал, что яростный напор пророчества ослаб. Но сейчас, когда магический туман развеялся, он понимал, насколько эгоистично и глупо было привязывать к себе эту женщину. Он пытался заставить ее уехать домой, но она лишь вздернула подбородок, бросила на него свой замечательный упрямый взгляд и заявила, что последует за ним до конца и дальше.

«И кстати, Деймиен, я ношу твоего ребенка». Потрясение от этой новости до сих пор не улеглось у него в сердце.

Он подошел к Пенелопе.

– Джентльмены, нельзя ли двигаться медленнее? Моя жена легко устает.

На самом деле это совсем не так, Пенелопа – самая выносливая женщина из всех, кого он встречал. Просто Деймиен не желал бешеной скачки, которая может повредить ей или ребенку.

Капитан отряда, высокий мужчина с жесткими черными волосами в имперской армейской форме, кивнул.

Они спокойно поехали по дороге. Ближе к реке стали попадаться приткнувшиеся к берегам деревни, пышная растительность покрывала поля, но работников было не видно.

Река Нвенгар, широкая и судоходная, все же была мелковата. Обычно по ней ходили плоскодонные баржи, но попадалась масса других посудин – от весельных крестьянских лодок до роскошных, богато украшенных герцогских судов. Сегодня на реке было до странности пусто.

– Сегодня праздник? – спросил Деймиен капитана. – Или траур?

Капитан бросил на него косой взгляд.

– Его светлость великий герцог приказал людям сидеть по домам, пока будут ловить преступного принца.

– Понимаю, – пробормотал Деймиен.

Дорога шла вдоль реки, на которой играли солнечные блики, – чудесная летняя прогулка на свежем воздухе. Когда всадники приблизились к первой деревне, Деймиен окликнул камердинера:

– Петри.

Петри знал, о чем просил господин и спрыгнул с лошади. Окружающие его всадники насторожились, но тут же расслабились, когда он просто открыл ранец, достал оттуда китель, передал Деймиену и снова сел на лошадь. Деймиен оделся.

Мундир принца-императора сейчас оказался слегка помят оттого, что хранился в свернутом виде, зато Петри надраил все ордена так, что они огнем горели на груди Деймиена, который к тому же перекинул через плечо золотую парадную ленту.

Капитан скептически приподнял брови.

– Люди должны знать, кто из нас преступный принц, – объяснил Деймиен. – Чтобы избежать неразберихи.

58
{"b":"499","o":1}