ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Адмирал. В открытом космосе
Дети мои
Urban Jungle. Как создать уютный интерьер с помощью растений
Три принца и дочь олигарха
Дар или проклятие
Предательница. Как я посадила брата за решетку, чтобы спасти семью
Позитивное воспитание ребенка: здоровый сон и правильный уход
Разумный биохакинг Homo Sapiens: физическое тело и его законы
Утраченный символ

Деймиен ответил ей грустным взглядом.

– Я знал, что у Александра есть эти бумаги. Но знал и то, что у Саши другие сведения. Он считает, что род не был прерван.

– Он ошибается, – заявил Александр.

– Мне нет до этого дела, – отвечал Деймиен. – Я знаю, что почувствовал, когда увидел ее.

– Но ты не знал этого, когда пустился в путь, – вдруг поняла Пенелопа. – Ты не знал, какою я окажусь.

Она заметила, как Деймиен с усилием сглотнул, но его взгляд оставался твердым.

– Пришлось рискнуть. Ставки были слишком высоки.

– Ты сказал бы мне, если бы узнал, что я не принцесса?

Принц надолго задумался:

– Я не знаю.

– Потому что я была тебе нужна ради Нвенгарии.

– Да.

По щекам Пенелопы покатились слезы.

– Мне нужен был только муж, – прошептала она. – Его любовь.

Александр осторожно убрал пресс-папье и свернул документ.

– Мне жаль причинять вам боль, – произнес он таким тоном, что казалось, он действительно сожалеет, как гостеприимный хозяин, который не желает доставлять гостю ни малейшего неудобства. – Но мои сведения единственно верные.

– Когда я увидел тебя, Пенелопа, – прервал его Деймиен, – то понял: Александр не прав.

Александр бросил на него взгляд, который можно было бы назвать удивленным. Пенелопа чувствовала, что великий герцог был очень умным человеком, а Сашей руководил фанатизм. Они похожи на два лица самой Нвенгарии: стальной интеллект, как у Александра, и бешеная страсть, как у Саши.

Деймиену пришлось выбирать, кому из них верить. Сейчас Пенелопе хотелось сказать мужу, что она понимает: он сознательно выбрал любовь, а не холодный расчет, выбрал и для себя, и для Нвенгарии. Понимает, что это был трудный выбор.

– Мы никогда не узнаем правды до конца, – негромко сказала она и взглянула на Александра. – Но я могу сама выбрать, кем мне быть.

– С вашей стороны будет очень глупо не вернуться назад в Англию, – заметил Александр.

Она коротко ему улыбнулась.

– Значит, я поступлю глупо. Но я нужна Деймиену здесь.

Саша негромко вскрикнул.

– Зачем вы спорите? Ваша светлость, не имеет никакого значения, что там в ваших бумагах. Она – настоящая принцесса. Она во всем следует пророчеству. Она любит принца, она приручила логоша, она исцеляет раны. Она вылечила меня. Посмотрите. – Он начал торопливо расстегивать сюртук, готовясь показать спину с закрывшейся ножевой раной.

– Саша! – резко одернул его Деймиен. – Не сейчас.

– Но ведь она исцелила меня. Мы нашли ее, как было предсказано. Она – настоящая принцесса.

Александр холодно улыбнулся:

– Человек может выздороветь после ранения, не будучи исцеленным принцессой.

Саша ткнул в него пальцем.

– Вас там не было. Я почти умер. Она вернула меня к жизни. Она вернет к жизни Нвенгарию. Она носит дитя принца!

– Саша! – Деймиен резко обернулся, его глаза сверкали гневом и страхом.

– Заткни свою пасть, идиот! – в тот же миг выкрикнул Эган.

Выражение лица Александра мгновенно преобразилось, взгляд из вежливо-скучающего стал вдруг напряженным и острым, как лезвие меча. Он вперил в женщину сверкающие глаза.

– Это правда? Не лгите!

Пенелопа коротко кивнула. Напряжение в зале быстро росло. Александр выглядел собранным и готовым к бою.

– Я надеялся, что принц не прикоснется к вам, – произнес наконец великий герцог. – Но он, видимо, не мог устоять перед красивой женщиной, ритуалами, знаменитым нвенгарским вожделением. Теперь, мисс Траск, раз вы носите сына принца, я не могу позволить вам уехать.

– Можешь, – резко бросил Деймиен. – Позволь ей жить как вдове в Оксфордшире. Ведь может родиться дочь.

– Это не имеет значения. Ты и сам знаешь. Мальчик потребует свое королевство, а девочка будет претендовать на происхождение от Августа, невзирая на то, что линия прервалась.

– Черт подери, оставь ее в покое!

– Есть выход, – задумчиво проговорил Александр. Свиток сам собою свернулся в его руке, и герцог сунул его в стол. – Когда он будет мертв, выходите за меня замуж, Пенелопа, и заявите, что ребенок мой.

Зажмурившись, Пенелопа затрясла головой. Александр заговорил убеждающим тоном:

– Это лучше, чем вместе с ним идти на казнь. Я спасу вашу жизнь, но, клянусь, в Нвенгарии никогда больше не будет принцев.

– Деймиен совсем не похож на своего отца! – воскликнула Пенелопа. – Он мягкий и добрый, ему бы в голову не пришло казнить женщину.

– Конечно, нет. Но он спокойно обманул ее, чтобы заставить выйти за него замуж и заманить ее в свою постель. – Александр подошел ближе. – Поймите, мисс Траск. Ведь если присмотреться к нему внимательнее, то легко можно разглядеть в нем сумасшедшего. Это как игра света. Раз увидев ее, вы всегда будете помнить, что сумасшествие никуда не делось.

Пенелопа набрала в легкие воздуха, чтобы сказать герцогу, что он не прав, но слова замерли у нее на губах. Она вспомнила о случаях, когда Деймиен смотрел на нее холодным как лед взглядом, вспомнила, как в ванной комнате в Литтл-Марчинге он молил ее не дать ему стать таким, как отец.

– Вы тоже видите, я знаю, – победным тоном воскликнул Александр. – Согласны?

Пенелопа молчала.

– Это не имеет значения, – вмешался Деймиен. – Ты хочешь править Нвенгарией, как будто это компания по перевозке грузов. Чтобы был доход. Хочешь, чтобы она работала, как хорошо смазанный механизм. Но Нвенгарии нужно другое. – Он махнул рукой в сторону витражного окна. – Ей нужна волшебная сказка, принц и принцесса. Люди хотят любить и ненавидеть. Им нужно чувство, а не бездушная машина. Открой окно, Александр. Послушай, чего они хотят.

Александр выглядел так, словно собирался застрелить их всех на месте, но вместо этого жестом велел лакею открыть тяжелую раму одного из арочных окон.

Из лежащего внизу города долетел мощный гул. Пенелопа даже различила голос Тита, но сильнее всего звучал пульсирующий крик толпы: «Деймиен. Деймиен. Деймиен. Деймиен».

– Я унаследовал титул принца-императора, – спокойно продолжал Деймиен. – Но править я буду по воле народа.

– Я тебе этого не позволю, – твердо заявил Александр.

– Если ты убьешь меня и хоть пальцем коснешься Пенелопы, они разорвут тебя на куски.

Александр бросил взгляд в сторону окна. Глаза его сверкали холодным огнем. Пенелопа видела, как вздымается его грудь. Его обуревал гнев, но этот гнев был не диким и бездумным, а разумным и ясным. Он четко осознавал, что пошло не так, и искал способ исправить ошибку.

– Возможно, если… – начала Пенелопа, но умолкла, когда солдат у окна вскрикнул и упал на пол с залитым кровью лицом.

– Что за черт! – воскликнул Эган и потянул нож из-за пояса. Они полились в зал через окно. Их было, по крайней мере, два десятка. Быстрые, темные, гибкие, словно змеи. Двигающиеся с неуловимой для глаза скоростью. Только что их не было, и вот они уже здесь. Окружили солдат безмолвным кольцом. Захватили всех: военных, Александра, Пенелопу, Деймиена, его друзей.

Это были мужчины, высокие, мускулистые, но лишь мгновение назад они совсем не были людьми. У каждого – грива густых черных волос, каскадом падающих на плечи. Каждый укрыт лишь звериной шкурой, свисающей с бедер. Их человеческие лица портили только немного острые линии челюстей, а широкие темно-синие глаза смотрели странно.

– Логоши! – воскликнула Пенелопа. – Это логоши.

Деймиен молчал, а Эган разразился грубым смехом.

– Черт меня подери! Вулф не стал звать свою мамку, он позвал папку и всех папкиных дружков. – Эган хлопнул Деймиена по плечу. – Деймиен, ну тебе, парень, везет!

– Это не везение, – отозвался принц.

Пенелопа вскрикнула.

– Ты велел Вулфу их привести?

Деймиен коротко кивнул:

– Я думал, что мне понадобится собственная армия.

Солдаты с побелевшими лицами смотрели на логошей. Конечно, прежде никому из них не доводилось видеть этих созданий, но все они знали, кто они такие и на что способны.

61
{"b":"499","o":1}