Содержание  
A
A
1
2
3
...
43
44
45
...
57

— Он говорил, что собирается бросить все и уехать…

— Он? Уехать?! — рассмеялся Данмор.

Едкая ирония, прозвучавшая в этих словах, неприятно задела ее.

— Что вы имеете в виду? — нахмурилась Беатрис.

— Да любая собака, — махнул рукой Данмор, — залает и начнет кидаться на дверь, если почует неподалеку волка. Но распахните дверь, и что же? У нее хватит ума остаться дома! Так вот вы для Фурно — такой же самый дом! Бросить вас?! Да он лучше бросит собственную шкуру! Парень охотно бросился бы в океан, если б знал, что на том берегу его будете ждать вы, Беатрис! Он летит на ваш зов, как ночная бабочка — на огонь! И вы хотите меня уверить, что взяли его кольцо только лишь для того, чтобы удержать его?!

Он снова рассмеялся, и смех этот заставил дрожь пробежать по спине Беатрис.

— Вы хотите сказать, что это было вовсе не нужно? — запальчиво спросила она.

— Что, взять кольцо? Или удерживать его? Деточка, — сказал Данмор, — я хочу сказать, что вы с таким же успехом могли бы просить ветер не играть ветвями или птицу — не махать крыльями, камни — не катиться с горы вниз, а луну — не светить по ночам!

Он замолк. Беатрис ошарашено смотрела на него.

— Все это была игра? — с трудом спросила она. — Вы все время притворялись, да? Ну… что не умеете говорить правильно?

— Бог ты мой! — всплеснул руками Данмор. — Да я и не думал об этом! Просто школьные уроки вдруг всплывают в памяти, и как раз тогда, когда об этом меньше всего думаешь!

Беатрис отвела глаза.

— Я ничего не могу с вами поделать, — убитым голосом прошептала она. — Это выше моего понимания. Вы здесь по какой-то неведомой мне причине. Хочу понять вас — и натыкаюсь на какую-то стену! Я могу говорить и говорить, могу сердце свое разорвать на куски… и что же? Вы даже не смотрите на меня! Господи, да ведь, кроме вас, и мне и поговорить-то не с кем! Бог мне судья, но порой я жалею, что вообще родилась на свет!

Данмор встал.

Беатрис заступила ему дорогу. Она плакала, и слезы текли у нее по лицу. Все было в точности, как предупреждал Джимми, но это не были истерикой. Просто слезы вдруг выступили у нее на глазах и хлынули по щекам.

Она снова заговорила, тихо, как будто стыдясь, что не может сдержать слез, и изо всех сил стараясь, чтобы голос ее не дрожал.

— Наверное, вы правы, — сказала она, — он никуда не уедет. Он останется. И все это было напрасно! Все напрасно! Лучше бы он умер!

— Ох, да перестаньте, Беатрис, — поморщился Данмор. — Сколько шуму из-за этого мальчишки! Скажите, вы плачете потому, что обручены с ним? Или по какой-то еще причине?

Она отпрянула в сторону.

— Вы, жестокий… — захлебываясь слезами, крикнула Беатрис. — Холодный, бессердечный человек, и вы готовы убить его, не моргнув глазом!

— Ничуть, — усмехнулся Данмор. — Просто я деловой человек, Беатрис. И я готов поторговаться с вами! Ваша цена?

Глава 34. Странное предложение

Беатрис так удивилась, что слезы мгновенно высохли на ее щеках. Приоткрыв рот, она изумленно захлопала глазами.

— Что…какая цена? — бормотала она. — Что вы хотите сказать?

Внезапно он отвернулся. В узкой щели между двумя деревцами вдруг мелькнула рожица Джимми, но в следующую минуту он уже и думать о нем забыл. Потому что в это мгновение он внезапно вспомнил, зачем он здесь, и со всей отчетливостью понял, что без помощи этой девушки никогда не сможет вытащить молодого Фурно из банды Танкертона. Именно она должна была сыграть роль приманки.

— Что я хочу сказать? — Он пожал плечами. — Только то, что сказал! Я деловой человек. И протягиваю руку только затем, чтобы взять то, что мне приглянулось.

— И для чего же вы тогда пришли ко мне? Отпускать комплименты? — подозрительно спросила Беатрис.

— А для чего же еще? — галантно улыбнулся Данмор.

Она досадливо поморщилась.

— Еще один способ потешаться надо мной! — вспыхнула девушка.

Подобрав с земли опавший листок, Данмор положил его на ладонь. Подхваченный ветерком, тот вспорхнул, затрепетал в воздухе и опустился в воду.

— Почему же потешаться, — удивился он. — Каждый волен смеяться, когда ему смешно! Ну скажите сами, что еще могло привести меня сюда, если не вы?

— Надежда захватить власть, — быстро сказала она, — надежда стать хозяином… королем этой поднебесной страны…

То, что она сказала, настолько было близко к правде, что Каррик вздрогнул. Даже слова она выбрала точно те же, которые говорил он сам, когда собирался ввязаться в это дело.

Беатрис рассмеялась.

— Значит, вы отправились в горы за девушкой? Ну вот, вы и нашли ее! Счастливчик Каррик!

И добавила:

— Правда, вы и в глаза ее не видели! Но ведь это не важно, верно?

— Беатрис, вы когда-нибудь слышали о Рыжем Иноходце?

— Вы имеете в виду мустанга?

— Да.

— Кто-то говорил, что его поймали.

— Угу. Он проходил под седлом пять лет. А поймал его мой друг. Кстати, если хотите знать, он тоже до этого в глаза его не видел. Но рыскал по пустыне восемнадцать месяцев, пока не заарканил его! Просадил не одну тысячу долларов и нанял не один десяток людей. А уж сколько лошадей загнал! И все ради того, чтобы поймать Рыжего!

— Вы хотите сказать, что испытываете то же самое по отношению ко мне? — с нескрываемой иронией произнесла девушка. — По горам разнеслась весть обо мне и вы, не скрывая страсти, ринулись в погоню!

— И что тут странного?

— Чепуха! — отрезала она. — Мужчины не раз говорили мне это и до вас! Кстати, куда убедительнее! Послушайте, Каррик, разве я не вижу, что вы влюблены в меня не больше, чем старик Леггс. Или вы решили, что у меня мозгов столько же, сколько у грудного младенца?

— Нет, ну что вы? — запротестовал Данмор. — Вы гораздо старше, я же не слепой! Вы старее, чем этот каньон… но не намного! Вам нравится делать из меня дурака. Беатрис? Тогда так и скажите, и я с радостью буду забавлять вас и дальше!

С этими словами он придвинулся к ней почти вплотную.

Он ясно видел, как сомнение, смущение, надежда, написанные у нее на лице, поочередно сменяли друг друга. Тут налетевший ветер обмотал шарф вокруг ее загорелой шеи и мягко подтолкнул Беатрис прямо в его объятия. Что-то вдруг словно взорвалось в голове у Данмора. Он обхватил ее руками и крепко прижал к себе.

У Беатрис перехватило дыхание. Она ахнула и засмеялась.

— Ты просто самый великий актер в мире, — воскликнула она. — Мне и в голову не приходило, что ты можешь сыграть даже любовную сцену!

Улыбка тронула его губы. Данмор ни минуты не сомневался, что Беатрис, уставшая от переживаний, сейчас не способна поверить в его искренность. Только простое любопытство влекло ее к нему. И поэтому, усилием воли подавив бушевавшую в груди бурю, он изобразил на лице самую равнодушную улыбку.

— Так, значит, ты не веришь, что я безумно в тебя влюблен?

— О, перестань! — поморщилась она. — Мне казалось, что с этим уже все! Только ради всего святого скажи, что тебе все-таки от меня нужно!

— Тебе, похоже, это интересно.

— Интересно?! А если бы горному льву вдруг вздумалось устроиться перед тем самым пнем, на котором ты сидишь, тебе бы было не интересно, скажи на милость?

— Батюшки! — фыркнул Данмор. — Ну и сравнение!

— Не знаю, кто ты на самом деле: призрак или дикий зверь, — сказала она, — но готова поклясться чем угодно, что тебе по силам проходить сквозь стены или, оседлав ветер, перелетать с вершины на вершину. И ты хочешь, чтобы я поверила, что нужна тебе… такая, как есть?!

— Это ты хорошо подметила, — кивнул Данмор. — Будем считать, что это первый шаг к деловому соглашению.

— Так, значит, это в конце концов деловое соглашение?

— Само собой!

— Ну что ж, пусть так. И что ты предлагаешь?

— Жизнь Фурно, — коротко бросил он.

Девушка съежилась. Потом подняла голову и вызывающе посмотрела ему в глаза.

— Ты не убьешь его… Господи, да что ты так его ненавидишь?!

44
{"b":"4998","o":1}