ЛитМир - Электронная Библиотека

Брэндон снова взял ее за руку:

– Успокойся, милая.

Из-под ресниц выкатилась слезинка.

– Не знаю, почему я... у меня болит голова. Да, болит, и я... – Она подавила всхлип. – О Боже!

– Гербертс, в доме есть настойка опия?

– Я уже принес ее, но хозяйка пить не стала. – Он покачал головой. – Упрямая девчонка.

– Все равно не буду, – едва слышно промолвила Верена.

Гербертс взял с соседнего столика коричневую бутылочку и ложку и передал Брэндону.

– Может, вам удастся заставить ее выпить хорошую порцию этого снадобья. Какой смысл терпеть такую боль?

– Принеси воды.

Дворецкий ушел. И тут же вернулся со стаканом. Брэнд налил немного коричневой жидкости в ложку и поднес Верене.

– Открой рот.

– Нет. – Она отвернулась, одной рукой придерживая повязку на голове, а другую, сжатую в кулак, прижимая к животу.

– У тебя будет меньше болеть голова.

– Если я умру, голова совсем перестанет болеть. Но я не хочу это пить.

Брэнд вскинул бровь:

– Не заставляй меня вливать ее насильно.

Верена распахнула глаза.

– Ты не посмеешь...

Брэндон просунул ложку между раскрытых губ. Верена закашлялась, прижимая руку ко рту, потом проглотила лекарство, не сводя с Брэнда сердитого взгляда.

Брэндон вложил ей в руку стакан с водой и отдал бутылочку и ложку Гербертсу.

– Должно помочь.

– Я хочу, чтобы ты ушел, – резко сказала Верена. Отпила воды и поморщилась. – Жуткое зелье.

– Я не оставлю тебя одну.

– Послушайте, сударь, не могу поверить, чтобы кто-то задумал причинить вред такой славной леди, как моя хозяйка. Это преступление, – сказал Гербертс.

Верена сверлила Брэндона взглядом.

– Мне нужна чашка шоколада. Чтобы заглушить отвратительный привкус во рту.

Гербертс скептически посмотрел на нее:

– Шоколад, говорите? А по-моему, нельзя, раз вы ушибли голову. Лучше уж капустного супа.

Верена осадила дворецкого властным взглядом:

– Капустного супа не хочу, спасибо. А вот шоколада хочу. И немедленно.

Брэндон прижал к губам пальцы Верены, которые затрепетали при его прикосновении. Какая она отважная. Другая на ее месте билась бы в истерике. А Верена требует горячего шоколада.

Он посмотрел на Гербертса.

– Горячего шоколада, Гербертс, да побыстрее.

Дворецкий сунул платок в карман.

– Головная боль от него не пройдет.

– Это уж ей решать. Так что неси шоколад.

– Как прикажете. – Расправив плечи, Гербертс пошел на кухню.

Как только за ним закрылась дверь, Брэндон отпустил руку Верены и поднялся с колен.

– Я отнесу тебя в твою комнату. В кровати тебе будет удобнее.

Верена приподнялась на локтях.

– Большое спасибо, но я могу идти.

– Правда? – Он подхватил Верену на руки. – Я не допущу. – И, не обращая внимания на возражения Верены, Брэндон отнес ее в спальню.

Постель была в беспорядке. Брэнд усадил Верену на край кровати, расправил простыни и помог Верене лечь. Затем подошел к двери и позвал Гербертса.

– Сэр?

– Принеси холодной воды и чистое полотенце. Гербертс кивнул и, добавив: «Шоколад уже почти готов», загрохотал вниз по ступенькам.

Брэнд вернулся к Верене. Она закрыла глаза, – по щеке медленно катилась слеза. Вздохнув, Сент-Джон присел на край кровати.

– Верена, все хорошо. Не плачь, а то я сам расплачусь.

Он обнял Верену:

– Вот так, милая. Все прекрасно.

Брэндон крепче прижал ее к себе, поглаживая по спине. Он должен убить преступника, напавшего на Верену. Но как его найти?

Через несколько минут появился Гербертс с миской воды, кувшином и чашкой дымящегося шоколада. Увидев Верену всю в слезах в объятиях Брэндона, он остановился.

– Вот-вот, вам как раз надо поплакать, хозяйка. Я принес полотенце, чтобы вы могли умыться. А то нос будет красный.

Не все ли равно, какой у нее нос, когда ее обнимает Брэндон. Это такое наслаждение! И ничего ей сейчас больше не нужно. Гербертс еще немного потоптался вокруг, докладывая, что проверил окна на первом этаже на предмет взлома. Потом снизу его позвал вернувшийся Питерс.

Как только дворецкий ушел, Брэндон хмыкнул у самого уха Верены.

– Взгляни на свой ночной столик.

Верена приоткрыла глаза. На столике лежали полотенца, которые Гербертс сложил в виде больших цветков.

– Где он этому научился? – спросила пораженная Верена.

– Не знаю, но посмотрела бы ты на него. Он сворачивал каждое полотенце раз по пять, пока не остался доволен результатом. – Брэндон убрал с ее лица прядь волос. – Надо промыть рану. Не знаю только, справимся ли мы с этим сами?

Верена кивнула. После настойки опия боль постепенно утихала.

– Думаю, наш план сработал, – сказала Верена.

Брэндон поджал губы:

– Не пугай меня. Ты можешь сидеть?

Верена кивнула. Она позволила Брэндону соорудить из подушек нечто вроде кресла. Потом он аккуратно размотал повязку.

Верена наблюдала за его действиями. Брэндон – самый красивый мужчина в мире. И сейчас он сидит на ее кровати. Как жаль, что у нее нет подруг, перед которыми она могла бы похвастаться. Ни одной. Конечно, у нее много знакомых, а вот друзей, с которыми можно было бы поделиться самым сокровенным, нет. Лишнее подтверждение тому, что в жизни у нее не все ладно.

Брэндон снял повязку, осмотрел голову Верены, нахмурился.

– Ну что там? – спросила Верена.

– Кровоподтек.

Она приложила пальцы к ушибленному месту и нащупала огромную шишку. – Ох!

– Не трогай, если больно. Верена захихикала:

– Трогай лучше ты. И не только шишку, а все, что хочешь.

– Это опий действует, – сверкнул глазами Брэндон. И провел пальцем по ее подбородку.

Она поймала его руку, прижала к щеке и проникновенно посмотрела на Брэндона.

– Ты не оставишь меня?

Он погладил ее по щеке:

– Никогда.

– Никогда-никогда?

Он наклонился к самому ее лицу, его синие глаза горели огнем.

– Верена, обещаю оставаться с тобой столько, сколько ты пожелаешь, плюс еще один день.

– Еще один день?

– Очень-очень длинный день. – Он выпрямился. – А теперь позволь немного остудить твою голову.

Верена с неохотой отпустила его руку. Едва он отошел от кровати, как она снова почувствовала себя покинутой. Покинутой и неуверенной, напуганной. Но не нападением. Она боялась потерять Брэндона. Потерять себя.

Он вернулся с полотенцем, смоченным в холодной воде, и осторожно протер лоб Верены.

– Вот, так лучше, – тихо сказал он.

Потом отнес полотенце и вернулся с чашкой шоколада.

– Уверен, это лучше всякого лекарства.

Верена обеими руками взяла чашку и глубоко вдохнула. От божественного аромата по телу разлилось блаженство. Она поднесла чашку к губам и сделала глоток. Закрыв глаза, Верена наслаждалась изумительным горько-сладким вкусом напитка.

Внезапно она сообразила, какой смешной должна в этот момент казаться Брэндону.

– Прости, – сказала она со смешком. – Я не спросила, может, ты тоже хочешь? Могу отлить тебе половину.

– Нет, спасибо, я ощущаю вкус, глядя на выражение твоего лица. Допивай. Это поможет тебе уснуть.

Она допила и отдала Брэндону чашку.

– А теперь тебе надо поспать.

Верена вздохнула и обвела комнату взглядом. Она потратила большие деньги на кровать и постельное белье, на мебель. Кровать олицетворяла для нее дом. Ее тихую гавань. Но впервые за четыре года Верене не хотелось оставаться здесь одной.

– Побудь со мной, – попросила она Брэндона.

Он замер, лицо на мгновение напряглось.

– Это неразумно.

– Это будет божественно. – Она вдруг обнаружила, что теребит его пальто, и нахмурилась. – Ты даже не разделся.

– Не успел.

Что-то не так было с его пальто. Она прищурилась, соображая, потом улыбнулась. Ну конечно!

– Брэндон! Куда девались пуговицы?

– Благодари Гербертса. – Брэндон поднялся.

Верену охватила легкая паника.

Брэндон, должно быть, заметил это по ее взгляду.

48
{"b":"50","o":1}