Содержание  
A
A
1
2
3
...
36
37
38
...
50

Даже если Эпперли и получит предупреждение, как его маленький отряд может спастись от летящего на лошадях возмездия, что вырвалось из городских улиц Джовилла?

Никогда еще так не напрягались конские жилы. Никогда еще не свистели так плети и не звенели шпоры. Никогда еще не слышали стены Щебнистого каньона таких звуков и таких воплей, вырывающихся из человеческих глоток.

И даже если бы беглецы мчались втрое быстрее, все равно это было бы недостаточно быстро. Джовиллские головорезы явно догоняли их. И догоняли далее скорей, чем раньше, потому что замечено было, что Одиночка Джек не выжимает последние силы из своего коня, а придерживает его, чтобы идти вровень со своими новыми товарищами. Такой верности дружбе от него никто не ожидал!

Ну и что? Какая разница, из-за чего попадет он в лапы преследователей? Да Господи, из-за чего бы ни попал! Они хотели крови и денег, которые получат за кровь. И они не сбивались со следа.

Но вдруг вопль ужаса прокатился по всей кавалькаде.

По правую руку, подгоняя свою летящую лошадь, за славой и удачей мчался юный ковбой, да так лихо, что далеко оторвался от своих товарищей и уже приблизился почти вплотную к трем беглецам. Он выдернул из чехла свою винтовку и приготовился было пустить пулю в ближайшую движущуюся мишень, в одну из трех, когда позади него мелькнула тень, и лошадь с юным всадником кубарем покатились по дороге.

Тень сделала еще один прыжок.

Команч!

Что стоило мощной собаке, в жилах которой текла волчья кровь, совершить все это? Не прошло и минуты, как она и у другой лошади, накинувшись, в мгновение ока разорвала подколенные сухожилия.

Глава 31

ОКРУЖЕН!

Хотя подобное, казалось, мог совершить только дьявол, а не простая собака по кличке Команч, в сердца трех всадников, несшихся по ущелью, эта поддержка животного вселила прилив новых сил. К тому же лошади Чарли Джонсона и Леса Бриггза были совершенно измучены долгой скачкой по горным дорогам, ибо они все время держались в авангарде основного отряда. Что ни шаг, лошади спотыкались, и Лес Бриггз крикнул Чарли, что не собирается продолжать гонку и губить без толку своего коня.

— Я залягу где-нибудь в скалах и задержу их, насколько смогу!

— Не валяй дурака, — оборвал его Джонсон. — Они же проедутся прямо по тебе!

Тут темный силуэт Команча вновь вылетел откуда-то сбоку, и еще одна лошадь из передовой группы преследователей рухнула наземь.

Джонсон и Бриггз взбодрились. Казалось, даже лошади под ними понимали, что на их глазах творится чудо, и чудо это им на руку: животные понеслись веселей.

Но вот они завернули за следующий поворот длинного ущелья; тут его стены сдвинулись еще ближе, так что перед ними оказался лишь узкий просвет, но и в этом просвете все еще не было видно долгожданных бойцов Эпперли.

Хотя на самом-то деле — что мог сделать Эпперли со своими измотанными людьми против этой орды из Джовилла? Нет, сутью успеха в плане Эндрю Эпперли были молчание, тайна и внезапная ночная атака; но теперь эта возможность была, казалось, безнадежно упущена.

Упавшая лошадь и всадник, которых свалил внезапно вынырнувший скользящей тенью волк, задержали погоню лишь на мгновение. За ними гнались еще девять конников, и шансы были три к одному в их пользу, так что они сделали еще один рывок и приближались к беглецам с каждым скачком нещадно понукаемых лошадей. Напрасно Джонсон и Лес Бриггз вертелись в седлах и опустошали магазины скорострельных винчестеров: пули попадали то в землю, то в небо. Но когда всадники Шодресса уже почти сомкнули вокруг них клещи, обернулся Одиночка Джек, и ружье в его руках полыхнуло молнией.

Его выстрел привел к другому результату, чем выстрелы его товарищей. Один из преследователей вдруг осадил лошадь на скаку, визгливо чертыхаясь в отчаянии, ярости, боли — кусок свинца пробил его плечо.

Оставшиеся восемь тут же дали в ответ дружный залп, и лошадь Леса Бриггза рухнула на землю.

Сам он, шатаясь, попытался подняться, но тут чья-то сильная рука оторвала его от земли и перекинула через луку седла.

Ошеломленный, он посмотрел вверх и увидел лицо молодого Джека Димза. Какая сила таилась в этом худощавом теле, откуда в руке преступника взялась та мощь, которая позволила ему совершить подобное?

Но Одиночка Джек уже кричал:

— Джонсон! Чарли Джонсон!

— Эгей! — откликнулся Джонсон.

И дикие вопли ободренных преследователей звоном отозвались в их ушах.

— Поезжайте вперед! Оставьте нас. Вперед, спасайтесь!

— Ни за что!

— Вперед! Иначе люди Эпперли погибнут здесь все, как один! Езжайте, предупредите их! Прочь отсюда скорее!

Чарли Джонсон позвал:

— Бриггз!

— Давай, парень! — заорал Бриггз. — Давай, Господь тебя благослови! Мы сами о себе позаботимся!

Чарли Джонсон подхлестнул свою измученную лошаденку и оторвался от лошади Димза, которая с трудом шла под двойной ношей, а расстояние между расхрабрившимися джовиллцами и ними становилось все короче: их нагоняли.

Димз развернулся в седле и, найдя для ружья удобное положение, прижал палец к плечу. Бриггз, оглянувшись назад, увидел, что восемь бравых молодцов шарахнулись в испуге и рассыпались веером, стремясь уйти с линии огня.

— Я бы еще поиграл с ними в салочки, — спокойно заметил Димз, — да у меня дело есть, и они об этом знают.

И он стегнул шатающуюся на ходу лошадь, направив ее к крохотной хибарке, стоящей как раз посередине ущелья, где сужающиеся стены подступали прямо к ней с обеих сторон.

Позади них те, кто мчался во главе погони, вернулись на тропу и быстро покрывали оставшееся расстояние; а в это время Димз, осадив свою лошадь у хижины, спешился, лег животом на землю и прицелился.

Он выстрелил дважды. Один из нападавших хрипло закричал от боли, и тут же остальные рассыпались в стороны, спасая свои драгоценные жизни. Трудновато скакать навстречу опасности, когда впереди поджидает с ружьем такой отменный стрелок.

Так что всего пара выстрелов отбросила и рассеяла авангард войска Шодресса. Приподнявшись на одно колено, Одиночка Джек тихо сказал:

— Берите лошадь, Бриггз, и уезжайте. Я задержу их здесь, сколько смогу. Возвращайтесь к Эпперли и скажите его людям, чтобы ушли в укрытие. Им не справиться с такой оравой, — заключил он.

— Чтоб я уехал и бросил тебя одного?

— Здесь что один, что десять, — ответил Одиночка Джек, вглядываясь в ущелье, где клубилась масса народу и пыль вздымалась к ночным небесам. — Им это место с ходу не взять. Кроме того, они хотят заполучить меня. Очень хотят.

— А меня, приятель, не очень, — сказал Бриггз, поспешно доставая патроны из пояса-патронташа и перезаряжая винтовку. — Я немногого сейчас стою на спине лошади, зато могу еще довольно метко стрелять, так что напугать-то я их напугаю.

— Вы так решили? — спросил Одиночка Джек. — А то у меня нет времени на споры.

— Я решил. С места не двинусь.

Они немного помолчали, вслушиваясь в приближающийся громоподобный топот копыт.

— Похоже, — сказал Одиночка Джек, — вы — один из тех, кого в этих краях называют порядочным человеком. Думаю, эту хижину снаружи оборонять нельзя. Пошли внутрь! Вперед, Команч!

Волк проскользнул внутрь вслед за ними, а лошадка, освобожденная от груза двух тел, побрела, все еще шатаясь, по ущелью прочь от приближающейся опасности.

Хижина оказалась малопригодным местом для обороны. Стены ее наполовину прогнили. Много лет прошло с тех пор, как в ней последний раз жили люди, и зимние ветры расшатали ее так, что достаточно было ее тронуть, чтобы она развалилась.

— Целиться в нас не смогут — и то хорошо, — сказал Димз, отдирая одну из досок, которыми было заколочено окно, так что щель могла послужить амбразурой. — Эти стены от пуль не защитят. Постреливайте в них, Бриггз, пока я буду копать траншею.

Лес Бриггз, не возражая, принялся под прикрытием двери стрелять с большого расстояния по всадникам, которые время от времени отделялись от толпы; и эти джовиллские храбрецы быстро скрылись. Среди беспорядочно разбросанных больших валунов, деревьев, поваленных стволов, ям на дне ущелья они отыскивали себе укрытия, постепенно окружая хижину со всех сторон. Кое-кто вскарабкался на вершины скал — с этих возвышенностей удобнее было открыть навесной огонь по людям в хижине.

37
{"b":"5006","o":1}