Содержание  
A
A
1
2
3
...
45
46
47
...
50

Стив Гранж побелел. Но он едва ли слышал слова хозяина Джовилла, так как пристально наблюдал за этими двумя, что сидели на противоположных концах стола.

И даже Дэну Макгрюдеру показалось, что его повелитель выступает сейчас в весьма неприглядной роли. Он встал, держа ружье наперевес.

— Оставь их в покое, Шодресс! — попросил он. — Ты что, не можешь оставить их на минуту в покое?

— Ладно! Пусть она сама с ним поработает! — воскликнул Шодресс. — Она его быстро без сил оставит! Погляди, Дэн, он уже начинает дрожать! Никогда не думал, что доведется увидеть это! Но жулик и негодяй в глубине души всегда трус. Только надо выбрать правильный способ, чтоб это показать!

— Он прав, — сказал Одиночка Джек. — Я дрожу, Эстер. Я обмяк, точно тряпка. Но во мне еще достаточно сил, чтобы сказать вам одну вещь. Вы мне позволите?

— Да! — прошептала девушка. — Я хочу, чтоб вы сказали!

— Вы догадываетесь, о чем я?

— Думаю, что догадываюсь. Надеюсь, что это так!

— Это так. Если я выберусь из этой передряги, я приду к вам, и никакой дьявол меня не остановит! Я даже повременю убивать Шодресса. Я приду к вам и скажу, что я вас люблю, Эстер!

— Нет, он совсем спятил! — фыркнул Шодресс. — Парни, чтоб мне провалиться, если он не спятил! Только послушайте, что он говорит! Этот висельник признается девочке в любви…

— Шодресс! — заорал Макгрюдер в приступе ярости. — Отцепись от них!

И Шодресс был так поражен этим неприкрытым бунтом самого старого и проверенного своего служаки, что невольно замолчал, воззрившись на него.

Девушка протянула обе свои руки поверх стола.

— Я думала, что ненавижу вас, Джек. Я думала, что просто ненавижу вас и боюсь. Но теперь я знаю, что я полюбила вас с первого же мгновения!

— Ах, — воскликнул Одиночка Джек, — если я завтра умру, я умру счастливейшим человеком, теперь я это знаю!..

— Убери ее! — взревел мистер Шодресс, обращаясь к Стиву Гранжу. — Ты что, привел ее сюда, чтоб она придала ему мужества держаться до самого конца? Будь ты проклят, Гранж, ты все испортил! Ты все разрушил! Забери свою сестру и прочь отсюда! Чтоб глаза мои ее больше не видели!

Стив Гранж шагнул к сестре. Одной рукой он обнял ее за плечи, а пальцы свободной рукой крепко стиснули рукоять револьвера.

— Я заберу ее отсюда, потому что ты здесь хозяин, Шодресс, — сказал он. — Но когда она уйдет, уйду и я. Мне не по дороге с тобой и с твоими делами. Я с этим покончил!

— Но я еще не могу уйти, Стив! — взмолилась девушка. — Я еще не все сказала!

— Ни звука! — заревел Шодресс. — Не желаю больше слышать от нее ни одного слова! А что до тебя, Гранж, то уж я позабочусь, чтоб ты как следует расплатился за свою наглость! Я напомню тебе, кто вытащил тебя из тюрьмы, жалкий коровий вор, и я покажу тебе, кто может запихнуть тебя обратно!

— Стив, — тихо сказал Джек, — я все понял, и я никогда этого не забуду. Уведи ее отсюда. Эстер, мы расстаемся ненадолго. Прощай!

Она разразилась слезами, и Гранж, бросая яростные взгляды на Шодресса, повел сестру прочь из комнаты.

Они оставили Шодресса, совершенно обезумевшего от ярости: мастодонт прыгал, сотрясая пол.

— Я его сокрушу! — ревел Большой Шодресс. — Я раздавлю его! Я его с землей смешаю! Я из этого щенка мужчину сделал. И теперь я превращу его в пыль! Я покажу ему, кто я есть! Я научу его понимать, кто в этом городе главный! Больше у меня никто не посмеет так себя вести! Макгрюдер, ты мог бы поверить в то, что мы видели и слышали в последние пять минут?

Бедняга Макгрюдер, смущенный, совсем сбитый с толку, не сказал в ответ ни слова. Он мог только в изумлении смотреть на Одиночку Джека. Оказывается, у заключенного обнаружились такие черты характера, о существовании которых он прежде даже и не подозревал. Да и сейчас ему все еще не верилось. Но чувства подсказывали ему, что Эстер Гранж пришла в тюрьму, чтобы сказать человеку, который был уже, считай, мертвецом, что она его любит, а он сказал ей, что любит ее.

Это было уже чересчур даже для Макгрюдера! Это перевернуло все его представления о мире вверх дном, и попробовал бы он теперь понять, что тут можно подумать или сделать!

Весь остаток утра в тюрьме бушевала гроза. Взбешенный свыше всякой меры Шодресс то продолжал злобно издеваться над своим пленником, то проклинал род Гранжей до десятого колена.

— А с тобой я расстанусь через двадцать четыре часа, когда тебя наконец вздернут на виселицу, — говорил он Одиночке Джеку. — Но скажи-ка, ты видел ее когда-нибудь?

— Ты имеешь в виду виселицу?

— Да.

— Я слышу, как стучат молотки плотников, — ответил Одиночка Джек. — Это ведь дальше по улице?

— Выгляни в окно, — сказал Шодресс, — и ты ее увидишь.

Одиночка Джек послушно подошел к окну и перегнулся через подоконник. Он разглядел высокий остов виселицы, вознесшей в небо свою угрюмую вершину, и длинную тень, нелепо перечеркнувшую белую пыль улицы.

— Я окажусь достаточно высоко, так что все меня увидят, — сказал Димз. — Мне это нравится. Надеюсь, Шодресс, у вас крепкие веревки.

— Уж для тебя-то подберут надежную, — ответил хозяин Джовилла, — можешь не сомневаться!

Он хмуро всматривался в улыбающееся лицо Димза.

— Сдается мне, — сказал он, — ты еще надеешься, что завтра тебя не вздернут!

— Ну а как же! — сказал Димз. — Ведь тогда мне трудновато будет пустить в тебя пулю, Шодресс. А это обязательно должно случиться, ты же знаешь!

— Парень, ты несешь ерунду! — заявил толстяк Шодресс. — Никогда не думал, что у взрослого человека может быть такая пустая башка! Макгрюдер, скажи мне, ты когда-нибудь слыхал такие речи от приговоренного к смертной казни? Он то ли хитрит, то ли и вправду спятил!

Но Одиночка Джек в ответ просто улыбнулся.

И поскольку полдень уже был на носу, Шодресс собрался выйти на улицу, чтобы поспеть в гостиницу к обеду.

— Следи за ним, как ястреб, Дэн, — приказал он Макгрюдеру. — Я и тебе-то с трудом могу его доверить. Хотя знаю, что и у тебя нет ни малейшей причины любить его. Не отводи от него глаз! Помни, что он способен проделать совершенно невозможное! Уж если он превращает моих лучших парней, таких, как Гранж, в полных болванов… Словом, держи наготове револьверы, и если что-нибудь случится… если тебе придется послать в него пару пуль — что ж, я не стану задавать тебе лишних вопросов, старик!

Глава 39

СЛОМАННОЕ ЗВЕНО

В дверях он остановился, чтобы выпустить в Димза последний «заряд».

— Что меня больше всего радует, — заявил он, — так это то, что я проделал все легко и безопасно. Я использовал закон, чтобы повесить тебя, Одиночка Джек. И когда тебя поведут к виселице, ты даже не сможешь сказать, что я тебе отомстил! Мои руки чисты. За меня все сделал закон! — И он раскатисто, удовлетворенно рассмеялся.

Наконец он закрыл за собой дверь, и они услышали, как он протопал по коридору, а потом скрипнула, открывшись и закрывшись, другая дверь.

— Там что, арсенал? — спросил Одиночка Джек.

— Да. Он всегда оставляет там свою пушку.

Говоря это, Макгрюдер пристально следил за реакцией заключенного, но Одиночка Джек, казалось, не был расположен заводить разговор. Он даже уселся поудобнее на стуле и прикрыл глаза, будто спит, но в то же время из-под опущенных ресниц внимательно наблюдал, как нервничает его страж.

— Дьявол! — сказал наконец Дэн. — Ты что, спишь?

— Если ты ничего не имеешь против, я хотел бы вздремнуть.

— Как это ты можешь спать, парень, после всего, что с тобой случилось?

— Ты имеешь в виду Эстер?

— Конечно! Самая красивая, самая милая девушка из всех, кого я встречал, — и она так тебя любит! И она пришла сюда сказать об этом при всех!

— Я должен забыть о ней.

— Забыть о ней?

— Да. Мне нужно подготовиться к последнему, что мне осталось в жизни, и, значит, нужно держаться так же стойко и твердо, как всегда, чтобы завтра я смог подняться на помост, не дрогнув.

46
{"b":"5006","o":1}