1
2
3
...
33
34
35
...
59

— Да, — подтвердил Джексон, слегка развеселившись от его замешательства, — это та самая гора Кемптон. И то самое место, куда вы, все трое, отправитесь.

— Только не я! — воскликнул Пит. — Я даже не сунусь к Хэйману. К любому другому — пожалуйста. Но не к нему! Дудки! Тут я — пас! — И в порыве энтузиазма попытался обосновать свой отказ: — Пламя не всегда сжигает до тла, и лед тоже не обязательно вымораживает до костей! А Хэйман — это пламя и лед, вместе взятые, тут уж никак не уцелеть! Стоит ему прикоснуться, и с тебя тут же слезает шкура вместе с мясом!

— Вы, трое, — повторил Джексон, выслушав пылкую речь Пита, — отправитесь туда самым наикратчайшим путем, который только есть. Не стоит беспокоиться, что Хэйман вас потревожит. По слухам, которые, наверное, дошли и до вас, док никогда не доставляет неприятности своим соседям. Он — как волк, который не режет скотину рядом с логовом. Когда ему хочется развлечься, Хэйман навещает дальние окрестности, а то и выезжает за пределы округа. Только одна тропа к горе Кемптон представляет опасность — это Виллоу-Трайл. Держитесь от нее подальше, и с вами ничего не случится. Отправляйтесь прямиком в Кемптон. Это скорее деревня, затерянная в лесах, нежели город, как величают его местные жители. В ее окрестностях разбито три лагеря лесорубов. Там вы рассредоточитесь по одному на каждый лагерь и найдете себе работу. Мне, возможно, понадобится ваша помощь, и даже очень-очень серьезная, какая, пока сказать не могу. У меня еще нет четкого плана, но, думаю, если дельце выгорит, мы сорвем хороший куш. Ты же знаешь, Пит, я слов на ветер не бросаю, так что это не пустые обещания. Точную сумму пока не назову, но на каждого придется по нескольку тысяч. Может, десять, а то и все двадцать.

— Двадцать тысяч? — переспросил Пит, и в его глазах вспыхнул алчный огонек. — За такие деньги я, пожалуй, отправлюсь на гору Кемптон… Еще как отправлюсь! А если надо будет, то за такую сумму даже плюну в рожу самому Хэйману! Двадцать тысяч, говоришь?

— Да, ты не ослышался. А по скольку обломится на самом деле, посмотрим. Может, и по тридцать, не исключено, что и по сто тысяч. Там будет видно! Но игра предстоит крупная и очень опасная! Так что честно предупреди ребят. Если они не захотят рискнуть, могут, пока не поздно, отвалить в сторону. Но мне хотелось бы, по меньшей мере, хоть тебя иметь под рукой. Думаю, Джерри тоже удастся уговорить.

— Джерри не отвалит, — решительно заявил Пит. — Да и Боб — тоже. Никто из нас тебя не бросит. Ты принес нам удачу, кормишь нас и до сих пор еще не обременял работой. Надо быть дураком, чтобы отцепиться от тебя, Джексон. Подумать только, сто тысяч! Все равно когда-то придется умирать — не за то, так за другое. Так почему бы не схлопотать пулю и не отдать Богу душу, если овчинка стоит выделки? Если уж умирать, то хотя бы за такие деньги! Эх, будь у меня эти сто тысяч…

— И как бы ты их просадил? — полюбопытствовал Джексон.

— Просадил? Это целых сто тысяч?! — возмутился Пит. — Я мог бы просадить пятнадцать тысяч, потому что это еще не капитал, с которым можно начать серьезное дело. Но сто тысяч — сумма. С такими деньгами я бы вернулся в Нью-Джерси. Я давно приглядел там одно ранчо, которое охотно купил бы. Даже знаю, где можно приобрести для него стадо хороших коров. Завел бы свою сыроварню, которая никогда не выходила из моей башки. Сейчас я словно вижу, как коровы разгуливают по моему пастбищу, слышу, как они мычат… Ты хоть понимаешь, что это такое, Джексон?

Тот задумчиво и с удивлением смотрел на своего помощника.

— Понимаю… немного, — признался он. — Оказывается, Пит, у тебя совсем иная начинка, нежели я думал. Ладно, давай-ка, изложи мое предложение ребятам.

— А когда мы окажемся в Кемптоне, как ты с нами свяжешься? — поинтересовался Пит.

— А вот как. Полагаю, должен же там быть хоть какой-нибудь магазин, где торгуют всякой всячиной. Буду охотиться за вами там. Один из вас должен появляться в магазине каждое утро. Когда вы мне понадобитесь, я тоже приду туда.

— Ясно, — кивнул Пит. — И как долго нам придется разрабатывать эту золотую жилу?

— День, месяц или год. Еще не знаю.

— День, месяц или год? — эхом отозвался Пит. — Ну, пожалуй, год даже лучше. Звучит более солидно. Дело, ради которого приходится попотеть, в итоге доставляет больше всего удовольствия. Сто тысяч баксов за один день — это несерьезно. Я хочу сказать, не к добру, да и деньги после этого ценить не станешь.

Джексон улыбнулся в знак согласия.

— Вдолби и остальным эту самую мысль, — посоветовал он. — Вижу, голова у тебя, Пит, не только для шляпы. Мы с тобой могли бы неплохо управляться на пару.

— Да с любой бы работенкой — черт бы ее побрал! — могли бы разделаться как с устрицей. Я готовил бы пальцы, чтобы ее достать, а ты открывал бы ножом створки раковины.

— Ну, а теперь до скорого! — попрощался Джексон.

— Погоди-ка! По какой дороге ты сам двинешь в Кемптон? — остановил его Пит.

— А мне откуда знать? Но уж выберу что-нибудь полегче, — уклонился от прямого ответа Джесси. — Не хочу приехать туда в одно время с вами. Если случайно наткнетесь на меня в Кемптоне, притворитесь, что мы незнакомы. Я свяжусь с вами тайком. Ну как, понял?

— Еще бы! Помнится, о чем-то подобном я читал в книжке. Аж в жар бросило со страху, — торжественно заявил Пит.

— До встречи, Пит!

— Будь здоров, Джексон! Не кашляй! Да улыбнется нам удача! И пусть ее хватит на четверых!

«На пятерых, — мысленно уточнил Джексон, пуская вскачь серого. — Ради пятого остальные четверо могут подставить свои шеи».

Он скакал по дороге, пока не убедился, что Пит уже не может его видеть. Тогда он съехал с нее и пустился напрямик по полям к Виллоу-Трайл.

Глава 26

Овраг соответствовал своему назначению. Дно его в сухое время года представляло собой широкую и довольно удобную дорогу, по склонам росли ивы, которые на заболоченных участках образовывали целые рощи. Путешествовать по нему было даже удобно: вода, скопившаяся в больших лужах на протяжении всего пути, была превосходной на вкус, а в зарослях ив голодный путник мог запросто с одного выстрела подстрелить кролика.

Сейчас, в самый разгар знойного летнего дня, Джексон слышал в зарослях ив воркование диких голубей, низкие, печальные и нежные нотки которых, казалось, плыли за ним следом. Но они тут были не единственными птицами. Время от времени над верхушками деревьев, высматривая добычу, пролетал ястреб. Пернатый охотник знал свое дело — не одна птичья песня оборвалась в его острых когтях: И намного выше его, еле различимые глазом, парили на широких неутомимых крыльях канюки, навевая мрачные думы.

Еще он видел цепочки следов, спускающихся по склонам оврага к лужицам воды. Это лисы, койоты и волки приходили к своим излюбленным местам утолить жажду. Встречались ему и тропки, проложенные оленями или антилопами. Американские рыси и пумы также оставили свои отметки вдоль всего пути, а вязкие края луж были испещрены крестиками многочисленных птичьих лапок. Там, где вода, там и хорошее место для охоты, как для зверя, так и для человека. Клык на клык, коготь на коготь — так уж заведено испокон веков. Подумав об этом, Джесси тяжело вздохнул.

Он и сам был хищником, который охотился на других хищников. Острый глаз да легкие, быстрые ноги — вот то, что обычно спасало его от опасности прежде и не должно было подвести теперь.

Серый вез его рысью, лишь иногда переходя на широкий шаг, и так продолжалось до тех пор, пока над верхушками ив, которые тянулись сплошной линией поверху обоих склонов оврага, Джексон не увидел, что находится уже совсем близко от подножия горы Кемптон.

Здесь овраг делал изгиб, и, повернув, Джексон выехал к луже, по размерам скорее напоминающей небольшой пруд. Причиной этому, по-видимому, был питающий его маленький ручеек, который тихо журчал рядом, сбегая с западного склона. А около пруда на ивовом пне восседал толстый мужчина, с круглым, добродушным лицом, в потрепанной шляпе и штанах, которые из-за выступающего живота были подпоясаны почти на бедрах. Еще он был одет в куртку, которая висела на нем мешком. Мужчина держал в руках длинное удилище, ожидая, когда клюнет рыба.

34
{"b":"5016","o":1}