ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
У нас это делают не так! Бизнес-роман о том, как перейти от авторитарного стиля управления к демократическому (must-have для лидера)
Поколение Z на работе. Как его понять и найти с ним общий язык
Вторжение
7 способов соврать
Обучение как приключение. Как сделать уроки интересными и увлекательными
Правила соблазна
Хлеб великанов
Новая холодная война. Кто победит в этот раз?
Наука в поисках Бога

– Удачной охоты, Йафх.

Тот приоткрыл рот и с завистью принюхался к запаху кошачьего корма, исходившему от Рхиоу.

– Если бы я на самом деле охотился, удача мне не помешала бы, – ответил кот. – Попалась бы мне одна из этих маленьких голых собачек или хотя бы голубь… Согласен даже на белку. Да только тут в округе нет никакой добычи, кроме тараканов и крыс.

Об этом Рхиоу и сама уже догадалась – судя по запаху, именно крысой Йафх и позавтракал, – поэтому со всей возможной вежливостью поинтересовалась:

– Разве твои хозяева тебя не кормят, Йафх? Ведь если бы не ты, в этом доме было бы полно крыс. Тебе следует уйти от этих неблагодарных эххифов и найти себе таких, которые оценят твои таланты.

Йафх только горько усмехнулся и улегся поудобнее, подобрав под себя лапы. Рхиоу тоже рассмеялась – без всякой иронии. Хотя кто-то и мог счесть странным, что кошка с таким высоким положением, как Рхиоу, выбрала себе в друзья Йафха, она-то знала, что из всех крысоловов в округе он – лучший. Несмотря на то, что его кастрировали еще котенком, Йафх вырос в огромного хищного зверя; если смотреть на него спереди, не заглядывая под хвост, и не догадаешься, что он ффейх.[7] Йафх готов был сражаться со всем, что двигалось, и постоянно именно так и поступал. В результате шрамов на нем хватило бы еще на одного кота, нос был сломан, уши порваны, а один глаз вытек. Там, где можно было между шрамами разглядеть его шкурку, она была белой; однако Йафх так любил валяться в пыли и охотиться в захламленном подвале дома своих хозяев, что чаще всего она выглядела грязно-серой. Манеры его соответствовали внешности, но Рхиоу это не смущало: она знала, что Йафх – трезво смотрящий на вещи кот без претензий; к тому же ему редко изменяло чувство юмора – он с равной легкостью подсмеивался и над собой, и над другими.

– Послушай, – сказал Йафх, – что такое в конце концов еда? Наевшись, ты укладываешься спать, чем бы – икрой или крысой – ни закусил. Здешние эххифы по крайней мере выпускают меня, когда мне надо, и если и не очень щедры с кормежкой, то не тащат меня удалять когти, как сделали вон с беднягой Айффом, что живет через дорогу. Ты слышала об этом кошмаре?

– Ты потом мне расскажешь, – пробормотала Рхиоу и встряхнулась, чтобы не показать, как ее передернуло. Такие жуткие истории давным-давно убедили ее в том, что лучше не трогать хозяйскую мебель, какой бы соблазнительной ни казалась возможность поточить коготки об обивку. – Мне очень неловко, но я и в самом деле должна бежать: меня ждет работа.

– Тебя безжалостно эксплуатируют, – протянул Йафх, искоса взглянув на Рхиоу. – Как будто наш Народ сотворен для того, чтобы работать! Тут явно не обошлось без эххифов – это их заговор, не иначе!

Рхиоу рассмеялась и спрыгнула с перил. Другие кошки могли смотреть на ее работу с неодобрением или с завистью, Йафх же просто воспринимал ее занятия как странное хобби, которому Рхиоу предается в свободное время. За это-то Рхиоу и любила его.

– Удачи! – сказала она, спускаясь на тротуар. – Еще увидимся.

– Тебе тоже удачной охоты, бедная риох,[8] – сказал Йафх. Это было шутливое прозвище, которое он дал Рхиоу, – так по-айлурински назывались «животные для ноши».

Рхиоу побежала дальше, криво улыбаясь сама себе. На углу она остановилась и оглядела Третью авеню. По случаю воскресного утра машин было мало, и это облегчало дело: не приходилось ждать. Рхиоу пересекла Третью и побежала вдоль стены углового дома, потом нырнула под ворота, ведущие на автомобильную стоянку позади него. Впереди лежал целый лабиринт узких переходов и стен внутри квартала, лежащего между Третьей и Лексингтон-авеню.

Эта часть пути до вокзала была самой скучной. Рхиоу могла бы, конечно, преодолеть ее «длинным прыжком»; учитывая ее специальность, это не представляло трудности. Однако такой вид быстрого перемещения требовал очень много энергии – слишком много, чтобы потратить ее утром, не зная, хватит ли ее на дневные дела, – ведь от этого могло зависеть, будет Рхиоу сопутствовать успех или ее ждет неудача. Поэтому она, как обычно, пустилась в долгий путь по крышам и заборам. Маршрут ее не был прямым и постоянно менялся: в результате ремонта вдруг пропадала удобная лазейка или на стене появлялись острые куски стекла; улицу оказывалось удобнее пересечь, если она была перекрыта из-за земляных работ; леса у строящегося дома временно давали возможность сократить путь, а снесенное здание открывало – по крайней мере, пока на его месте ничего нового не построили, – беспрепятственный проход там, где еще недавно встречалось множество препятствий. Обычно, впрочем, Рхиоу по нескольку недель пользовалась одной и той же дорогой, которая за это время становилась привычной, затрачивая на нее не больше трех четвертей часа и не отвлекаясь от своих мыслей, пока не приближалась к Гранд-Сентрал, где встречалась с остальными.

Этим утром Рхиоу все время думала о несчастном Айффе, живущем через улицу. Айфф был приятным котом: благовоспитанным, немного стеснительным, с красивой кремовой шкуркой, темными лапками и огромными блестящими зелеными глазами. Таких котов, должна была признать Рхиоу, нечасто встретишь на городских улицах; на него невольно обратишь внимание и ни с кем не спутаешь. Однако Айфф явно не был достаточно предусмотрителен, чтобы не точить когти дома, хотя в его распоряжении и было несколько деревьев во дворе. Какая жалость! И как досадно, что эххифы так охраняют предметы на территории своего логова! Что касается охраны самой территории, то тут вопросов не было: это любая кошка могла понять. Но предметы… Это всегда было причиной трений между двумя видами, которые и так достаточно часто не понимали друг друга. Рхиоу от всей души желала, чтобы эххифам хватило здравого смысла запомнить: предметы никакой ценности не представляют, – однако надежды на такое было мало.

Уж в этой жизни наверняка, – подумала она, – да и в паре-тройке следующих, пожалуй, тоже.

Свернув с Третьей на Пятьдесят шестую улицу, Рхиоу помедлила и огляделась, сидя на кованом заборе между двумя особняками. Она сразу заметила знакомый силуэт пятнистой большеглазой кошки у ворот туннеля на противоположной стороне, ведущего в подземный гараж. Таково было одно из преимуществ ее маршрута: он приводил к очень удобному месту для встречи с остальными членами команды – до вокзала было совсем близко, а жившие здесь эххифы знали и саму Рхиоу, и других кошек и не обращали на них внимания. Рхиоу в который раз порадовалась удаче Сааш: той удалось сделать своим хозяином работающего здесь эххифа.

Впрочем, – подумала Рхиоу, – удача здесь скорее всего ни при чем – уж такова наша работа.

Она спрыгнула с забора, нырнула под припаркованную машину, внимательно огляделась, высунув из-под нее мордочку, и быстро перебежала улицу. Сааш, сидевшая у стены туннеля, заметила ее, встала и потянулась.

Это была длинноногая тощая кошечка. Рхиоу всегда удивлялась, почему Сааш никак не удается потолстеть: создавалось впечатление, что ее почти нет, чему способствовала и ее окраска. Сааш была хвахх – как говорили эххифы, черепаховой, – но ее окраска казалась блеклой, пятнышки серого, рыжего, бурого цвета почти сливались, и при неярком освещении можно было, глядя прямо на Сааш, ее не заметить. По-видимому, тут дело было еще и в тех условиях, в которых Сааш жила с младенчества; она никогда не распространялась о первых месяцах своей жизни, но не приходилось сомневаться, что прятаться ей приходилось постоянно. Рхиоу чувствовала, что Сааш еще долго не преодолеет – если вообще когда-нибудь преодолеет – свои комплексы. К тому же маленькие ушки делали ее похожей на котенка, а манера все время нервно озираться придавала ей испуганный и неуверенный вид, хотя в больших золотых глазах и читались ум и чувство юмора.

– Привет, – сказала Рхиоу. Сааш тут же повернулась к ней спиной, задрала левую заднюю лапу и принялась яростно вылизываться. Другая кошка в ответ на подобную грубость фыркнула бы и ушла, но Рхиоу только вздохнула и села рядом: она знала, что Сааш не хочет ее обидеть. – Совсем блохи заели?

вернуться

7

Ффейх (айлурин.) – кастрированный кот или кошка, у которой удалены яичники. – Примеч. авт.

вернуться

8

Риох (айлурин.) – лошадь, «животное для ноши»; в сельской местности также вол или любое тягловое или вьючное животное. Кошки с чувством юмора могут назвать так грузовик, такси, тележку или тачку. – Примеч. авт.

5
{"b":"503","o":1}