ЛитМир - Электронная Библиотека

Дальше все было как в вестерне: кто-то швырнул стул в соседа; пьяница с глазами-бусинками был бесцеремонно схвачен чьими-то могучими руками и вышвырнут вон. Видя, что его акции растут, Ротгут на какое-то мгновение утратил бдительность и ослабил хватку. Воспользовавшись этим, я пригнула голову, и Шиа навалился на него, одновременно отталкивая меня в сторону. После серии взаимных ударов, звуки которых неожиданно громко прозвучали в наступившей вдруг тишине, Шиа сумел скрутить моему обидчику руки за спиной.

– Проваливай, или я прострелю тебе почку.

Несмотря на сильный испуг, я с восхищением следила за Шиа.

Этот неожиданный поворот событий вызвал новую волну лихорадочно заключаемых пари. В возникшем беспорядке один из игроков завладел пистолетом какого-то раззявы. Бочком, бочком я пятилась вдоль стены подальше от места заварухи, и кое-кто из поставивших на меня уже подсчитывал в уме возможный барыш; плотной стеной мужики придвигались все ближе и ближе к дерущимся. Улучив момент, Шиа резко крутанул Ротгута и нанес ему такой силы удар, что послышался трески изумленная толпа отступила. Угроза Шиа, что у него есть оружие, была, очевидно, просто уловкой: его слегка окровавленные руки были пусты.

Ротгут, бесчувственный, рухнул на пол, и толпа игроков снова стала приближаться к нам. Кто-то из темноты бросил Шиа пистолет. Он ловко поймал его левой рукой и взвел курок. Мертвая тишина стояла в комнате. Никто не двигался. Никто даже не шевельнулся, кроме лежащего на полу верзилы, который заворочался, кажется, начиная приходить в себя.

– А теперь я провожу леди домой, – сказал спокойно Шиа, держа толпу под прицелом и одновременно вытесняя меня за дверь.

– Бежим, – скомандовал он, как только мы оказались снаружи.

Я с готовностью повиновалась ему и бежала не останавливаясь, пока не оказалась у здания клиники. Пока я – руки мои тряслись от напряжения сражалась с упорно не поддававшейся дверью, сзади подошел Шиа; пытаясь отдышаться, он прислонился к притолоке.

– Вы здорово бегаете, просто как настоящий янки.

– Я не янки, я из Калифорнии. – Когда дверь открылась, я чуть не провалилась внутрь.

– Существенная разница. – Резко захлопнув дверь, Шиа заковылял за мной. По пути он слегка приподнимал шторы, чтобы держать в поле зрения внутренний мир.

– Я бы не боялась так, если бы знала, что у вас там есть друг, который придет на помощь, даст вам оружие. – Я ухватилась за спинку стула, все еще не в силах справиться со своим дыханием.

Так же, как и я тяжело дыша, Шиа с изумлением уставился на меня.

– Какой там, к черту, друг! Кто-то, должно быть, поставил на нас солидные деньги и не захотел рисковать. Я, вообще-то, был бы не против, если вы заранее предупредите меня, когда в следующий раз соберетесь прервать мою игру в покер.

– Вы не должны были быть там. Почему вы не остались дома залечивать раны?

– Моя сиделка покинула меня.

Я сделала вид, что не слышала этих его слов.

– С такими травмами, как у вас, что вы себе позволяете, о чем думаете?

– О вас.

Горячая волна прилила к моей шее, и я почувствовала, что мне стало еще жарче, чем от сумасшедшего бега по улице.

– Можете вы хоть иногда быть серьезным? – Мне не понравилось, какой оборот принимал наш разговор. Шиа приоткрыл рот, из его разбитой губы на рубашку закапала кровь. Ее запах напомнил мне о чувствах, которым я чуть было не дала волю вчера – здесь, в этой комнате. – Вы выходите почти невредимым из передряг, побывав в которых любой другой человек угодил бы на больничную койку по меньшей мере на неделю; вам кажется, так будет всегда?

– Я думал о вас. Я же обещал, что верну ваши деньги...

– Вы не должны мне возвращать эти проклятые деньги, Шиа Янгер. Я ведь просила вас... Продолжайте играть в карты, если вам это нравится, но не оправдывайтесь необходимостью помогать мне. Я не нуждаюсь в такой помощи.

Шиа двинулся ко мне; нас разделял только стул.

– Я не знаю другого способа добыть три сотни долларов, кроме как выбросить флеш-рояль (Флеш-рояль – выигрышная карточная комбинация при игре в покер.). В нашем финансовом положении не до истерик и тем более не до ссор.

Я резко выпрямилась, хотя все еще тяжело дышала после проделанного кросса. Неужели Шиа действительно отправился в Чиггер-клаб ради меня? И как он только смог спуститься по лестнице и проделать весьма неблизкий путь со своим поврежденным коленом? Немного успокоившись, я спросила:

– Флеш-рояль – это хорошо?

– Ну, намного лучше, чем сломанные ребра, – сказал он сухо, держась за бок. – Даже если выперевязали их.

– Но что такое карточная игра? Единственный, кто выигрывает, это сам игорный дом.

– Не обязательно. Это такая же работа, как и любая другая, нужно только уметь терпеть, рисковать и просчитывать варианты.

Итак, всего лишь работа. Где я слышала это раньше? Немного напрягшись, я вспомнила свою тетю Джозефину: это было почти дословно ее высказывание там, на кухне, в будущем; она говорила это о моем отце. Какая-то мистика: слова Шиа прозвучали будто из уст Адмирала – а может быть, мой отец говорил словами Шиа...

Внезапно разрозненные кусочки информации начали складываться в единое целое. Не было никакой женщины, которая уводила Шиа из дома по ночам.

– Значит, вы профессиональный игрок? – Я затаила дыхание, страстно желая ошибиться.

– Время от времени у меня бывает и другая работа, но в основном вы правы: я игрок.

Мое сердце упало, и комната стала кружиться перед глазами.

– Почему вы мне раньше этого не сказали?

Лицо его на мгновение как бы застыло.

– Когда вы просили меня о помощи, я что-то не припомню, чтобы вы требовали у меня рекомендательное письмо.

Повторялась история с моим отцом: очарованная обаянием Шиа, я не разглядела, что за всем этим скрывается. Я прошла через комнату, цепляясь за остов кровати; весь трагизм бегства моего отца, доселе сокрытый от меня, вдруг прорвался наружу, подобно воде, размывшей дамбу.

– Я доверяла вам, даже когда увидела, что вы знакомы с людьми, подобными Капоне: хотелось верить, что между вами есть разница.

Он буквально пригвоздил меня к стене своим взглядом.

– На самом деле вы не доверяли мне ни секунды, красавица.

– А с какой стати я должна была доверять вам? – Я понимала, что поступаю неразумно, говоря подобные вещи, но уже не могла остановиться. – Вы сами признались так, между делом, – что вы гангстер.

Его глаза вспыхнули так – он стоял очень близко, – что, казалось, обожгли мне кожу.

– Не знаю, что вы имели в виду под словом гангстер, но вот что я довольно интересный одинокий мужчина, вы, кажется, не заметили. У меня нет никого, кто может позаботиться обо мне. – О, сколько боли прочитывалось в его глазах! – Иначе я бы не бегал за вами, подобно преданной собаке.

Я задыхалась, кровь пульсировала в моих щеках, будто кто-то отхлестал их в припадке ярости.

– Вам больше не придется волноваться из-за меня, господин Янгер. Я знаю теперь, кто сделал этот порошок, и как только я найду кого-то, кто согласится проводить меня, я немедленно отправлюсь туда.

Он слегка прищурил глаза.

– И где же обретается этот тип?

– В Дак Конер.

– Вы шутите.

– Неужели вы еще не поняли: я слишком долго подвергалась опасности из-за этого порошка, чтобы шутить по этому поводу. Я не то, что вы, толстокожий: вам даже банда Скайлза нипочем.

– Перестаньте ребячиться, красавица. Это место не для простачков. Тамошняя публика имеет свои собственные понятия о том, что такое хорошо, а что плохо. Отправляясь туда, никогда не знаешь, вернешься ли обратно. Если кто-нибудь из них заподозрит что-то неладное, он сначала стреляет, а уж потом задает вопросы. Ребята из Дак Конер никому не доверяют.

– Значит, по-вашему, я должна, опустив руки, сидеть дома...

– Вы ничего не добьетесь, неужели не понятно? Забудьте о своем ненаглядном порошке. Даже если вы вылезете из собственной кожи – даже в этом случае – все равно вы ничего не добьетесь. – Он замолчал, заметив рану на моей руке. – Это вчера вас так? – спросил Шиа, беря меня за локоть.

37
{"b":"5031","o":1}