A
A
1
2
3
...
13
14
15
...
28

Его глазам открылось жалкое зрелище: грязный, противный, неопрятный...

Идя мыться, он подумал, что, возможно, найдет в доме утюг, чтобы погладить костюм и галстук.

* * *

Закрыв калитку, Эстер Ламм пошла направо, опустив голову. С юга дул сильный ветер. Деревья парка стонали и гнулись под его порывами. Дождь, сносимый ветром, перебегал быстрыми волнами по мокрому тротуару.

На улице не было ни души.

Вполне понятно.

Нагнувшись вперед, опираясь на трость, Эстер продолжала путь, сильно хромая.

Теперь, когда за ней никто не наблюдал и не надо было притворяться, она перестала бороться с глодавшей ее тревогой за судьбу Артура...

Что с ним случилось? Где он? Что делает? Жив ли он еще? Не разделил ли участь Франца Халлейна?

Ужасно.

Перед ее мысленным взором встало грустное и некрасивое лицо Стефана Менцеля. У него был жалкий вид, однако его мозг делал его одним из величайших ученых своего поколения. Он остался ребенком во всем, что касалось отношений с внешним миром, особенно с женщинами. Он остался ребенком, став великим человеком... Смешно...

Он был неплохим парнем, но Эстер не хотела бы выйти за него замуж...

Она вздрогнула и нахмурилась, удивленная, что ей вообще пришла в голову такая мысль.

Странно.

Мимо проехал автобус, забрызгав ее грязью. Она уже чувствовала усталость... У нее никогда не хватит сил дойти до дипломатической миссии США.

Никогда.

На виа Баттисти можно найти такси.

Она перешла через виа Рисмондо. В центре перекрестка полицейский в непромокаемом плаще регулировал движение.

Сзади подъехало такси. Она с трудом сделала шаг в сторону, чтобы ее не забрызгало грязью. Машина остановилась у тротуара в нескольких метрах от нее. Из нее выскочил высокий толстый мужчина в дождевике и зеленой шляпе и нагнулся к дверце, чтобы заплатить за проезд.

Эстер прибавила шаг, опираясь на трость. Это такси было огромной удачей... Она остановилась возле пассажира, ожидавшего сдачу.

– Вы свободны?

Шофер выглядел не очень симпатичным, но ничего.

– Вы же видите, – буркнул он.

Пассажир взял сдачу, открыл дверцу и помог Эстер сесть. Она с трудом забралась в машину, поставила трость, опустилась на сиденье и повернула голову, чтобы поблагодарить незнакомца.

Мужчина тоже сел, захлопнул дверцу и хладнокровно скомандовал:

– В путь!

Одновременно он достал пистолет с длинным стволом и наставил его на Эстер.

– Я не желаю вам никакого зла, – сказал он. – Это всего-навсего для того, чтобы сразу пресечь возможные нежелательные реакции.

Такси пулей сорвалось с места. Парализованная страхом, Эстер сжалась и молча ждала продолжения.

Машина свернула направо, обогнула синагогу и поехала прямо.

Дворец правосудия. Виа Фабио Северо.

Эстер осторожно повернула голову, чтобы рассмотреть своего похитителя.

Круглое, плохо выбритое красное лицо, густые черные усы, черные глаза, бородавка возле левой ноздри широкого красного носа. Рот неожиданно тонкий.

Он пошевелился, и их глаза встретились. Взгляд Эстер ничего не выражал.

– Ваш брат еще жив, – сказал он.

Она вздрогнула и напряглась, стараясь не показывать ему свою тревогу. Значит, Артур попал в их руки...

Он добавил:

– И только от вас, синьорина, зависит, будет ли он жить дальше.

Это тип, вне всяких сомнений, был итальянец...

Он представился светским тоном, слегка поклонившись:

– Меня зовут Хирурго.

Она словно окаменела. Машина мчалась навстречу порывам ветра, набирая скорость. Дождь совершенно замутил лобовое стекло, и Эстер спросила себя, как водитель может различать дорогу.

Хирурго заговорил снова:

– Какого черта ваш брат ввязался в эту историю? Ему нечего было в нее соваться...

Эстер сидела, напряженно выпрямившись и не отвечая. Он немного нервно спросил:

– Что, язык проглотила?

Она сумела улыбнуться. Улыбка была одновременно непринужденной и полной презрения. Он слегка побледнел.

– Вы пошли по ложному пути, синьора. Ваш брат в моих руках; может быть, вы не догадываетесь, что это означает?

Эстер впервые разжала губы:

– Легко догадаться по одному взгляду на вас.

Он замер с открытым ртом, потом прошипел сквозь зубы:

– Черт... Где это вы взяли такой голос?.. Вам бы следовало...

Она перебила его:

– Прошу вас, не надо. Что вы от меня хотите? Вы ведь похитили меня не для того, чтобы сказать, что у меня красивый голос?

Мужчина стиснул зубы. Она его задела.

– Нет, синьора. Мне бы надо было отшлепать вас по заду, но, на ваше счастье, вы калека.

– На мое счастье? – агрессивно повторила Эстер. – Вы так считаете?

Он продолжил, не поняв:

– Ваш брат в нашей власти, и его жизнь зависит от вас. Вы ведь вышли из дому, чтобы предупредить агентство, где он работает, правда?

Эстер стала быстро думать. О Менцеле не было сказано ни слова... Они, очевидно, не знали, что немецкий ученый скрывался в доме девятнадцать по виа Г. Маркони.

– Правда, – ответила она. – Он никогда еще не проводил ночь вне дома, не предупредив меня. Я хотела узнать в агентстве, что с ним случилось?..

Толстяк хохотнул:

– Они ничего не знают. А потом, он все равно не мог вас предупредить, потому что у вас не работает телефон. Это я перерезал провод.

Он казался очень довольным. Ей захотелось влепить ему пощечину.

– Ну и дальше что? – просто спросила она.

– Дальше, – ответил Хирурго, – вы добросовестно сделаете все, что я вам скажу. Не нужно, чтобы исчезновение вашего брата кого-либо встревожило. Вы позвоните в агентство и скажете, что он заболел или что уехал хоронить кого-нибудь из родственников и вернется не раньше чем через два дня.

Эстер холодно произнесла:

– На мою помощь не рассчитывайте.

Он искренне удивился:

– Почему? Не понимаю.

– Если вы не понимаете, значит, невероятно тупы и я ничего не могу с этим поделать.

Она вздохнула, пожала плечами и продолжила:

– Все-таки я вам объясню... Вы говорите, что мой брат в ваших руках. Это только слова. Как вы мне это докажете?

Он задохнулся от удивления:

– Черт! Да зачем мне вам врать?

Эстер фыркнула:

– Пф! Вы еще глупее, чем я думала. Как бы то ни было, никакой дискуссии не будет, пока вы меня не убедите. Дайте мне выйти.

Она с великолепным апломбом наклонилась вперед и постучала в разделительное стекло:

– Эй, водитель! Я выйду здесь...

Хирурго грубо схватил ее за плечо и швырнул на сиденье. Эстер побледнела и бросила:

– Хам! Грязный хам!

Он ударил ее ладонью по губам. Она почувствовала вкус крови и чуть не заплакала, но сумела совладать с собой и сказала сдержанным голосом:

– Вы гнусный, мерзкий субъект, но я вас прощаю. На бешеную собаку нельзя обижаться. Она не виновата, что бешеная.

Хирурго расхохотался:

– Вы совершенно сумасшедшая, синьорина! Совершенно сумасшедшая! Скоро мы выйдем, и я дам вам послушать голос вашего брата по телефону...

Эстер нахмурила брови, немного подвинулась, потому что искалеченная нога причиняла ей боль.

– Я смогу задавать ему вопросы?

– Нет, разумеется.

– Тогда я не согласна.

Он пришел в ярость:

– Черт побери! Чего же вы хотите? Мне говорили, что вы очень привязаны к брату. Если это не так... Если вы предпочитаете видеть его мертвым, скажите откровенно. Я охотно убью его, чтобы доставить вам удовольствие.

– А кто мне докажет, что вы его уже не убили?

Он стал пунцовым.

– Да вы надо мной издеваетесь! Я только что предложил вам послушать его голос по телефону.

– Вы могли его записать. Я хочу задать ему несколько вопросов, чтобы быть уверенной, что отвечает именно он. Я не хочу слушать пластинку.

Казалось, он испытал облегчение.

– А!Только поэтому?

– Да, поэтому, – подтвердила Эстер.

– Тогда я согласен, но при одном условии.

14
{"b":"5037","o":1}