ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Марблхедцы сгрудились вокруг колдуна, жертвуя собой, лишь бы он мог закончить заклятие. Несмотря на превосходство в вооружении, команда «Бибба» нашла в марблхедцах достойного противника. Схватка была отчаянной и кровавой.

Наконец, перебив почти всех Таинственных, нападающие приблизились к колдуну.

Но Т'гузери, выкрикнув последнее надрывающее горло слово, исхирился бросить фетиш за борт прежде, чем его захватили матросы.

За небольшим всплеском последовал другой, более громкий звук. С палубы «Бибба» Агассис увидел, как из-под воды, прижимая к себе локтем фетиш, вынырнула Дотти. Загребая одной рукой, она подплыла к марблхедскому судну, где ей помогли подняться на борт.

Агассис, которому не терпелось поближе рассмотреть фетиш, перебрался на марблхедский корабль, за ним последовали Цезарь, Стормфилд и остальные.

С одежды Дотти струями лилась вода, но готтентотка гордо держала останки своей матери.

Есть семейство морских существ, известных как голожаберные моллюски: отряд Nudibranchia, класс Gastropoda, подкласс Opisthobranchia. Лишенные конечностей желеобразные существа усеяны множеством ороговевших наростов-ресничек. Эти моллюски различного окраса, с замысловатыми складками и завитками, рыщут по морям холодным и теплым, извиваясь бескостными телами с подвижностью, чуждой Божьим тварям.

Плавающая в настойке из даки деталь анатомии Саартье Баартман, эта «вуаль стыда» с ошметками плоти, к которой она некогда крепилась, более всего напоминала вышеупомянутых моллюсков, а именно гривастого голожаберника (Aeolidia papillosa).

Агассис хотел подойти поближе, чтобы осмотреть реликт, который стоил ему стольких бед и трудов.

– Ни с места!

Все взгляды обратились на Костюшко. В вытянутой руке анархист держал круглую бомбу, с которой свисал длинный тлеющий запальный шнур.

– С вашего позволения я заберу фетиш.

– Но вы обещали! – вскричал в ярости Агассис.

– Только пока буду на вашем судне. А теперь я на другом, которое реквизирую именем освободительных движений во всем мире. Возвращайтесь на свой корабль. И не пытайтесь следовать за мной, а не то я уничтожу фетиш! Теперь я разожгу мировой пожар в Европе, созревшей для революции, какой еще не видывал мир!

Бахвальство анархиста прервал вдруг голос капитана Стормфилда:

– Ах ты лживый прохвост! Постыдился бы! Куда тебе до твоего папы!

Вид у Костюшко стал изумленный.

– Вы знали моего отца?

– Ей-ей, а то мы не сражались с ним бок о бок в Саратоге?!

– Сколько вам лет?

– Сто двадцать восемь, и я еще могу поколотить такого мальчонку, как ты!

Костюшко опустил бомбу с трещащим фитилем. В глазах у него стояли слезы.

– Я за всю жизнь папу всего два-три раза и видел. Он всегда где-то сражался. Мы с мамой очень без него скучали. Встретить того, кто правда его знал…

Стормфилд незаметно подобрался к плачущему анархисту и обнял его за плечи:

– Ну же, ну же, дружок…

– Ради бога, – крикнул Агассис, – погасите кто-нибудь бомбу!

Но не успел никто откликнуться на его слова, как раздался новый шум.

За кормой марблхедского судна вода забурлила и вздыбилась.

– Неужели еще один подводный корабль! – застонал Агассис.

Каково бы ни было божество, которое стремился призвать Т'гузери, сейчас оно сочло уместным исполнить желание Агассиса. Причиной возмущения вод была не подводная машина. Во всяком случае, не сотворенная людьми.

Из воды поднялась голова размером с паровоз. Была она с покатым лбом и обтянута лоснящейся крапчатой кожей. Глаза размером с колеса телеги. Из открытых челюстей свисали водоросли.

За головой возникла шея – толстая, как коринфская колона Центральной Конгрегационалистской церкви на Уинтер-стрит. Шея вознесла голову высоко в ночное небо, пока она не закачалась там, точно птица на верхушке соборного шпиля.

За шеей последовало покрытое ракушечником тело вдвое длиннее «США Бибба».

Немногие уцелевшие Таинственные – включая Т'гузери, который извивался в лапах крепкого матроса, – принялись распевать имя страшного существа:

– Дагон! Дагон! Дагон!

В 1796 году, еще до рождения Агассиса, его ментора Жоржа Кювье попросили спуститься в гипсовый рудник на Монмартре. Рабочие раскопали там кости такого размера, что они могли принадлежать лишь существу, ростом много больше любого ныне живущего слона. Осмотрев находку, Кювье объявил, что это кости ископаемого животного, погибшего в результате природной катастрофы. В следующие пять лет его призывали обследовать много других окаменелостей, включая гигантские маастрихтские челюсти, привезенные из Германии армией революционной Франции.

В бытность свою учеником Кювье Агассис и сам видел немало таких пыльных костей.

И потому хладнокровный швейцарский натуралист первым узнал нависшее над ними существо, хотя его скелет и был одет мясистой плотью и чешуйчатой кожей.

– Это не сверхъестественное чудовище, друзья! Это всего лишь вымерший морской ящер, ихтиозавр!

– Я бы шказатъ, он не слишком-то фымер, – слабо пробормотал Цезарь.

Капитан Дэвис присоединил свой голос к Агассису:

– Стреляйте по нему изо всего, что у вас есть, ребята! С «Бибба» загремели пушки. Взлетел в ночь бьющий без промаха гарпун Мелвилла. Град стрел посыпался из лука вождя Каймановая Черепаха. Эхом отдавались выстрелы из десятков пистолетов. И наконец бомба Костюшко, описав высокую дугу, бессильно взорвалась у шеи чудовища.

Эта атака подействовала на ихтиозавра не более чем град горошин. Он только водил взад-вперед головой на огромной шее, что-то выискивая.

Тут из толпы выступил Мориц.

– Вам, империалистам, ничего, кроме силы, не ведомо. Дайте мне попробовать с ним договориться! Эгей, создание! Я представляю пролетариат…

Привлеченный, по всей видимости, скулежем социалиста ихтиозавр опустил голову, чтобы присмотреться к нему поближе.

– Видите…

В мгновение ока чудовище проглотило Морица Дезора.

Остальные застыли. В пораженном молчании они ждали, что вот-вот ихтиозавр пожрет всех, разобьет хвостом их корабль или и то, и другое разом.

Из задних рядов к морскому ящеру протолкалась Дотти. В поднятой руке она держала фетиш.

– Уходи, уходи, Дагон! Чтутлу приказывает тебе! Назад, в твои бездонные глубины! Усни на грядущие зоны!

Чудовище отпрянуло, точно напуганный щенок. Потом нырнуло, подняв такую волну, что она закачала и едва не потопила оба корабля. Люди повалились на палубу, как кегли.

Корабли перестали качаться, и все медленно поднялись на ноги. Прошло несколько мгновений, прежде чем до них дошло, что небо их пощадило. Но когда они это поняли, то огласили палубу звонкими криками радости.

– Гип-гип-ура готтентотке! Трижды ура Дотти! Ура-ура-ура!

Бывалые матросы плакали. Догберри обнимал вождя Каймановая Черепаха. Пуртале, Буркхардт, Жирар и Сон-рель, взявшись за руки, задирали колени на манер танцорок из мюзик-холла. Костюшко и Стормфилд отплясывали джигу. Цезарь обнял скромно улыбающуюся Дотти, которая прижимала к груди чудом оставшийся невредимым фетиш.

Тут появилась Лиззи и бросилась в объятия Агассиса.

– О, Луи! Вы были великолепны!

И она принялась целовать его снова и снова. Подошел Эдвард Дезор. Он один остался безучастен ко всеобщей радости. Агассису он деревянно сказал:

– Вы, и только вы, в ответе за смерть моего кузена. Вы поплатитесь за это, Агасс. Да, вы поплатитесь.

Поддернув спадающие панталоны, Агассис приготовился срезать наглеца холодной отповедью. И остановился. Просто не нашел в себе сил беспокоиться из-за угрозы Дезора. Конечно, этот человек может причинить ему неприятности. Но что они в сравнении с тяжким испытанием, которому он подвергся. Он обнимает свою будущую жену, он обрел знание о Космогоническом Локусе, теперь его будущее – и будущее креационизма – представлялось в самом радужном свете.

Но Агассис не мог предвидеть, что уже тогда человек по имени Чарльз Дарвин работал над книгой под названием «О происхождении видов», книгой, которая навечно свяжет человека с животным, впряжет в одну упряжку белых и черных и заменит возлюбленный креационизм Агассиса отвратительной идеей, называемой «эволюция», а самого Агассиса превратит к преклонным его годам в раздражительную, устарелую и всеми осмеянную окаменелость.

45
{"b":"505","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Предприниматели
Блондинки тоже в тренде
Шестнадцать деревьев Соммы
Вернуться домой
Ненавидеть, гнать, терпеть
Все чемпионаты мира по футболу. 1930—2018. Страны, факты, финалы, герои. Справочник
30 шикарных дней: план по созданию жизни твоей мечты
Отдел продаж по захвату рынка
11 врагов руководителя: Модели поведения, способные разрушить карьеру и бизнес