ЛитМир - Электронная Библиотека

– Да.

– Где вы? Что происходит?

– Возле реки за его домом. Темно. Он раздевается.

– Он вызвал вас на Землю, чтобы пойти с вами ночью поплавать?

– Нет. Он пытается покончить с собой.

– Покончить с собой? Почему?

– Потому что случилось что-то ужасное.

– Что же случилось?

– Он не хочет об этом говорить.

– Черт побери! Я же хочу ему помочь.

– Он это знает.

– Тогда почему же он не хочет мне рассказать?

– Ему очень больно и стыдно. Он не хочет, чтобы вы знали.

– Но я не смогу помочь ему, если он не расскажет мне, что случилось.

– Он это тоже знает.

– Тогда почему…

– Потому что тогда вы узнаете то, что даже он не хочет знать.

– А вы знаете, что случилось?

– Нет.

– Разве он не рассказывает вам обо всем, что с ним происходит?

– Теперь уже нет.

– Тогда, может быть, вы ему поможете? Если вы уговорите его рассказать мне, что произошло, это будет первым шагом, который поможет ему справиться со случившимся.

– Нет.

– Почему?

– Разве вы не помните? Он не хочет об этом говорить.

– Но время у него на исходе!

– Время для всех на исходе.

– Хорошо. Что сейчас происходит?

– Его несет по течению. Он тонет. Он хочет умереть. – Прот произнес это совершенно бесстрастно, словно был не более чем равнодушным наблюдателем.

– Вы можете его остановить?

– Что я могу сделать?

– Вы можете с ним поговорить! Можете помочь ему!

– Если он хочет умереть, он имеет на это право, вы не согласны?

– Но ведь он ваш друг. Если он умрет, вы никогда его больше не увидите!

– Да, я его друг. Поэтому я и не вмешиваюсь.

– Ладно. Он еще в сознании?

– Едва ли.

– Но он еще в воде?

– Да.

– Еще есть время. Помогите же ему, ради Бога!

– В этом нет нужды. Поток вынес его на берег. Он выживет.

– Как далеко унес его поток?

– Примерно с милю.

– Что он сейчас делает?

– Кашляет. Наглотался воды. Но он уже приходит в себя.

– И вы рядом с ним?

– Так же близко, как сейчас к вам.

– Вы можете с ним поговорить?

– Я-то могу, но он не станет говорить со мной.

– Что он сейчас делает?

– Просто лежит. – И тут прот снял с себя рубашку и положил ее на пол перед собой.

– Вы его укрыли?

– Он весь дрожит. – Прот лег на ковер рядом с рубашкой.

– Вы легли рядом с ним?

– Да. Мы сейчас будем спать.

– Хорошо, спите. А теперь я попрошу вас перенестись вперед во времени, в следующее утро. Солнце встало. Где вы сейчас?

– Все еще там, лежим.

– Он спит?

– Нет. Просто не хочет вставать.

– Он о чем-нибудь говорил ночью?

– Нет.

– А вы ему что-нибудь сказали?

– Нет.

– Хорошо. Сейчас наступает вечер. Где вы?

Прот поднялся и снова сел в свое кресло.

– В заире.

– В Заире? Как вы попали в Заир?

– Это непросто объяснить. У света есть определенные…

– Я имел в виду: почему вы туда вернулись? Ваш друг вместе с вами?

– Мне показалось, что это очень красивая страна. Я подумал, что путешествие может его несколько взбодрить.

– Вы ему это сказали?

– Да. Я сказал: «Давай смотаемся отсюда».

– А он что ответил?

– Ничего.

– Так что, теперь вы в Заире?

– Да.

– Вы оба?

– Да.

– Что вы сейчас будете делать?

– Знакомиться со здешними существами.

– А потом?

– Двинемся в другое место.

– Хорошо. Прошло шесть месяцев. Семнадцатое февраля 1986 года. Где вы?

– В египте.

– Все еще в Африке?

– Это большой материк. По крайней мере по ЗЕМНЫМ стандартам.

– Ваш друг все еще с вами?

– Конечно.

– А какими деньгами вы пользовались во время этого путешествия?

– Никакими. Мы просто брали то, что нам было нужно.

– И никто не возражал?

– Мы объясняли, кто мы такие, и никто не возражал.

– Ладно. Прошел год с тех пор, как вы ушли с той реки. Семнадцатое августа 1986 года. Где вы сейчас?

– В швеции.

– Вам там нравится?

– Очень. Люди тут больше, чем где бы то ни было, похожи на КАПЭКСиан.

– В каком смысле?

– Они менее воинственны и более терпимы к своим соплеменникам, чем в тех странах, где мы побывали.

– Семнадцатое августа 1987 года.

– Саудовская аравия.

– Семнадцатое августа 1988 года.

– Квинсленд, австралия.

– Семнадцатое августа 1989 года.

– Боливия.

– Семнадцатое октября того же года.

– Соединенные штаты. Индиана.

– Семнадцатое декабря.

– Нью-Йорк.

– Семнадцатое февраля 1990 года.

– Психиатрическая больница лонг-айленда.

– Семнадцатое мая.

– Манхэттенский психиатрический институт.

– В настоящее время.

– То же знакомое место.

– И ваш друг все это время с вами не разговаривал?

– Ни единого слова.

– А вы пытались с ним говорить?

– Время от времени.

– Можно я попробую?

– Пробуйте себе на здоровье.

– Мне нужно его имя. Мне будет намного легче, если я буду знать, как мне к нему обратиться.

– Этого я сделать не могу. Но я могу дать вам подсказку. Он умеет летать.

– Летать? Его зовут Фрэд?

– Бросьте, доктор, вы способны на большее. Неужели, кроме самолетов, ничего не приходит на ум?

– Он птица? У него имя птицы?

– Очко!

– Хм, хм… Дональд? Вуди? Джонатан Ливингстон?

– Но ведь это не настоящие птицы, джин, верно?

– Мартин?[38] Джей?[39]

– Становится те-е-епле-е-е-е-е-е!

– Робин?[40] Роберт?

– Отлично сработано, доктор брюэр. Остальное в ваших руках.

– Спасибо. Я хотел бы поговорить с ним прямо сейчас. Вы не против?

– С какой стати? – Неожиданно прот (Роберт) обмяк в своем кресле. Руки его безвольно упали вдоль туловища.

– Роберт?

Молчание.

– Роберт, это доктор Брюэр. Мне кажется, я могу вам помочь.

Молчание.

– Роберт, послушайте меня. Вы пережили страшный шок. Я понимаю вашу боль и ваше страдание. Вы меня слышите?

Молчание.

И тут я решил пойти на риск. Зная прота и от него зная кое-что о Роберте, я никак не мог отбросить мысль о том, что даже если он действительно убил или покалечил кого-то, это почти наверняка был несчастный случай, а еще вероятнее, самозащита. Все это, конечно, было не более чем мои домыслы, но это было все, чем я тогда располагал.

– Роберт, послушайте меня. То, что с вами случилось, могло случиться с кем угодно. Этого не надо стыдиться. Это естественная, запрограммированная у людей реакция. Это в наших генах. Вы понимаете? То, что вы сделали, мог совершить любой. И любой в состоянии понять то, что вы сделали и почему вы это сделали, и простить. Я хочу, чтобы вы это поняли. Если вы подадите мне знак, что вы меня слышите, мы сможем об этом поговорить. Нам пока не надо говорить о том, что случилось. Мы будем говорить только о том, как помочь вам справиться с вашим горем и ненавистью к самому себе.

Вы не хотите говорить со мной? Вы не хотите, чтобы я вам помог?

Несколько минут мы сидели молча: я ждал, когда Роберт хотя бы едва заметным жестом даст мне знать, что он услышал мой призыв. Но у него на лице не дрогнул ни единый мускул.

– Я хочу, чтобы вы обо всем этом поразмыслили. А через неделю мы поговорим, хорошо? Пожалуйста, доверьтесь мне.

Молчание.

– А теперь я хочу поговорить с вашим другом.

Мгновение, и передо мной снова был прот: глаза широко раскрыты, улыбка до ушей.

– Приветик, джини. Давненько не виделись. Как делишки?

И мы поговорили немного о наших первых встречах в мае, которые, как выяснилось, он помнил до мельчайших подробностей, словно в голове у него работал магнитофон.

Я вывел прота из состояния гипноза и отправил его назад во второе отделение. Он был, как обычно, в прекрасном настроении и не помнил абсолютно ничего из того, что только что произошло.

вернуться

38

Городская ласточка

вернуться

39

Сойка

вернуться

40

Дрозд

34
{"b":"5050","o":1}