ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Будучи дочерью богатого эрла, Элис имела с десяток слуг, и сейчас она вдруг подумала: а не проявляла ли она такого же высокомерия к ним? Она, конечно, не очень задумывалась над тем, как ее поведение выглядело со стороны; во всяком случае эмоции слуг ее не волновали. Она вспоминала, как порой отпускала нелестные замечания по поводу кулинарного искусства их повара, как она однажды выругала конюха за недостаточное, как ей показалось, внимание к ее жеребцу. Краска стыда залила ей лицо. Разве это не похоже на то, как Данкен третировал Дженни? Наверняка, она ведь просто придиралась!

«Посторонись, дорогу!» – голос с улицы неожиданно привлек внимание Элис. Она подошла к окну. Лакей-скороход, совсем молоденький, почти бегом расчищал дорогу роскошному экипажу.

Белые чулки юноши были забрызганы грязью, со лба стекали струйки пота, волосы слиплись. Это был даже не парадный выезд. Наверняка какой-то высокородный прощелыга направлялся куда-то на раут, чтобы провести вечер за карточным столом или игрой в кости.

Вот он – подлинный символ неравенства и привилегий! Элис поклялась себе: когда она восстановит свои права и свое положение, она никогда не позволит себе такой тщеславной надменности, как у Данкена Грэнвилла. Но прежде всего надо вернуть то, что было потеряно. Иначе она долго не выдержит…

6

– Передай своему хозяину, что его ожидает графиня Биркхэм, – Роберта даже не удостоила взглядом дворецкого, к которому обращалась; глаза ее были заняты другим: она буквально пожирала ими богатый интерьер лондонской резиденции Кейрона Чатэма.

Массивная хрустальная люстра бросала яркий, дробящийся свет на лепной потолок и паркетный пол; вдоль стен стояли мраморные вазы с цветами, от которых по всему помещению распространялся густой, медовый аромат.

Роберта прошла в следующую залу, предназначенную для посетителей. Богатая французская мебель, восточные ковры – странно, зачем этому лорду понадобился какой-то жалкий клочок земли в Брайархерсте?

Конечно, там плодородные земли, которые могут дать приличную ренту. Но ведь человек его положения мог бы скупить сразу несколько имений, что ему эти жалкие пятьдесят акров? Может быть, он передумает? Исчезновение падчерицы существенно поправило денежные дела Роберты, так какой же смысл ей теперь дробить поместье?

Роберта продолжала осматривать убранство помещения: позолоченные стены и ковры под цвет, нагретые послеполуденным солнечным светом, а вот старинные флорентийские часы, с их мягким тиканьем… Роскошно обставленная комната говорила о покое и благополучии, и гостья расслабленно опустилась на шелковые подушки софы.

– Рад вас видеть, мадам. – Кейрон, незамеченный, уже какое-то время молча наблюдая за ней. Она не изменилась: даже пышные кружева и свежезавитые локоны не красили ее хищного неприятного лица; портил его не столько возраст, сколько порок.

Роберта от неожиданности вздрогнула. Глаза ее расширились – теперь уже от восхищения мужественной красотой хозяина дома. До этого они встречались всего однажды, на каком-то лондонском приеме, но тогда было слишком много народа, и, видимо, ее внимание было отвлечено чем-то другим. Как же иначе объяснить, что она не ощутила таинственной, притягательной силы, исходившей от этого мужчины?

К тому же как он изысканно одет! Костюм из черного бархата, тесно облегающие бриджи и снежная белизна сорочки, какое чудесное сочетание! А сапоги до колен – тоже черные, как ночь! Эффект был потрясающий, и Роберта подумала, что ей не стоит так уж спешить с завершением их сделки. Кейрон уловил характерное выражение в ее слегка раскосых глазах – и это его позабавило. Большинство женщин тщательно старается скрывать свои истинные намерения; Роберта к таковым явно не принадлежала.

– Мой дорогой лорд Чатэм, – Роберта слегка наклонила голову, чтобы дать Кейрону возможность оценить фасон своей шляпки. Про себя она подосадовала: не следовало надевать в дорогу это люстриновое платье оливкового цвета; практично, но недостаточно эффектно. А так хотелось произвести впечатление на этого красавчика! – Мне весьма приятно вновь встретиться с вами. Я была так огорчена, что вы не появились у нас тогда, как мы договаривались. Я уже стала беспокоиться: не напали ли на вас разбойники по дороге?

– Прошу извинить меня за беспокойство, которое я вам причинил. Я так хотел заехать в Брайархерст, но… возникли непредвиденные обстоятельства. Увы!

Роберта поспешно поджала губы:

– Надеюсь, ничего страшного?

– Во всяком случае, ничего, что оправдывало бы вашу озабоченность. – Кейрон смотрел ей прямо в глаза, взгляд был спокойный, но в тоне сквозила некоторая холодность. Он явно не собирался говорить с ней ни о чем, кроме дела, за которым она приехала. Присев на край массивного стола красного дерева, он указал Роберте на стул.

– Вы в своем письме не указали цели вашего визита, но, как я понимаю, она заключается в том, чтобы завершить нашу сделку, – Кейрон вынул серебряный ключик из кармашка у пояса и открыл им один из ящиков стола. Роберта неловко поерзала на стуле и, как-то нервно хихикнув, заявила:

– Вообще-то, это не совсем то, что я хотела бы обсудить с вами. Я помню, что мы договорились о продаже земельного участка, но со времени нашего последнего разговора обстоятельства несколько изменились.

– Неужели? Леди Уилхэвен, я должен вас предупредить, что не может быть и речи о том, чтобы еще повысить цену. Наша договоренность была, конечно, устной, но она была твердой и, надеюсь, окончательной. Я не намерен дать ни шиллинга больше тех пяти тысяч, на которых мы остановились.

– Нет, нет, дело вовсе не в цене, – запротестовала Роберта. Она даже замахала руками, чтобы исправить впечатление от своего заявления. – Я и не помышляю о том, чтобы отказываться от своего слова. Дело совершенно не в том, что меня не устраивает цена – дело в том, что я отказалась от мысли продавать этот участок.

Кейрон с выражением явного удивления откинулся на спинку стула:

– Неожиданный поворот дела! Я-то из нашего прошлого разговора понял, что вы крайне заинтересованы, – как бы это сказать, – в ликвидных средствах?

– Да, так было, но, как я уже сказала, мои финансовые дела изменились к лучшему, – Роберта кокетливо улыбнулась, подняв полукругом свои темные брови и став очень похожей на клоуна.

– С момента нашего разговора прошло около месяца. Неужто золотой дождь просыпался на вашу голову?

– Да, что-то вроде этого. Я надеюсь, вы не будете против того, чтобы считать нашу сделку недействительной.

Просьба Роберты удивила Кейрона. Месяц назад она отчаянно нуждалась в деньгах – об этом ему сказал их общий знакомый, который и свел их на вечере у Олмэков. Его интерес к покупке земельных угодий объяснялся тогда очень просто: его мать была дружна с семьей Уилхэвенов; хотя она была и незнакома со второй женой эрла Биркхэма, до нее доходили слухи о ее патологической жадности и когда она узнала, что Роберта собирается распродать имение по частям, то упросила сына скупить возможно большее их число – чтобы сохранить наследство друга семьи по возможности в цельном виде. Но раз Роберта отказывалась от плана дробления поместья, что ж, тем лучше. И все-таки надо ее как-то проучить за отказ от данного обещания.

– Я бы с удовольствием пошел вам навстречу, но я уже купил участок земли рядом с вашим, думая их объединить, а теперь, оказывается, я в убытке – без вашей земли моя покупка просто не имеет смысла. Боюсь, мне будет трудно освободить вас от вашего обязательства, леди Уилхэвен. Наш общий друг, сэр Тарлтон, заверил меня, что вы женщина, которая умеет держать слово. Стало быть, вы хотите сделать из него лжеца?

Роберта поняла, что ее слишком прямолинейный подход не действует, и решила испробовать другой.

– Нет, нет, конечно, раз вы так настаиваете, я выполню свое обещание, лорд Чатэм, как бы мне ни больно было расстаться с этим участком.

– Это скорее мне больно расставаться с такой суммой. Вы же неслыханную цену заломили…

17
{"b":"51","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Дочери смотрителя маяка
Соглядатай
Третье пришествие. Ангелы ада
Жизнеутверждающая книга о том, как делать только то, что хочется, и богатеть
Каникулы в Раваншире, или Свадьбы не будет!
Самый желанный мужчина
13 минут
Слова, из которых мы сотканы