ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Твоя семья здесь сейчас не живет?

– Мой отец умер – подхватил лихорадку на Ямайке, он занимался поставками сахара. С тех пор мама редко сюда приезжает. Говорит, ей это слишком тяжело из-за воспоминаний. Она с моей сестрой Иветтой, та на шесть лет меня моложе, живет в своем поместье на Луаре. А мне лучше здесь. Когда отец умер десять лет назад, я решил остаться.

– А я и не знала, что у тебя есть сестра.

– Ей двадцать три. Настоящая француженка – так мама говорит. Из всех Чатэмов лишь я один могу выносить английскую зиму.

– Для одного это слишком большой дом, – зрачки Элис расширились: они как раз проезжали огромные железные ворота.

– Да, но большую часть года я провожу в Лондоне. Обычно здесь я живу в западном флигеле. Он потеплее, поуютнее, а в главном корпусе – там только пустые комнаты и залы, эхо гуляет. И как раз в мой флигель ударила молния – и пожар… Рабочие уже давно занимаются ремонтом, но еще не закончили. Я рассчитывал пока побыть в Донегале. В общем, нам придется подобрать комнату где-нибудь еще, но не бойся: холодно тебе не будет… – Кейрон нежно обнял Элис за талию и, наклонившись к ней, губами слегка прижал ей мочку уха.

– Кейрон, ну, пожалуйста. – Элис сделала красноречивый жест в сторону кучера.

– Чарльз не будет иметь ничего против.

– Зато я буду! Я не привыкла к таким публичным демонстрациям.

Кейрон, улыбаясь, покосился на нее:

– Моя любимая гувернантка вспомнила о правилах хорошего тона?

– Ну, хватит про этот маскарад, – вздохнула она. – По крайней мере, когда мы вдвоем.

– Просто я люблю в тебе эти неожиданные перемены, когда ты такая разная. Обещай мне, что наш брак не заставит тебя остепениться:

Упоминание об их браке заставило Элис вздрогнуть. Она все еще боялась разоблачения – а если она станет герцогиней Кейрон Чатэм, оно станет еще более вероятным.

– Я лишь надеюсь, что ты мне как своей жене позволишь немного повзрослеть.

Кейрон вздохнул:

– Ты что еще опасаешься за свою судьбу?

– Я боюсь ордера констебля и лица убийцы, которого я не узнаю.

– О том, что ты здесь, знает только Хэдли Сихэм. И если ты ему можешь доверять, как ты говоришь…

– Могу, я уверена.

– Тогда спи спокойно. Если убийца Джулии ищет тебя – пусть! Я его встречу как надо: под моей крышей ты в безопасности. Веришь мне?

Элис улыбнулась в знак согласия, но ее лицо вновь омрачилось:

– Кейрон! Мы даже не подумали о церемонии. Я совершеннолетняя, но как насчет объявлений о нашем браке?

– Не беспокойся, любимая, – ответил он, нежно погладив ее по щеке. – Все учтено. Во всяком случае я сегодня утром поговорил с нашим священником. Мы поженимся сегодня вечером.

– Как же так? Ведь нужно, чтобы объявления были опубликованы, чтобы их могли прочесть – только тогда брак будет считаться законным.

– Мы могли бы подождать, пока их прочтут, но это означало бы ждать не меньше трех недель. Откровенно говоря, я не знаю, где и в каком качестве ты в это время стала бы жить. Данкен отпадает, после того, что случилось, – это ясно. Я бы с удовольствием принял тебя здесь как мою гостью, но подумай сама: молодая девушка одна, в обществе мужчины… Конечно, согласившись выйти за меня замуж, ты уже достаточно запятнала свою репутацию. Возможно, теперь уже никакие злые языки ее не ухудшат.

Элис сжалась, как от удара: действительно! жить вместе, но не в браке… нет, нет, ни за что! Она и так уже нарушила столько правил и приличий!

– Я не хотела бы привлекать к нам лишнего внимания. Так что ты предлагаешь?

– Чатэмы всегда были попечителями местного прихода. Пастор Фултон согласился совершить брачную церемонию с некоторыми отступлениями от правил.

– С отступлениями? Значит, это будет незаконный брак?

– Элис, дорогая, что – ты во мне сомневаешься? Отступление только одно: мы не будем дожидаться этих объявлений.

Элис огорчилась: новое осложнение! Положим, Кейрон подкупил священника, но любой усомнится в подлинности такого акта. Правда, они вообще последнее время только и делали, что нарушали все каноны, и Кейрон прав, что, если они не хотят потратить целый месяц на ожидание объявлений, его вариант единственно приемлемый. Она с деланной беззаботностью пожала плечами:

– Может быть, из всех моих грехов этот брак не по всем правилам будет самый маленький.

Кейрон удовлетворенно чмокнул ее в щечку:

– Вот и хорошо! Так, значит, мы все-таки сегодня поженимся!

Улыбка осветила лицо Элис и погасла.

– Но ведь у меня нет ни подвенечного наряда, ни свадебного платья…

Элис отвернулась, чтобы Кейрон не видел ее слез. Она всю жизнь мечтала о настоящей свадьбе. Не получается.

– Любимая, что с тобой?

– Я никогда не думала, что моя свадьба будет где-то тайком, в темноте.

Кейрон озабоченно сдвинул брови. Он подумал только о том, как сделать так, чтобы акт бракосочетания прошел побыстрее и без запинок. Как глупо: он упустил из вида ее девичьи грезы!

– Будет все так, как ты хочешь. Веришь мне?

– Но если это случится сегодня, как мы успеем…

Кейрон прижал палец к губам:

– Тихо! – и нежно поцеловал Элис. – Веришь мне? – Когда он оказывался так близко, она уже не могла спорить. Она кивнула в знак согласия.

В это время экипаж затрясся на булыжниках арочного моста, за которым начинался уже собственно двор поместья.

Дом теперь казался до невозможности высоким, множество его колонн придавало ему скорее вид римского храма, чем летней резиденции английского лорда. Перед домом был разбит цветник с клумбами – Элисон знала, что это французский стиль. В центре фонтан, в три каскада, украшенный геральдическим ангелом.

Здание напоминало торт огромных размеров. Стало понятно, почему Кейрон облюбовал для жилья небольшой уютный флигель. Цвели розы и лаванда. Цветы и журчание фонтана оживляли строгую симметрию архитектуры, отличая Фоксхолл от чересчур уж сухого, холодящего душу облика Донегала.

– Позвольте, герцогиня? – Кейрон предложил ей руку, когда она собралась спрыгнуть с фаэтона.

– Еще нет, мой господин.

– Я сгораю от нетерпения. Пошли. – По чисто вымытым ступенькам он ввел ее в главный вестибюль. Каблучки ее застучали по мраморному полу; она замедлила шаг – такая торжественная минута! На куполе был изображен полет Икара, причем солнце на фреске было настоящее – его лучи, проникая через отверстие в центре купола, спиральными кольцами ложились на многоцветие мраморного пола. Коринфские колонны, каррарский мрамор в альковах, панели стен с позолотой кушетки с ярко-алым верхом – и статуи, статуи – одни в полный рост, другие – в виде бюстов, на белоснежных пьедесталах, с золотым орнаментом. Элис сама выросла в богатом поместье, но такой роскоши ей не приходилось видеть.

– Немного пышновато, правда? – Кейрон улыбнулся, несколько смущенно.

– Да уж, впечатляет.

– Если тебе не нравится, давай сломаем все это и построим соломенную хижину?

– Ну хватит, Кейрон. Я просто не ожидала такой красоты!

– Все это бледнеет по сравнению с тобой. – Элис зарделась румянцем.

– Да, я заставил тебя покраснеть! – Кейрон изобразил деланное изумление, и Элис рассмеялась.

– Чтобы стать герцогиней Лиддон, нужна привычка, но я с этим справлюсь. А пока знаешь, что мне больше всего нужно? Ванна и обед.

Кейрон засмеялся и повел Элис дальше – по лестнице наверх. В конце зала находилась дверь красного дерева. Он толкнул ее – за порогом было помещение, которое, видимо, служило будуаром.

– Это покои моей матери. Ты можешь ими пользоваться и ее гардеробом тоже. Первая дверь слева – ванная. Я позову Милдред, она все приготовит. Если бы отец был жив, он бы посмеялся: наконец-то нашелся кто-то, кто использует ванну по назначению. Он считал ее размеры экстравагантными.

Элис снова ощутила себя робкой гувернанткой. Она слышала о таких больших ваннах, но никогда их не видела.

– Что – туда можно залезть и улечься – прямо во весь рост?

46
{"b":"51","o":1}