ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Ну что за демократический пароксизм! Ты хоть сам понимаешь, что ты говоришь? Да, забили вам там демагоги голову! Я нашел там у тебя в сумке книжку «Пособие по истории СССР для поступающих в ВУЗы».

– Да, я брал ее в тот вечер у Алешки почитать – до чего дошла историческая наука.

– До идиотизма – вот до чего! Извини меня, может, я оскорбляю твою демократическую щепетильность, но эта история СССР смахивает на историю Рима, написанную галерными рабами.

– Да какой из меня демократ? Я ж не еврей, не сутенер и не журналист… Ладно, черт с ним! А как они посмотрели на мою берлинскую экскурсию?

– Здесь и меня ждало удивление. Я ведь хотел дождаться твоего возвращения… но так получилось… Они, впрочем, отнеслись к этому весьма беспечно. Хотя, если поразмыслить: какие «тайны» ты мог выдать немцам?! Это все равно, что докладывать Кромвелю о валенном исходе битвы при Гастингсе.

– Да нет, я был архиосторожен. Хотя однажды я чуть не попался, из-за джинсов. Ты должен был меня предупредить.

– Ну, знаешь! Я не женщина, и за модой следить не обязан. Однако, я вижу, – кивнул он за окно, – машину. Это приехали ученые…

Я думаю, читатель вряд ли найдет интересным описание многочисленных медицинских процедур, которые мне и моему двойнику пришлось вынести в течение следующего месяца. Ни я, ни Вальдемар терпеть не можем медицинских обследований, а особенно в таких количествах. Врачи же дошли до какого-то исступления. Они определили и сравнили наш состав крови, ритм сердцебиения, биологический возраст, психические реакции и эротические фантазии. Мы заполнили никак не меньше двенадцати тысяч страниц всяческих тестов, в том числе и придурковатый тест Роршаха, будто мы были какими-то детсадиковскими недорослями. Группа крови у нас была одинаковой, состав тоже, генетический код идентичен, реакции – в норме, наш биологический возраст заметно отставал от календарного, так что врач-геронтолог, как гадалка, посулила нам долгую жизнь, а в пятне Роршаха я приметил двух тощих котов, а он – гриб ядерного взрыва. Несчастная Виола, должно быть, боялась, что ее заставят родить от каждого из нас по ребенку, чтобы изучать и их, но до этого не дошло, и только однажды ее попросили опознать своего мужа из нас двоих: мы стояли плечом к плечу в одинаковых трусах и с одинаковыми стрижками – она не смогла этого сделать. Потом уже я узнал, что три медика обязаны мне своими докторскими диссертациями, а один даже стал академиком.

В кубическом белом здании на Трамвайном проспекте (для удобства меня приглашали в Кировский райотдел МГБ) все было иначе. Трое суток по восемь часов в день меня допрашивали (виноват, расспрашивали). Я не скрывал ничего. Меня сдали на попечение полковника – меланхолика и буквоеда. Пока я рассказывал, он часами сидел в одном положении, обхватив лысеющую голову руками. На четвертый день он сказал мне:

– Мы вам, конечно, сначала не поверили. Но проверка показала, что названные вами люди действительно существуют, и маловероятно, чтобы вы смогли установить предварительный контакт с частью их.

– А кто они… здесь, если не секрет? – меня так и затопило любопытство. Он нехотя раскрыл папку:

– Ельцин Борис Николаевич, работал начальником Свердловского домостроительного комбината, в девяносто третьем году вышел на пенсию по состоянию здоровья… Горбачев Михаил Сергеевич, работал начальником управления юстиции по Ставропольскому краю, в девяносто первом вышел на пенсию по выслуге лет… Жириновский Владимир Вольфович, работает с 1991 года в нашем посольстве в Анкаре, пресс-атташе, и, кстати, дважды задерживался турецкой дорожной полицией за нарушение правил уличного движения. Гайдар Егор Тимурович – он действительно внук писателя Аркадия Гайдара – директор Института экономической политики АХН РСФСР… Лебедь Александр Иванович, командир воинской части 55599…

– Это Тульская воздушно-десантная дивизия?

– Не знаю. А вот Шеварднадзе, сами знаете, в Политбюро… Задали вы нам работы… А все же мне слабо верится в несанкционированность вашего появления.

– Да нет же! – горячился я. – Наша наука столь же далека от секретов перехода в параллельный мир, как и ваша.

– То, что вы рассказали, ужасно. Мой шеф плакал, когда читал ваши показания. Я имел в виду события последних лет.

– Многие люди у нас, в том числе и я, не в восторге от этих событий, но…

– И что, действительно, в вашем мире живут копии нас?

– Не всегда. Разумеется, там нет тех, кто погиб в войну с Германией и их потомков. Вот вы где родились?

– В Красноярске.

– А ваши родители?

– Там же.

– В таком случае, скорее всего, вы там существуете. Это очень сложно и непредсказуемо. Например, у вас Черняховский умер в восемьдесят первом году, а у нас – погиб в Восточной Пруссии в 45-м. Аркадий Гайдар до сих пор жив, а у нас погиб в первые месяцы войны. Иногда могут быть другие странности: человек остается в живых, женится, и его супруга рожает совсем другого ребенка, чем того, кого бы родила от другого мужа.

– Уж не думаете ли вы, что тут какая-то мистическая связь?

– Я уже ничего не думаю. Поставьте себя на мое место. Если то, что со мной случилось – не чудо, то что же такое чудо?

– Чудо есть случайность, а случайность – это непознанная закономерность, – нравоучительно заметил полковник.

Мне выдали краснокорый паспорт, и я стал получать жалованье в двести рублей, что равнялось 1600 тысячам рублей в России демократической. Получив аванс, я купил немецкий магнитофон (29 рублей 48 копеек), фотоаппарат (44 рубля 34 копейки), новомодный, тоже немецкий костюм «Герр Командант» и еще что-то, пустив таким образом все деньги по ветру. Вальдемар посмотрел на мои покупки, покачал головой и ничего не сказал.

Работа моя заключалась в написании многотомного труда, в котором со всеми подробностями, памятными моему историческому образованию, описывалась всемирная история в том варианте, который был знаком мне с детства, начиная с нападения Германии на СССР и кончая вводом войск НАТО в Боснию и победой коммунистов на выборах в Госдуму России – это было последнее, что я помнил, покидая свой мир на старте избирательной кампании по выборам президента. Нетрудно догадаться, что я и сейчас не знаю, чем они окончились, но когда я исчез из своего мира, перевес был на стороне Зюганова (Зюганов, кстати, в этом варианте истории погиб в автокатастрофе около года тому назад).

У меня отобрали все вещи, с которыми я оказался здесь, не исключая и нижнего белья, так что я уже ничем не отличался от окружающих, и никто не поверил бы мне, стань я рассказывать каждому встречному о своем происхождении. У моей рубахи обнаружили сильное электрическое поле, которое никак не вступало во взаимодействие с местными электропроводниками, а больше никаких отклонений найдено не было. Судьба лифта, доставившего меня в мир иной, оказалась куда плачевней. Целая бригада физиков всех профилей около недели копалась в нем под видом ремонтников, чтобы не вызвать подозрений у жильцов. Они ни к чему не пришли, демонтировали лифт и увезли в Москву для дальнейших исследований, а шахту лифта пока изолировали и напихали туда уйму приборов. Алешка, которому теперь приходилось подниматься на шестой этаж пешком, постоянно жаловался на это Вальдемару, а тот едва удерживался от смеха.

В общем, жизнь потекла своим чередом. К концу марта врачи успокоились, физики отбыли в Москву, а МГБ поверило мне на слово и сняло слежку, хотя я должен был написать подробнейший отчет о своем пребывании в Германии, с большей частью которого читатель уже ознакомился. Я писал историю, болтался по весеннему городу, иногда ходил в Университет вместо Вальдемара.

АВЕНТЮРА ШЕСТАЯ,

длиной в жизнь

Когда вечером, в лютый февральский мороз ко мне явился мой двойник, выходец из параллельного мира, у меня, что называется, ни один мускул на лице не дрогнул. В самом деле, поставьте себя на мое место. Конечно, человек, начитавшийся в детстве фантастики, не воспринимает такие происшествия трагически, но такие совпадения прививают нам самые мистические настроения. С другой стороны, во всем этом я не вижу ничего сверхъестественного, просто наука еще не исследовала как следует эту сферу бытия, и мы, образно говоря, оказались в роли дикаря, которому шутки ради дали поговорить со своим соплеменником на соседнем острове по телефону. Все познается в сравнении. Однако это ничуть не умаляет тех проблем, которые выросли с быстротой бамбука после пришествия Вальдемара второго (первым я по праву хозяина называю себя). Фантастика фантастикой, но этот «фантом» ел, пил и занимал место в пространстве наравне с нами – туземцами. Я не говорю уже обо всех проблемах легализации, объяснениях с властями, родственниками и т. д. и т. п. К счастью, я тут же отправил его в Германию, а сам, подобно герою Тарковского, сел и стал думу думать. До сих пор я вел довольно размеренную, спокойную жизнь, и это неожиданное появление спутало все карты. Теперь я сам начинал раздваиваться, меня могли видеть в двух разных местах одновременно. Причем мой двойник не скрывал своих взглядов на жизнь, а так как они у нас несколько различаются, это могло ввести в заблуждение наших общих знакомых.

17
{"b":"5109","o":1}