ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Тем не менее, высказанные мною опасения не привели к изменению поставленной задачи. О чем свидетельствовал отказ Геринга признать собственную ошибку – об упрямстве или о слабости? Наши потрепанные, хотя и постепенно получавшие свежее пополнение части напрягли все силы, чтобы достигнуть цели, причем маршал авиации Келлер лично участвовал в операциях, осуществлявшихся его людьми. Количество боевых вылетов, совершаемых нашими измотанными летчиками, было выше обычного. Неудивительно, что «спитфайры» неуклонно увеличивали наши потери. Из-за плохой погоды, сделавшей полеты еще более рискованными, мы были лишены возможности хотя бы морально ощущать себя победителями. Любой, кто видел обломки самолетов в прибрежных водах или на побережье либо слышал о происходящем в небе от возвращающихся на аэродромы экипажей истребителей, штурмовиков и бомбардировщиков, мог лишь восхищаться действиями наших летчиков, а также изобретательностью и храбростью англичан. В 1940 году мы и не представляли, что численность британских и французских войск, эвакуировавшихся с континента, составляла 300000, как утверждают сегодня. Нам казалось, что даже цифра 100000 – это изрядный перебор. Возможно, позволив противнику эвакуироваться через Ла-Манш, Гитлер руководствовался определенными соображениями, такими, например, как сложный характер местности и необходимость ремонта машин потрепанных танковых частей, но в любом случае это решение было фатальной ошибкой, которая позволила Англии реорганизовать свои вооруженные силы.

Начавшись 10 мая и закончившись 4 июня 1940 года, наступление к побережью Ла-Манша было завершено за три с небольшим недели, то есть в невероятно короткий срок. Результатом его была победа над Голландией, Бельгией и британскими экспедиционными силами. Потеряв 450 самолетов, наши ВВС оказали исключительно эффективную поддержку германским сухопутным войскам, уничтожили на земле и в воздухе более 3000 самолетов противника, потопили и повредили внушительное количество его боевых кораблей. Кроме того, на нашем счету было свыше 50 потопленных и более 100 поврежденных торговых судов и более мелких целей.

Вторая фаза операции на Западе

Поднятие занавеса, предшествовавшее второму акту боевых действий на западе, произошло после того, как генералы коротко доложили об операциях последних недель. Тепло поблагодарив всех, Гитлер проинформировал командующих частей и соединений, сгруппированных на правом фланге театра военных действий (29 мая, незадолго до падения Лилля, их собрали в диспетчерской аэродрома в Камбраи), о своих намерениях. С некоторой долей торжественности в голосе он сказал о своих опасениях по поводу возможного флангового удара со стороны главных сил французов, который потребовал бы от нас быстрой перегруппировки механизированных частей и соединений. Его оценка ситуации была вполне трезвой. Фюрер предупредил о том, что нам не следует предаваться чрезмерному оптимизму, и был исключительно конкретен в том, что касалось дат и мест проведения будущих операций. Мы уходили с совещания с легким сердцем, чувствуя, что он очень тщательно продумал предстоящие действия и осознает трудности, которым мы в свете нашего опыта боев с французами и оценки собственных возможностей не уделяли достаточного внимания. Особо отмечу, что о вторжении в Англию не было сказано ни слова.

На завершающей стадии дюнкеркской операции нами была произведена перегруппировка сил далее к югу. В результате воздушному командованию пришлось решать дополнительные боевые задачи, что еще больше измотало части ВВС. Нашей главной задачей было оказание тактической поддержки с воздуха группе армий В на Сомме и в Низовьях Сены, а также прикрытие наших войск во время их передвижения. У того, кто, как я, имел возможность и с земли, и с воздуха наблюдать, как танки фон Клейста и Гудериана после рейда на север разворачиваются и движутся на юг и юго-восток к Сомме и Эсне, не могло не возникнуть чувства гордости по поводу гибкости маневра и мастерства германского командования сухопутных сил, а также высокого уровня обученности войск. Однако эти маневры можно было осуществлять среди бела дня только благодаря нашему превосходству в воздухе.

Находясь в передовом штабе, дислоцировавшемся к северу от Соммы, я был свидетелем поразительного успеха наступления 4-й армии и танковой группы Гота до самой Сены, менее удачных действий 16-го и 14-го танковых корпусов в районе Амьена и Перонны и их второй перегруппировки в состав группы армий А под командованием фон Рундштедта. Между тем наши летчики наносили массированные удары по французским войскам во время их передвижения по шоссе и железным дорогам, уничтожали мосты. Тем самым они вносили значительный вклад в дело рассечения сил противника, что в конечном итоге приводило к тому, что французские части сдавались. К сожалению, во время нанесения этих авиаударов как с большой, так и с малой высоты, несмотря на то что наши летчики старались атаковать только военные подразделения, пострадали и гражданские лица, смешивавшиеся с походными порядками войск противника.

Одновременно нам приходилось выполнять другие важные боевые задачи, в том числе в плохих погодных условиях. Заняв побережье Ла-Манша, мы предприняли несколько исключительно успешных операций против британских и французских кораблей, сконцентрированных в гаванях и вдоль побережья далее к югу, тем самым существенно затруднив переправку британских войск с континента. В течение двадцати дней, начиная с 5 июня 1940 года, мы потопили два небольших боевых корабля и целый ряд торговых и транспортных судов общим водоизмещением 300 000 тонн. Четыре боевых корабля и двадцать пять торговых судов были серьезно повреждены. Кроме того, мы добились больших результатов, нанося удары по железнодорожным коммуникациям и станциям, например в Ренне и в других частях Бретани, где за один день нам удалось уничтожить тридцать составов. 3 июня в ходе внезапного массированного удара по базе ВВС противника в районе Парижа мы сбили более тридцати французских самолетов. Втрое или вчетверо больше французских машин было уничтожено на земле. В этом случае мы применили усовершенствованную тактику, включающую в себя подлет к атакуемому объекту на малой высоте, намеренные изменения направления движения с целью дезориентации противника и бомбометание с большой и малой высот, а также из пике.

Быстроту, с которой действовали германские вооруженные силы и благодаря которой в удивительно короткое время Франции было нанесено поражение, трудно вообразить. 22 июня с подписанием перемирия кампания практически закончилась. Когда я узнал о демобилизации некоторых армейских частей, у меня возникла надежда на то, что на этом Гитлер закончит войну. У меня для этого были некоторые основания. Я знал, что в своих действиях фюрер руководствуется как политическим предвидением, так и тайным расположением к англичанам, о котором мне, однако, было известно и которое позднее проявилось более заметно. Как-то во время встречи с Гитлером в 1943 году, когда я положительно отозвался о военных достижениях англичан, он расправил плечи и, глядя мне прямо в глаза, сказал: «Разумеется, они ведь тоже германцы».

При всей эйфории, охватившей нас после капитуляции Франции, мы, однако, не преминули проанализировать опыт последней кампании и извлечь из него уроки. Мы были на правильном пути; применив на практике уроки Польской кампании, нам удалось добиться невероятного эффекта. Победа доказала правильность плана боевых действий. Под стать плану оказалось и его выполнение. Тесное взаимодействие группы армий В и 2-го воздушного флота можно назвать классикой проведения боевых операций; то же самое можно сказать о нашем тактическом маневрировании, перегруппировках сил и концентрации их на ключевых направлениях. Правильной в своей основе оказалась и организация военно-воздушных сил, включавших в себя части и подразделения ближнего и дальнего радиуса действия и корпус зенитной артиллерии. Концентрация мощи ВВС на одной, главной цели являлась залогом победы и в более трудных условиях.

18
{"b":"511","o":1}