ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
ЖЖизнь без трусов. Мастерство соблазнения. Жесть как она есть
Святой сыск
Системная ошибка
Финансовые сверхвозможности. Как пробить свой финансовый потолок
Левиафан
Французские дети не плюются едой. Секреты воспитания из Парижа
Дело Эллингэма
Свидетель защиты. Шокирующие доказательства уязвимости наших воспоминаний
Как разговаривать с м*даками. Что делать с неадекватными и невыносимыми людьми в вашей жизни
A
A

Я достал из моей сумки с инструментом стальную свайку и большую лупу. С увеличительным стеклом легче делать сплесень. Медленно вращая трос, я рассматривал его конец.

Под лупой пряди казались толщиной в палец.

Что такое?.. Я поднес лупу ближе. Не может быть… Стальной трос явно был поврежден. Несколько прядей сплющены каким-то инструментом. И по клетчатым отметинам я без труда опознал его: плоскогубцы.

Следы от плоскогубцев?

Невероятно. Здесь? Каким образом?

Вывод напрашивался, но как же трудно было на него решиться. Хотя какие уж тут сомнения: если отметины не связаны с производственным процессом, – а это исключено, – значит, кто-то уже потом поработал над тросом.

Кто-то оставил эти следы.

Кто-то вытянул плоскогубцами пряди из сплесня.

Умышленно и злонамеренно кто-то сорвал нам гонку. Заранее ослабил фал. И когда мы ставили спинакер, сплесень разошелся, как распахивается незапертая цверь.

Проклятие!

Я сидел, совершенно убитый, крутя трос в руках. Меня затошнило, и я приготовился выскочить из лодки, но сумел взять себя в руки. Ком под ложечкой рассосался, когда я закурил.

Продолжая смолить сигарету за сигаретой, я постепенно собрался с мыслями. Для сомнений не оставалось места: вот оно, доказательство, у меня в руках.

Сколько раз за прошедшие месяцы я ловил себя на гом, что с тревогой жду новых неприятностей? И неизменно убеждал себя, что мои опасения беспочвенны. Поддавшись глупому оптимизму, внушал себе, что неведомые организаторы прежних диверсий решили оставить в покое и меня, и всю операцию «Отче Наш». С ослиным упрямством (иначе не скажешь) твердил про себя, что они спасовали и отказались от всяких попыток влиять на ход событий.

Я откусил клещами тридцать сантиметров троса, скрутил, обмотал липкой лентой и засунул в нагрудный карман. Одно было ясно: необходимо возможно скорее рассказать о своем открытии Биллу. И обо всех других случаях. А впрочем, стоит ли… Все ли я знаю о Билле? В памяти возникла картина его разговора с Учтивым господином в гавани Марстранда. Это воспоминание все время мучило меня.

Быстро срастив поврежденный фал, я поспешил в «Клифф-Уок-Мэнор».

Билл ждал меня в вестибюле.

– Что-то ты долго, – заметил он.

– Пришлось потрудиться.

– Срастил фал?

– Конечно.

– Сплесень больше не полетит к чертям?

Я никогда не видел Билла таким усталым. Под глазами пролегли темные круги.

– Билл, помнишь – прошлым летом в Марстранде ко мне подходил один господин с портфелем?

– Господин с портфелем?..– удивленно произнес Билл.

– Потом он еще говорил с тобой на набережной. Билл помолчал, глядя вдаль, как будто рылся в памяти.

– Кажется, припоминаю… – сказал он наконец.

– Ты с ним знаком?

– Нет… Он искал тебя в гостинице. Потом на набережной я спросил, нашел ли он тебя. А что, Морган?

– Да нет, я просто так… Мне показалось, что он твой хороший знакомый.

Вот и все. Естественное объяснение терзавшей меня загадки. У меня гора с плеч свалилась. Теперь можно спокойно рассказать о диверсиях против операции «Отче Наш». А впрочем? Я смотрел на непривычно изменившееся лицо Билла. Мне даже стало не по себе. Он посерел, чего и прочный загар не мог скрыть, осунулся. Постарел…

– У тебя усталый вид, Билл, – сказал я.

– Желудок что-то барахлит… Перед финалом всегда нервы не те. – Видя мою озабоченность, он через силу улыбнулся и поспешил добавить: – Ничего, Морган, я привычен.

– Вот уж не думал, что у тебя могут шалить нервы. Билл направился к лестнице.

– За ночь отосплюсь, отдохну и опять буду в боевой форме… Не волнуйся. – Остановившись у нижней ступеньки, добавил с улыбкой: – Завтра снова выходим на дистанцию, Морган. Выходим, чтобы победить.

С этими словами он зашагал вверх.

– Билл!..—крикнул я.

– Что, Морган?

Осталась одна гонка. Последняя, решительная. Труднейшее испытание для каждого из нас, а для Билла – особенно. Уверенность, выдержка рулевого – залог успеха. Ничем не потревоженный крепкий сон ему нужнее, чем кому-либо. Вправе ли я добавлять Биллу нервотрепки? Расскажи я про кусок троса в моем кармашке, он придет в бешенство.

– Что тебе, Морган? – нетерпеливо повторил Билл.

– Спокойной ночи!

– Это все? – Он смотрел испытующе, словно догадывался, что меня что-то гнетет.

– Все, все, – сказал я.

– Тогда тебе того же!..

Я слушал, как Билл идет по коридору. Как входит в свой номер и закрывает дверь.

Пусть то, что известно мне о диверсиях, еще сутки останется тайной. Пока не завершатся гонки на Кубок «Америки». Чертовски тяжелое бремя… И верно ли я поступил?

Мне бы тоже лечь и выспаться, набираясь сил. Вместо этого я апатично сидел у себя в кресле, загружая пепельницы окурками. В голове вертелась одна мысль: «Кто это сделал?.. Кто это сделал?»

Я все время убеждал себя, что мои товарищи-парусники не причастны к диверсиям. Даже когда «Конни» пошла ко дну. Я выстроил версию, по которой некто посторонний засунул мой нож в трубу гальюна. Ну, а на самом деле? Не будет ли более верным предположить, что это сделал один из моих товарищей? За полчаса до нашего выхода в море.

Если же допустить такую возможность…

Память сразу подсказала: Мартин.

Как это было? Буксир «Торд» входил в гавань Мар-странда. Билл подошел ко мне и велел готовиться к буксировке… Крикнул «Все наверх!», чтобы его услышали Чиннмарк и Мартин. Что было дальше? Мартин поднялся не сразу. Он задержался под палубой «Конни» и что-то прокричал в ответ. Что-то насчет спасательного жилета… Ну да, я и теперь слышал его голос: «Только застегну спасательный жилет!»…

Может быть, он в эту минуту был занят совсем другим делом?

Нет, это исключено. Только не мой старый приятель Мартин! Мы же с ним знали друг друга еще юниорами, когда у Сэре гонялись на «Звездных» за Королевский кубок. Только не Мартин, тут в моих рассуждениях что-то не так. Он, как и я, гонщик до мозга костей. И не меньше любого из нас мечтает добыть самый престижный трофей в парусном спорте.

В памяти возникла еще одна картина: стол в номере Мартина и купоны с ипподрома в Обю. Пачка пяти-десятикроновых купонов. Если Мартин азартен в одной игре, он и в другой может пойти на высокие ставки.

А пожар в парусной мастерской? Ведь это от Мартина я услышал, что Георг пошел в мастерскую заваривать тросы? На его словах основывалась наша версия о причинах пожара. Мы не сомневались, что загорание произошло, когда Георг оплавлял концы в мастерской. Но ведь я нашел зажигалку Георга в конторе – разве этот факт не доказывал, что он тогда вовсе не занимался тросами? А тот, кто утверждал обратное, солгал.

У меня пересохло во рту. Я подошел к умывальнику, нагнулся над краном и сделал несколько глотков теплой воды. Потом подставил под струю лицо и хорошенько растер его мохнатым полотенцем. Этакий очистительный ритуал.

Подойдя к окну, я уставился в ночь. Вдали над морем облака ритмично озарялись слабыми вспышками. Где-то за горизонтом работал маяк.

Я должен поговорить с Мартином. Иначе мне сегодня не уснуть.

Его номер был третий от лестничной площадки. Я осторожно постучался. Тишина. Постучался снова, сильнее. Молчание.

– Мартин!..– позвал я. – Ты спишь?

Мертвая тишина. Я опять постучал. И еще раз позвал его. Нажал ручку двери. Заперто.

– Мартин!..

То ли спит как убитый, то ли его нет в номере. Я сбежал вниз к стойке администратора. Ключ от комнаты Мартина отсутствовал на доске с крючками. Это еще ничего не говорило, Мартин мог выйти из гостиницы, взяв ключ с собой. А если так – то зачем? Чтобы думали, что он спит у себя в номере, тогда как на самом деле он совсем в другом месте?

«Викинг Леди»!

Я метнулся к окну и обвел взглядом темный двор. Нам часто приходилось ездить по делам операции «Отче Наш», поэтому в наше распоряжение предоставили три машины. Автобус – возить экипаж, «вольво» для разных поручений, джип для доставки снаряжения. В частности, пока шли тренировки, джип все время был в работе, возил мои паруса.

53
{"b":"514","o":1}