ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Прыжок над пропастью
Последние дни Джека Спаркса
Магическая уборка. Японское искусство наведения порядка дома и в жизни
Первые сполохи войны
Как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили
Душа моя Павел
Remodelista. Уютный дом. Простые и стильные идеи организации пространства
#Нескучная книга о счастье, деньгах и своем предназначении
Служу Престолу и Отечеству

Энтони открыл было рот для ответа, но вмешалась Сара, послав ему раздраженный взгляд:

– Тетушка Делфи, как вам бал? Вы выиграли в карты?

– Нет. – Пальцы тетушки Делфи запутались в шали, но она не пыталась их освободить. Ее взгляд устремился в окно. – Я проиграла.

Сара нахмурилась.

– Никогда не видела вас такой расстроенной из-за карточной игры. Случилось еще что-то?

Делфи с видимым усилием попыталась справиться с собой.

– Я прекрасно провела время. А ты, дорогая? – Она тут же принялась оживленно болтать, явно через силу.

Наконец они приехали домой, и Энтони прошел в библиотеку, а Делфи и Сара удалились в свои спальни. С удовольствием освободившись от общества женщин, Энтони упал в широкое кожаное кресло. Снял фрак, бросил его на стул у двери, расстегнул жилет, развязал галстук на шее. Вытянул ноги вперед и стал размышлять о событиях этого вечера.

Что-то определенно происходит. Сара слишком уж напускала таинственности, а ее длительное отсутствие в бальном зале было грозным признаком. Вздохнув, он откинул голову на высокую спинку кресла и стал разглядывать затейливый лепной потолок.

С того дня, когда родилась Сара, она стала его особой подопечной. Хотя отчим всегда обращался с Энтони как с собственным сыном, он всегда чувствовал, что; отличается от сводных братьев. Это понимание не делало его одиноким или обиженным; оно лишь давало ему решимость следовать собственной дорогой, куда бы она ни вела.

Энтони держался отчужденно до того дня, когда его позвали в комнату матери спустя примерно десять лет, чтобы посмотреть на новорожденную сестру – Сарафину Элизу Сент-Джон, первую девочку, родившуюся в семье Сент-Джонов за три поколения. Энтони, уже и так смущенный тем, что он крупнее любого из своих братьев, почувствовал себя великаном, когда отец вручил ему крохотную новорожденную.

Широко раскрыв глаза, он смотрел на маленькое личико в форме сердечка и на улыбку в голубых глазах. Он гак боялся причинить малышке неудобство, что не дышал все время, пока держал ее на руках. Но она чувствовала себя вполне комфортно. Она протянула ручку, сунула маленький пальчик ему в нос и громко запищала.

С этого дня Энтони назначил себя покровителем Сары. Он любил ее свирепо и защищал от диких выходок остальных братьев. Когда Бренд помог Саре залезть на дерево и тут же забыл о ней, погрузившись в интересную игру в пиратский корабль, именно Энтони услышал ее крики и спас ее. Когда Чейз, проверяя, насколько опасно прыгать с чердака в стог сена, бросил через перила одну из драгоценных кукол Сары, а потом толкнул и ее, едва она перегнулась вниз, чтобы посмотреть, где приземлилась кукла, именно Энтони подхватил ее прямо в воздухе и спас. После он хорошенько поколотил Чейза, чтобы такого больше никогда не случалось.

Теперь Энтони защищал свою веселую сестру от себя самой.

Энтони провел рукой по лицу, потом потянулся за портвейном. Ему не следовало разрешать Саре выходить замуж за Джулиуса Лоренса. Он выступал против этого брака с самого начала, но Сара была так влюблена, что он уступил ее мольбам вопреки здравому смыслу. Губы Энтони сжались при воспоминании о том, как Сара изменилась за этот бесконечный год, как исчез смех в ее глазах – испарился в никуда.

Больше никогда никчемный сукин сын не разрушит счастья его сестры. Они все надеялись, что отъезд в Бат даст Саре время опомниться, восстановить чувство собственного достоинства. Но оказалось, что она по-прежнему полна решимости выбросить на ветер свою жизнь, и в этом ей помогает высокая рыжеволосая красавица, которая заслуживает, чтобы ее вздули как следует. Если что-нибудь случится с Сарой, Энтони будет знать, кто в этом отчасти виноват. Мисс Анне Тракстон лучше поостеречься.

Выпив одним глотком последние капли портвейна, он встал. Утром он пошлет письмо Маркусу, расскажет о своих подозрениях, вопреки всему надеясь, что он ошибается.

Наверху Сара едва сумела дождаться, когда ее плечи окутает ночная сорочка, потом отпустила служанку, схватила халат и отправилась по коридору в комнату тетушки Делфи.

Она была рада застать тетю одну, уже одетую для сна. Та сидела у туалетного столика и рассеянно расчесывала волосы. Сара не стала ждать ни минуты. Она пододвинула низкую табуретку и крепко схватила Делфи за руку.

– Что тебя так расстроило?

По лицу Делфи пробежала дрожь, но она быстро справилась с собой.

– Со мной все хорошо, Сара, правда.

– Чепуха, – ответила Сара. – Если ты не расстроена, почему халат надет наизнанку?

Делфи заморгала, глядя на рукава: швы на манжетах смотрели наружу.

– О Боже. Я даже не заметила. – Она вздохнула, плечи ее опустились.

– Извини, я сама не своя.

– Чепуха. Я все время не в себе, почему ты должна быть другой?

На губах Делфи задрожала улыбка.

– Это правда. – Она опустила взгляд на туалетный столик и рассеянно потрогала ручку щетки, оправленной в серебро.

Сара терпеливо ждала, наблюдая за игрой чувств на лице этой зрелой женщины. Наконец Делфи подняла взгляд, и ее карие глаза сверкнули так гневно, что Сара была поражена.

– Сегодня вечером со мной очень грубо обошлись.

– В карточном салоне?

– Да. Один мужчина. – Она почти выплюнула эти слова.

– Боже мой! Что случилось? Он обвинил тебя в мошенничестве?

Делфи опустила взгляд на щетку.

– Нет.

– Он сказал тебе что-то неприятное?

– Нет. – Губы Делфи задрожали, и она выпалила: – Он совсем ничего не сказал. Вот в чем проблема.

Господи! Это оказалось гораздо серьезнее, чем думала Сара. Она ломала голову над тем, кто тот мужчина, который оказывал Делфи особое внимание, и ей в голову приходило несколько имен. В конце концов Делфи имела значительное состояние и была еще привлекательной женщиной.

– Расскажи мне об этом мужчине.

Щеки Делфи залил нежданный румянец. При ее светлых волосах, заплетенных в косу, где едва виднелась седина, она выглядела гораздо моложе своих лет и такой же беззащитной, как новорожденный младенец.

– Он никто. Я хочу сказать, он француз, и он граф, вернее, так себя называет.

А, граф дю Лак, компаньон Бриджтона. Он сопровождал его несколько раз во время утренних прогулок и казался очень обаятельным человеком, просто обворожительным. Сара покачала головой, виня себя в слепоте. Она была так поглощена собственными делами, что не замерила растущего увлечения Делфи.

Делфи прикусила губу.

– Сара, я спросила леди Дюпре о графе, ты же знаешь, какие у нее связи в посольстве. Она никогда не слышала о нем и думает, что он вполне может оказаться самозванцем. После войны появилось много людей, присвоивших себе титул, на который не имеют права.

Сара едва могла сдержать ярость. Конечно, компаньон Бриджтона – самозванец. И Сара готова держать пари, что Бриджтон знает об этом и считает забавным ввести «графа» в ничего не подозревающее общество Бата.

– Тебе следует держаться от него подальше.

– Но я невольно думаю, что Анри должен быть в ужасном положении, если решился на подобный обман. – Делфи схватила Сару за руки. – Что, если он беглец? Если его настоящий титул заставил его скрываться? Ты же знаешь, как обстоят дела во Франции. Возможно, он просто боится сказать людям свое настоящее имя?

– Да, но не исключено, что он из тех людей, которые продвигаются по жизни, охотясь за душами одиноких женщин, – втираются к ним в доверие, а потом похищают их деньги. Тетушка Делфи, ты должна быть осторожна.

Делфи расправила плечи, к удивлению Сары, снова повернулась к туалетному столику и сурово сказала:

– Ты не знаешь графа, как я, Сара. Он никогда бы так не поступил.

Сара чуть не лишилась дара речи. Робкая и застенчивая, Делфи всегда предпочитала соглашаться, а не возражать, какого бы мнения ни придерживалась. Возможно, все-таки хорошо, что Энтони приехал в Бат.

– Делфи, расскажи мне побольше об Анри. Наверное, я предубеждена против него.

20
{"b":"52","o":1}