1
2
3
...
53
54
55
...
64

Сара простонала его имя, ее пальцы вцепились ему в волосы. Ник сменил губы на пальцы, чтобы следить за ее лицом. Она снова застонала, и все мысли о боли, обо всем улетели прочь. Ее аромат манил его все сильнее, и он наконец прижался к ней своей плотью, одетой в чехол.

Сара обхватила его ногами и втянула его глубоко внутрь себя, пока они не слились, не срослись полностью. Он погрузил пальцы в ее волосы и начал двигаться, сначала медленно, затем со все возрастающей скоростью. Она чувствовала, как нарастает его напряжение, как его охватывает буря желания. В последний момент он попытался выйти, но Сара еще крепче сжала ноги, ей было жаль той части его самого, которой он хотел ее лишить. Он должен быть там, глубоко внутри, поднимаясь к вершине собственного блаженства. Она чувствовала, как он разбухает и взрывается в изумлении.

– Сара, нет! – охнул он. – Этот чехол...

Она двигалась, прижавшись к нему, втягивая его еще глубже.

Волны страсти захлестнули их обоих, и Сара взмыла на их гребень, крепче сжимая его, а Ник выкрикнул ее имя и рухнул на нее без сил.

Сара обвилась вокруг него, прижимая его к себе, желая, чтобы эта секунда длилась вечно. Наконец он отстранился и отвязал чехол. Она наблюдала за ним сквозь ресницы. Ей так хотелось, чтобы он обнял ее и крепко прижал к себе.

– Сара, – произнес Ник напряженно.

– Да?

– Ты сказала, что достала это у деда Анны. Сколько это у него пролежало?

– Не знаю. Это тот, который он показывает на лекциях. Он отдал его мне, потому что ему пора купить новый...

Лицо Ника потемнело.

– Черт, Сара, ты хочешь иметь детей?

– Собственно говоря, да. Было бы хорошо иметь ребенка. – «Господи! Откуда это взялось?» Но, даже удивляясь, она знала: все дело в том, что у нее есть свой дом, и она чувствует, что ее место здесь, вместе с Ником.

Ник выругался и резко повернулся, схватил свои панталоны и натянул их.

– Черт бы тебя побрал, Сара. Никогда больше этого не делай.

Его гнев вызвал у нее такой шок, будто она нырнула в ледяную воду. Сара соскользнула с края стола и опустила юбки.

– Ник, я не хотела...

Он сжал ее лицо ладонями, его прикосновения совсем не были нежными.

– Я сын своей матери, Сара. Я ни за что не передам собственному ребенку эту болезнь.

Она твердо посмотрела ему в глаза.

– Это не нам решать.

Она бесстрашно схватила его за запястья и удержала их.

– Должен быть способ прекратить эту боль, Ник. Я думаю, что смогу тебе помочь, только дай мне немного времени.

– У меня нет времени.

– Ник, – прошептала она умоляющим голосом. – Я не остановлюсь, пока не найду этот способ. Даже если потребуется целая вечность.

Он понимал, что она говорит правду: она твердо решила ему помочь. Так же, как он когда-то хотел облегчить страдания своей матери. Он закрыл глаза. Он слишком любит Сару, чтобы позволить ей потратить на него зря свою жизнь.

В этот момент он понял, что поистине проклят, что его жизнь до сих пор, со всей ее трагедией и пустотой, была всего лишь репетицией этого ужасного момента. Он не может держаться на расстоянии от нее, и ему не хватает мужества уехать.

Это не должно продолжаться. Ему нужно удалить Сару из своей жизни, пока еще не поздно.

Дрожа с головы до ног, Ник освободил свои руки и ушел, осторожно прикрыв за собой дверь.

Глава 20

Уиггз глубоко вздохнул и постучал в дверь. После приглушенного ответа он вошел.

– Простите, что беспокою вас, милорд.

Анри захлопал глазами. За три месяца, которые он прожил в Гиббертон-Холле, Уиггз в первый раз пришел к нему в комнату. Анри потуже затянул кушак на своем халате из красного бархата.

– Вы меня совсем не беспокоите. Что-то случилось? На лице дворецкого промелькнуло выражение облегчения.

– Да, милорд. Его светлость заперся в библиотеке и не выходит со вчерашнего дня. Это совсем на него не похоже.

– Посмотрим! – воскликнул Анри. – Я немедленно пойду туда.

– Я пришлю Роберта, чтобы помочь вам одеться, милорд.

– Ни к чему. На мне халат, и чертовски дорогой к тому же. – Анри сунул в карман булавку для галстука и прошел мимо потрясенного Уиггза. Он направился прямиком к библиотеке и постучал вдверь. Как он и ожидал, ответа не последовало.

Он достал из кармана булавку и нагнулся к замку. Меньше чем через минуту дверь со щелчком открылась.

– А, вот и вы, mon ami, – произнес он, входя в затемненную комнату. Закрыл за собой дверь и запер ее. – Бренди еще осталось?

Ник сидел за письменным столом, положив на него ноги, лицо его осунулось, щеки ввалились. Как ни удивительно, он совсем не выглядел пьяным.

Анри нахмурился, почувствовав тревогу.

– Мой друг, вы больны?

– Что вам надо?

– Я проснулся сегодня утром, и мне очень захотелось пить. Поэтому я пришел сюда. Вижу, у вас есть бренди.

– Дверь была заперта.

Анри показал ему булавку для галстука.

Ник невольно улыбнулся:

– Мир не может чувствовать себя в безопасности, пока вы по нему бродите.

– Это правда. – Анри снова сунул булавку в карман и присел на край стола лицом к Нику. – Что вы здесь делаете, сидя за запертой дверью?

Ник пожал плечами, но не ответил.

Анри удивился, увидев в глазах друга беспредельное отчаяние.

– Николас, вы должны со мной поговорить. Может быть, я могу помочь.

Ник потер ладонью лицо.

– Вы ничего не можете сделать. Головные боли усиливаются, Анри. Я не хочу, чтобы Сара видела меня, когда я... – Он плотно сжал губы.

Гордость, подумал Анри, – благородное чувство, но может обернуться своей противоположностью. Однако такое переживание было ему хорошо знакомо.

– Вы должны уехать от нее.

– Я не могу! – Это был крик души.

Анри не удивился.

– Что же вы намерены делать?

Ник сжал челюсти.

– Если я не в силах ее оставить, тогда мне нужно вынудить ее покинуть меня. Я должен заставить ее презирать меня до такой степени, что она уйдет сама.

– Как вы это сделаете? Она безумно влюблена в вас. Ник мрачно посмотрел на графа.

– Вы глупец, Анри.

– Но не в том, что касается женщин, – возразил француз. Не считая, конечно, Делфи. Он ухаживал за ней так осторожно, и сначала она проявляла к нему благосклонность. Но потом он стал чересчур настойчив. Слишком поспешил. Он пригласил ее на романтическое свидание, и это положило конец зарождающемуся роману.

Он думал, что она готова; все признаки указывали на это. А он умел искусно их определять. Но она с ужасом отклонила его приглашение, прервала с ним отношения и даже отказывалась разговаривать с ним.

Анри был уязвлен. Не то чтобы он имел наглость просить ее выйти за него замуж, вот это действительно был бы оскорблением. И все же он не мог ошибиться, в т момент в ее глазах застыла горечь страдания, и эта мысль его очень мучила.

Чем больше он об этом думал, однако, тем сильнее испытывал раздражение. В конце концов он решил наказать Делфи. Он бессовестно флиртовал у нее на виду и волочился за любой подвернувшейся юбкой.

Но эта простодушная женщина даже не знала, как отвечать на подобное обращение. Вместо того чтобы презирать его и самой окунуться в безудержный флирт, она лишь наблюдала за ним большими грустными глазами. И это больно ранило сердце Анри, буквально сводило его с ума. А тут еще и Ник. Анри исподтишка бросил взгляд на друга. Ник сидел неподвижно, с лицом, лишенным каких-либо эмоций. В этом было что-то отчаянное. Анри видел подобное выражение на лицах своих соотечественников, которые потеряли на войне все, что имели.

Анри вздохнул и встал.

– Я думаю, вы делаете ошибку, mon ami. Сара – ваша жена, и ее долг оставаться рядом с вами, что бы ни случилось.

– Вы говорите это так, будто завидуете.

– Возможно, я и завидую. Но решение принимать вам, и вы должны делать то, что считаете правильным. Если вам нужна моя помощь, Николас, я всегда к вашим услугам.

54
{"b":"52","o":1}