ЛитМир - Электронная Библиотека

«Сов. Секретно

Заместителю председателя ОГПУ т. Ягоде.

Спецзаписка. «Об изъятии царских ценностей в г. Тобольске».

В результате длительного розыска 20 ноября с. г. в городе Тобольске изъяты ценности царской семьи. Эти ценности, во время пребывания царской семьи в г. Тобольске, были переданы на хранение камердинером царской семьи Чемодуровым игуменье Тобольского Ивановского монастыря Дружининой. Последняя незадолго до смерти передала их своей помощнице благочинной Марфе Ужинской… 15 октября с. г. Ужинцева призналась в хранении ею ценностей царской семьи и указала место их нахождения. В указанном первоначально Ужинцевой месте ценностей не оказалось. Тогда был доставлен в Тобольск Корнилов В. М. Он указал действительное место хранения ценностей. По указанию Корнилова ценности были изъяты (ценности в двух стеклянных банках, вставленных в деревянные кадушки, были зарыты в подполье, в квартире Корнилова).

Среди изъятых ценностей имеются:

1) брошь бриллиантовая в 100 карат,

2) три шпильки головные с бриллиантами в 44 и 36 карат,

3) полумесяц с бриллиантами до 70 карат (по некоторым сведеньям, этот полумесяц был подарен царю турецким султаном),

4J диадемы царских дочерей и царицы и др. Всего изъято ценностей по предварительной оценке наших экспертов на сумму в три миллиона двести семьдесят тысяч шестьсот девяносто три золотых рубля (3.270.693 руб.).

ПП ОПТУ по Уралу Решетов

Нач. ЭКО ПП ОПТУ Самойлов».

После этого доклада следовал перечень изъятых ценностей, содержащий 154 предмета, и их предварительная оценка экспертами. В конце перечня рукой Ягоды было написано: «Т. Лисицыну! Прошу Вас проверьте наличие ценностей по списку. Не пропало ли чего? Можно ли считать этот этап завершенным? Я. Г. Г.».

«Сов. Секретно 17 декабря 1933 г.

Заместителю ПП ОГПУ

тов. Ягоде Г. Г.

Мы проверили список. Похоже, что все сходится, если не считать отсутствия нескольких предметов драгоценного оружия: шпага, две сабли, кортик (морской) и два серебряных кинжала.

На ваш дополнительный вопрос даю справку. Большая часть ценностей была поручена бывшему полковнику Кобылинскому Евгению Степановичу, командовавшему в Тобольске охраной царской семьи. Имея свободный доступ к заключенным, а равно право на вход и выход из арестного дома в любое время, Кобылинский Е. С. вынес из арестных помещений большую часть ценностей. В годы гражданской войны Кобылинский Е. С. воевал на стороне белых, а затем ушел за границу и жил в Харбине. Его разработка нами началась еще в 1921 году. Удалось добиться специального письма на его имя, чтобы он вернулся и передал ценности указанному в письме лицу (нашему сотруднику). Целью было выяснение места, где Кобылинский прячет ценности. Кобылинский поверил указанному письму и в 1927 году тайно прибыл в СССР. К сожалению, вскоре после прибытия из-за несогласованности действий местных органов ОГПУ, частично объясняемой большой секретностью операции, Кобылинский был арестован раньше времени, а пытавшийся его прикрыть наш сотрудник убит. Ни на какие вопросы Кобылинский отвечать не пожелал и умер на третьем допросе от паралича сердца. Официально считается расстрелянным за контрреволюционную деятельность. Мы пытались разыскать его жену Кобылинскую Клавдию Михайловну, но в хаосе послевоенном ее найти не удалось. Надо снова принять меры к ее розыску.

Кроме того, мне удалось установить, что часть ценностей хранится в старообрядческом ските св. Дмитрия, что в 200 верстах к северо-востоку от Тобольска, у некоей Меженской Марии Сергеевны, скрывающейся там с 1918 года. До этого скита можно добраться верхом только летом. Я думаю, что дело сейчас пойдет значительно быстрее, поскольку мнение, что ценности и валюта должны принадлежать народу, а не частным лицам, фактически разделяется уже всеми.

Ст. о/уполномоченный Лисицын».

В этот момент в помещение, где работал Куманин, вошла «прапорщица» и позвала Сергея к телефону, который стоял в приемной у нее на столе.

Климова все еще не было в Управлении. Мельком Куманин видел его на экране телевизора, стоящим под зонтиком слева от Горбачева. Дождь лил в какой-то европейской столице, то ли в Брюсселе, то ли в Бонне. Вникать не хотелось. Из этого следовало, что генерал не появится в городе раньше возвращения в Москву генсека.

Куманин подошел к телефону.

«Сергей, — услышал он голос своего приятеля капитана Горелова, — тебя приглашает к себе мой шеф. Зайди сейчас к нему в кабинет».

Шефом Горелова был генерал-майор Александр Стебликов, возглавлявший весьма таинственный отдел «Новых экономических связей», целью которого было создание современных рычагов управления экономикой с элементами рыночных отношений. На практике это пока означало арест любого, кто сделает хоть полшага в сторону от государственной экономики без ведома КГБ.

Куманин был весьма удивлен интересом, проявленным к нему Стебликовым, поскольку никогда экономическими проблемами не занимался.

— Сергей Степанович, — сказал генерал, жестом приглашая вошедшего Куманина сесть, — у меня к вам несколько вопросов.

— Слушаю вас, товарищ генерал, — с готовностью ответил Куманин, бросив взгляд на старинные каменные часы, украшавшие генеральский кабинет.

Была уже половина первого, дело двигалось к обеду, после которого Куманин обещал Наде приехать в интернат.

— Сегодня, — прочел что-то в своем рабочем блокноте генерал Стебликов, — в 18 часов вы должны бы прочесть лекцию перед представителями общественности в клубе «Красный Октябрь» на тему «Ритуальное убийство царской семьи». Вы об этом помните?

— Да, конечно, — в смущении проговорил Куманин — он начисто об этом забыл, — но, товарищ генерал…

— Александр Иванович, — дружелюбно поправил его Стебликов.

— Приказом генерала Климова, Александр Иванович, — продолжал Куманин, — я откомандирован в его распоряжение для выполнения задачи, которую трудно совместить с чтением публичных лекций.

— Мне это известно, — сказал Стебликов, — но, согласитесь, не дело вот так, неожиданно, прерывать дело государственной важности, Степан Сергеевич.

— Сергей Степанович, — подсказал Куманин.

— Простите, — улыбнулся Стебликов, — столько имен в голове, что иногда путаюсь. Так вот, я считаю, что нет никакого резона прерывать столь важное и полезное дело.

Куманин всем своим видом показывал полную солидарность с мнением генерала, но ему было не совсем понятно, каким боком все это соприкасается с «Новыми экономическими отношениями», которыми занимался отдел генерала Стебликова.

— Поэтому, — подвел итог генерал, — лекцию, намеченную на сегодня, никак отменить нельзя. — Он жестом руки прервал возражения Куманина и продолжал:

— Я вовсе не желаю, да и не имею права, отменять приказы генерала Климова. Но раз вы не можете более заниматься этим делом, я готов прочесть лекцию вместо вас и вообще взять на себя некоторые ваши обязанности по курированию групп граждан с монархической ориентацией. Прошу вас передать мне конспекты ваших лекций.

— Лично я ничем не могу вам помочь, Александр Иванович, — честно признался Куманин, — когда генерал Климов приказал мне прибыть в его распоряжение, я сдал свое подразделение капитану Осадчему, который по распоряжению полковника Кудрявцева должен временно руководить всеми делами в этом направлении.

— Я говорил с Кудрявцевым, — скривил в улыбке тонкие губы генерал, — он уверяет, что все материалы остались в вашем опечатанном сейфе, ключей от которого у него нет.

Ключи Куманин сдал Кудрявцеву, и раз тот говорит, что ключей у него нет, значит, не хочет ничего давать из своего отдела Стебликову и, конечно, надеется, что Куманин его не подведет.

— Совершенно верно, — подтвердил Куманин, — ключи от сейфа я сдал генералу Климову, который временно приказал приостановить просветительскую деятельность до особого распоряжения.

Куманин был уверен, что Стебликов сто раз подумает, прежде чем решится просить ключ у Климова. К тому же того и на месте нет.

24
{"b":"5251","o":1}