1
2
3
...
69
70
71
...
91

Он спрятал листки недописанного рапорта вместе с пишущей машинкой в сейф, затем подошел к одному из шкафов и наугад вынул оттуда один из изданных на Западе фотоальбомов, посвященных жизни и царствованию последнего императора.

Прямо на обложке альбома была помещена фотография Николая П. В сюртуке капитана 1-го ранга он стоял, улыбаясь, положив руки на плечи сына, одетого в матроску. Глядя в открытое лицо и добрые глаза человека, чьи таинственно исчезнувшие останки ему было приказано отыскать, Куманин впервые почувствовал непонятное волнение, как будто он и Николай на фотографии оказались связаны какими-то непонятными, невидимыми нитями. Он быстро поставил альбом обратно на полку и запер несгораемый шкаф.

III

В Ростов Великий Куманин приехал на автобусе Москва-Ярославль, который отправился в половине седьмого утра с площади Рижского вокзала. Вообще-то правила требовали, чтобы Куманин предупредил о своем появлении в городе местный отдел КГБ. Прошли уже те времена, когда чекисты провинциальных российских городов, изнывая от безделья, высасывали из пальца пять-шесть дел в год по фактам антисоветской пропаганды и признакам измены Родине. Сейчас Ростов Великий, отреставрировавший свой знаменитый Кремль, был включен в число городов так называемого «Золотого кольца» и горотдел КГБ работал чуть ли не круглосуточно, выискивая шпионов среди многочисленных зарубежных туристов. Работы было много: приходилось следить за несанкционированными контактами местных жителей с иностранцами и вести бесконечную войну с фарцовщиками в тайной надежде, что кто-нибудь из них засветится в шпионаже. Но поскольку дело, которое привело сюда Сергея, никак не было связано с подвигами местного КГБ, он решил это правило проигнорировать и сразу направился в милицию.

— Слушаю вас, — хмуро сказал пожилой майор — замначальника ростовского горотдела УВД (начальник был вызван на совещание в Ярославль), возвращая Куманину удостоверение, не вызвавшее у него ровным счетом никаких эмоций. — Какие у вас вопросы к нам?

Майор выглядел устало, и весь вид его говорил о том, что ему меньше всего на свете хочется сейчас заниматься делами московского КГБ.

— Около года назад, — начал Куманин, — на остановке автобуса Москва-Ярославль вашими сотрудниками был обнаружен потерявшийся мальчик пяти лет по имени Алеша Лисицын…

— Было такое, — подтвердил майор, — помню. Мы его в Москву этапи… то есть отправили. Что-нибудь случилось?

— Случилось, — подтвердил Куманин, — многое случилось. Поэтому мне и хотелось побеседовать с товарищами из патрульно-постовой службы, которые к этому делу причастны, почитать, если возможно, протоколы или какие-нибудь другие документы по этому делу.

Майор вздохнул и, подняв трубку видавшего виды телефона, произнес:

— Гришин, зайди ко мне на пару минут.

В кабинет вошел молодой старший лейтенант в голубой форменной рубахе с расстегнутым воротом. Он вопросительно посмотрел на майора, не утруждая себя какими-либо уставными фразами о прибытии по вызову начальства.

— Товарищ из Москвы приехал, — пояснил майор, показывая глазами в сторону Куманина, — из комитета. Интересуется обстоятельствами обнаружения в прошлом году мальчонка. Алеша Лисицын его звали, помнишь?

— Так точно, помню, — ответил старший лейтенант Гришин, — обнаружен младшим сержантом Власовым у остановки автобуса по сигналу граждан.

— Он был один на остановке, когда вы его обнаружили? — спросил Куманин.

— Один, — подтвердил Гришин, — полагаю, ребенок вышел из рейсового автобуса. Он у нас стоит три минуты. Мать заговорилась или заснула, он и вышел из автобуса. А автобус уехал. Забавный малыш, чего только наизусть не знал. В дежурке у нас его хорошо запомнили.

— А вы были там? — поинтересовался Куманин.

— Так точно, был, — кивнул головой Гришин. — Я его и оформлял, И потом им много занимался. Бумаги все на него составлял, когда его в детский дом забирали.

— А вы пытались найти кого-нибудь из его родных, — спросил Куманин, — объявление давали?

— А как же, — ответил вместо Гришина сам майор. — На остановке повесили объявление: «Кто тогда-то потерял мальчика примерно пяти лет, назвавшегося Алешей Лисицыным, обращаться в горотдел милиции», объявление дали и в свою газету и в ярославскую. Транспортную милицию запрашивали. Никто не откликнулся.

— Интересно, — сказал Куманин. — А вы проработали версию, что он мог прибыть в город с кем-нибудь, кто приехал на экскурсию по маршруту «Золотого кольца»?

— Специально не прорабатывали, — ответил старший лейтенант Гришин, — но объявление повесили и в Кремле, Обратились бы к нам, если бы кто ребенка потерял. Ключи теряют — к нам обращаются. А тут — ребенок. Шутка ли!

— Я хотел бы посмотреть журнал происшествий по городу за этот день, — попросил Куманин. — Вы же зафиксировали там это происшествие, надеюсь?

— Конечно, — подтвердил Гришин, взглянув на майора.

Тот устало кивнул.

Старший лейтенант вышел и вскоре вернулся с канцелярской книгой, оказавшейся журналом происшествий за июль прошлого 1988-го года.

— Так, — сказал он, листая страницы, — вот. «28 июля 13.40. На остановке автобуса обнаружен мальчик примерно пяти лет без сопровождения взрослых. Доставлен в горотдел, назвался Лисицыным Алексеем. О своем появлении в городе ничего определенного сказать не может, заявил, что не помнит с кем, когда и зачем приехал в Ростов…»

— Разрешите, я сам почитаю, — попросил Куманин.

Гришин положил журнал перед ним.

Происшествия 28 июля, наверное, как всегда, начинались с «нуля часов». «Муж устроил пьяный дебош, избил жену. Двое выпивших граждан разбили витрину обувного магазина. Попытка угона частной автомашины. Задержан нигде не работающий. Ранее судимый пытался оказать сопротивление участковому. Подростки подожгли ларек „Союзпечати“. Задержаны…»

28 июля выпало в прошлом году на четверг. День был будничным.

Куманин продолжал скользить глазами по странице. «12:20. Гражданка п/в потеряла сознание на территории Кремля. Оказана медицинская помощь».

В одной из своих версий Куманин предположил, что Алеша Лисицын приехал в Ростов на экскурсию с кем-нибудь из родных (с мамой или бабушкой, дедом наконец). Потеряться же он мог по самым разным причинам, например, когда тому, с кем он приехал, стало плохо. Мало ли что могло произойти! Мог упасть знаменитый кирпич, могла сбить машина. В итоге Алеша оказался никем не востребованным.

— Что это значит, — спросил Куманин, показывая пальцем на строчку в журнале происшествий, — «гражданка п/в».

— Это значит: «преклонного возраста», — пояснил майор.

— А что это за гражданка преклонного возраста, которой стало плохо на территории Кремля? Кто она такая? — Куманин продолжал держать палец на этой строчке.

— Не помню, — честно признался майор и спросил у Гришина:

— Ты не помнишь, что случилось тогда?

— Не помню, если честно, — ответил Гришин, — у нас там постоянный пикет есть на круглосуточной основе. С двумя офицерами посменно. Если так важно, — обратился он к Куманину, — можно сейчас туда съездить и выяснить подробности, если, конечно, вспомнят. Год ведь уже прошел.

— Поехали, — согласился Сергей.

Куманин, в сопровождении Гришина, вышел на улицу, где стояли три милицейских «уазика». К одному из них Гришин и направился.

— Может, пешком пройдемся, — предложил Куманин, — здесь же недалеко. Что в машине париться по такой жаре?

Гришин пожал плечами. «Можно и пешком пройти, коль того хочет оперативник из Москвы». Москвичи обычно пешком ходить не любили, чаще приезжая сюда на черных «волгах».

Ростов Великий упоминается в летописях еще за 862 год. В свое время он славился своими храмами и ремеслами, главным образом иконописью и производством знаменитой русской финифти. В XVI веке Сисой Великий основал Ростовский Кремль — чудо архитектуры, в которой нашли отражение военная неустрашимость и богобоязненность народа.

70
{"b":"5251","o":1}