ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Пиратская романтика закончилась. Всего полгода понадобилось англичанам, чтобы очистить Океан от германских корсаров первой войны. Почти столько же им понадобилось, чтобы загнать весь Флот Открытого моря Германии в его базы, откуда он не осмеливался показаться со времен сражения у Доггер-Банки в январе 1915 года.

Удавка британской морской блокады душила Германию, а парализованный страхом немецкий флот не делал практически никаких попыток сбросить эту удавку со своей страны...

Положение изменилось к началу 1916 года, когда командующим германским Флотом Открытого моря стал способный и агрессивный адмирал Рейнгард Шеер решительный сторонник активных действий вверенных ему кораблей. Среди первых же мероприятий нового командующего был приказ о возобновлении «корсарских» операций в океане против британского судоходства.

«Безумие» — таков был вывод штабных специалистов. Ни одного крейсера из состава Флота Открытого моря и соединений, воюющих на Балтике, выделить для этой цели при нынешней оперативной обстановке просто невозможно. Но даже, если бы это и было возможно, надо помнить, что сейчас уже не август 1914.

Англичане давно навели порядок в своих тылах: десятки их крейсеров прикрывают все основные линии морских коммуникаций, превращая операции надводных рейдеров в простое самоубийство.

Шеер не соглашался с подобными выводами оперативников своего штаба. Конечно, с тем размахом, с каким планировалось это дело до войны, и даже с тем, с каким оно проводилось в первые месяцы войны, действия надводных рейдеров сейчас уже не организовать. Но говорить, что подобные операции вообще невозможны, тоже нельзя.

Командующий был согласен с тем, что действия боевых крейсеров сейчас неосуществимы по ряду самых веских причин: их мало, их действия в океане невозможно обеспечить, не говоря уже о том, что ныне, в 1916 году, когда идет разработка плана решительного сражения с Гранд Флитом, расходовать крейсера первой линии в подобных операциях, мягко говоря, неблагоразумно. Но в рейдерской войне вполне можно использовать вспомогательные крейсера — вооруженные торговые суда, которые не так заметны, как боевые корабли, обладают хорошей автономностью и достаточной скоростью. А их потеря не будет столь болезненно воспринята, как потеря крейсера специальной постройки.

Кроме того, считал командующий, сейчас очень благоприятный момент. Англичане почти забыли о надводных рейдерах, и есть шансы снова поймать их врасплох на океанских просторах.

В самый канун 1916 года в океанский рейд были посланы два вспомогательных крейсера: «Меве» и «Вольф». Последний был переоборудован во вспомогательный крейсер из бывшего английского сухогруза «Белгравия», но ему сразу же не повезло. Не успев выйти в море, «Вольф» сел на мель в устье Эльбы и получил такие серьезные повреждения, что о его боевом использовании не могло быть и речи.

Между тем, ушедший в океан «Меве» благополучно вернулся в Германию 4 марта 1916 года с весьма впечатляющими достижениями. Ему удалось уничтожить пятнадцать торговых судов противника общим водоизмещением 57520 брутторегистровых тонн, а на одной из выставленных рейдером мин подорвался и затонул британский броненосец «Кинг Эдвард VII».

«Меве» начали готовить ко второму рейду, надеясь на еще большие успехи. Кроме того, его успехи побудили Шеера выделить для переоборудования во вспомогательный крейсер еще одно торговое судно. Им оказался немецкий сухогруз «Вахтфельс» водоизмещением 5809 тонн, построенный в 1913 году. Судно имело длину 135 метров, паровую машину тройного расширения и скорость 10,5 узла.

Отбросив все предрассудки, его переименовали в «Вольф», хотя бывалые моряки, памятуя о предыдущем «Вольфе», севшем на камни, многозначительно покачивали головами. Однако капитан второго ранга Нергер, назначенный командовать этим вторым «Вольфом», не был суеверным и даже, после нескольких месяцев перестроечных работ, назначил выход в море на пятницу, 22 ноября 1916 года. За это время на «Вольфе» установили пять 150-миллиметровых орудий, четыре 500-миллиметровых торпедных аппарата. Корабль принял на борт 465 мин и, что самое главное, гидросамолет, чего Нергер добился с огромным трудом. Еще труднее было найти опытного пилота, способного взлетать с океанской волны и садиться на нее. Ни у кого не было подобного опыта, поскольку «Вольф» был первым германским кораблем, выходящим в океанский рейд с самолетом на борту. Этот гидроплан немедленно окрестили «Вольфхен» («Волчонок»).

I

Как уже говорилось, капитан второго ранга Нергер был выше всех предрассудков и суеверий и назначил выход вспомогательного крейсера «Вольф» на пятницу 22 ноября. Однако, каждый из трехсот пятидесяти четырех человек, составлявших экипаж нового вспомогательного крейсера, был этим обстоятельством весьма удручен, считая пятничный выход плохим предзнаменованием, особенно памятуя о судьбе предыдущего «Вольфа». Нергеру пришлось очень быстро убедиться в том, что правы оказались его суеверные подчиненные, а не он.

Не успел «Вольф» выйти за линию германских дозоров, как в одном из его угольных бункеров вспыхнул пожар. Взять пожар под контроль не удалось, он перекинулся на другой бункер и начал угрожать настоящей катастрофой. Нергер счел за благо вернуться обратно в базу. Один отсек пришлось затопить, но пожар продолжался и локализовать его все не удавалось.

В порту пожар быстро погасили, перегрузили уголь и 30 ноября снова вышли в море.

Погода благоприятствовала выходу — над морем висел густой туман, видимость не превышала тридцати метров. Серые тени кораблей, мимо которых проходил «Вольф», быстро растворялись в молочной дымке.

Туман был настолько густым, что Нергер, помня о печальной судьбе предыдущего «Вольфа», вынужден был, не искушая собственную судьбу, встать на якорь. Он становился суеверным. К полудню погода немного прояснилась, и Нергер приказал сниматься с якоря. Однако, примерно через полчаса туман снова сгустился до такой степени, что Нергер не решился в таких условиях пройти через линию защитных минных заграждений. Пришлось опять ложиться на обратный курс.

«Бог троицу любит», — решил Нергер и, как только туман стал немного подниматься, снова приказал дать ход. «Вольф» малым ходом, временами останавливаясь, продвигался к выходу в открытое море, что удалось сделать только к вечеру.

Прошли на малом расстоянии мимо германских сторожевых кораблей передового дозора и оставили их за кормой, даже не обменявшись традиционными пожеланиями счастливого плавания. Дозорные, конечно, были уведомлены о выходе, но знали только то, что мимо них пройдет немецкое судно. Что за судно и куда оно направляется, дозорные не имели понятия: Многое, если не все, зависело от секретности операции.

Еще некоторое время дозорные корабли виднелись за кормой «Вольфа», а затем растаяли за горизонтом. И «Вольф» остался один.

Путь вспомогательного крейсера лежал через Северное море. Погода, как назло, внезапно стала тихой и ясной, и, хотя английских блокадных кораблей видно не было, их переговоры четко принимала радиостанция «Вольфа». Они явно находились где-то поблизости.

Но пока все шло хорошо, и «Вольф» продолжал идти на север своим полным ходом — не таким уж маленьким для сухогруза того времени — чуть более десяти узлов.

К счастью, вскоре погода резко переменилась. Налетел северо-восточный шквал, ход пришлось уменьшить до семи узлов. Плестись на такой скорости в зоне самого интенсивного патрулирования противника было просто бесподобно. Кроме того, «Вольф», который был перегружен углем и разными запасами, необходимыми для длительного автономного рейда, захлестывался волнами и нещадно раскачивался, изнуряя экипаж приступами морской болезни. А впереди еще лежали обширные минные заграждения, выставленные англичанами для обеспечения блокады. В такую погоду даже слабое минное заграждение угрожает любыми неожиданностями, а малая скорость корабля делает роковой любую встречу даже со слабым противником, поскольку предоставляет англичанам достаточно времени для сосредоточения сил.

63
{"b":"5253","o":1}