ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Пятнадцать, — соврал Феликс.

Любуясь мускулами Феликса, неизвестные предложили ему заняться боксом. Феликс с удовольствием согласился, и они отправились в боксерскую школу. Там юному матросу предложили бесплатное обучение плюс жалование шесть фунтов при одном непременном условии: на всех соревнованиях по боксу он будет выступать только за сборную команды провинции Квинсленд. Феликс согласился, и его начали учить премудростям бокса, В школе Феликсу жилось превосходно.

Через пять месяцев его решили послать в Сан-Франциско для профессионального совершенствования, но сам Феликс посчитал, что приобрел уже достаточно познаний в боксе и снова затосковал по морю.

Где бы он ни был, чем бы ни увлекался, тяга к морю всегда пересиливала все другие чувства и помыслы, возвращая Феликса на палубу корабля.

На этот раз ему без особого труда удалось наняться на американскую четырехмачтовую шхуну «Голден бич», которая возила то строевой лес, то сахар между Сан-Франциско и Гонолулу.

Феликса взяли сразу матросом первого класса, положив ему жалование сорок пять долларов в месяц. Но, будучи в душе авантюристом и искателем приключений, Феликс после первого же прихода в Гонолулу сбежал со шхуны вместе с еще одним матросом-немцем, желая заняться ловом и торговлей рыбой, а также — охотой. Для исполнения плана не хватало только какого-нибудь судна и ружья, поскольку друзья решили день ловить рыбу, а день — охотиться. Поскольку в Гонолулу все это было неосуществимо, друзья вернулись на шхуну, решив отложить выполнение своих планов до Ванкувера, куда шхуна и направлялась.

Добравшись до Ванкувера, Феликс и его новый друг раздобыли винтовку системы «Винчестер», а в близлежащем рыбацком поселке Модевиль решили украсть шлюпку. В поселке было много собак, но, тем не менее, с наступлением темноты друзьям удалось увести шлюпку. На ней они подплыли к небольшому парусному судну, забрались на него и подняли якорь. Двум уже опытным матросам поставить паруса не. представляло никакого труда. К сожалению, ветра не было, и паруса не желали наполняться. С берега же заметили движение шхуны, решили, что она дрейфует на якоре, и рыбаки, забравшись в шлюпку, направились к судну. В это время шхуна вышла из-под прикрытия прибрежных скал, паруса наполнились ветром и она, набирая ход, пошла в открытое море. Рыбаки сделали вслед несколько выстрелов и отстали, а Феликс и его друг добрались на украденной шхуне до бухты Сиэтл. Им повезло — в бухте стоял большой немецкий парусник. Немецкие моряки обрадовались землякам, дав им хлеба, сухарей и свинцовых белил. Друзья перекрасили судно в белый цвет и занялись ловлей рыбы.

Но это занятие им быстро надоело. Они решили вернуть шхуну рыбакам в Модевиль и заняться охотой. Тут-то их обоих и накрыли, передав полиции, а поскольку оба злоумышленника были несовершеннолетними, то их дело слушалось в исправительном суде. Суд был снисходителен, и друзья отделались несколькими неделями заключения. Прокурор утверждал, что Феликс Люкнер, судя по всем повадкам — законченный пират, и требовал более строгого наказания, но суд не принял его доводов во внимание. Если бы англичане знали тогда, сколько головной боли принесет им в будущем «пиратский талант» Феликса, то наверняка не выпустили бы его из тюрьмы, по меньшей мере, до окончания Первой мировой войны!

III

Выйдя из тюрьмы, Феликс решил вернуться на родину. Он нанялся на английский парусник «Пинмор», на котором совершил 285-дневное плавание от Сан-Франциско до Ливерпуля, ни разу при этом не побывав не берегу. Сначала парусник долго дрейфовал из-за полного штиля, а еще дольше преодолевал встречный шторм у мыса Горн. За время плавания шесть человек умерли от цинги и сонной болезни. Продовольствия на «Пинморе» имелось всего на сто восемьдесят пять суток, а воды — и того меньше. Кроме того, и имевшаяся на судне вода оказалась испорченной из-за того, что потекли цистерны.

У всех начали опухать ноги, никто уже не был в силах работать на реях, и идти пришлось только под штормовыми парусами. При этом, ни одно судно не попадалось навстречу, и весь рейс не было ни одного дождя. У островов Сцилли (юго-западное побережье Британии) была разделена последняя порция гороха.

Когда в Ла-Манше к паруснику подошел буксир, то его встретили отчаянными криками: «Воды! Воды!»

Провалявшись две недели в госпитале, Феликс отправился в Гамбург. За время плавания Феликс заработал более тысячи марок и гордо прогуливался по городу. Стоял декабрь — время знаменитой гамбургской ярмарки, и Феликс вдоволь повеселился во время народных гуляний, победил в одном из балаганов знаменитого ярмарочного борца Липстулиана, выиграв приз в двадцать марок.

Погуляв таким образом две недели, Феликс нанялся на немецкую шхуну «Цезарея», которая собиралась идти из Гамбурга в Мельбурн. Это было первое немецкое судно, на котором пришлось служить Феликсу Люкнеру. Капитан шхуны был очень опытным моряком, но страшно скупым и мелочным. Вместе с коком он делал все возможное, чтобы урезать матросский рацион и сэкономить «харчевые деньги».

В ответ матросы украли с камбуза несколько окороков. Капитан заподозрил, что их украл кок и где-то припрятал для себя. Дело кончилось тем, что кок кровно обиделся и в Ньюкастле сбежал со шхуны. Судно осталось без кока, а никто из команды не хотел занять его место. Тогда капитан решил назначить кока своей властью и, узнав, что Феликс умеет кипятить воду, выбрал именно его. Изголодавшийся Феликс согласился, надеясь как следует полакомиться в офицерской продовольственной баталерке. Там он набил себе полное брюхо сливами, сушеными яблоками и вареньем, а также опустошил две банки пикулей. Для команды Феликс в первый день нахождения на должности сварил горох, незаметно сунув туда кость от окорока и влив бутылку красного вина. Капитан и вся команда решили, что Феликс — прирожденный кок. От такой похвалы Феликс возгордился, и на следующий день горох пригорел. Феликс добавил в котел еще несколько пригоршней гороха и влил еще одну бутылку красного вина. Кроме того, он слышал, что, в случае пригорания, обычно пользуются содой. В каком количестве, он не знал, а потому добавил соды побольше.

Капитан три дня не вставал с койки, а Феликса выгнали с камбуза, заменив другим матросом.

До Мельбурна добрались без особых приключений, сдали груз, погрузили уголь и направились в чилийский порт Калета-Бийона, где приняли в трюмы селитру, и пошли в Плимут. В этом плавании Феликс официально получил звание матроса первого класса. Он уже мог самостоятельно ставить фор-брамсель, что было официально зафиксировано в вахтенном журнале и матросской книжке.

У Фолклендских островов шхуна попала в зону сильного циклона. Шторм был попутным, и вначале шхуна хорошо шла по курсу. Но по мере того, как шторм усиливался, идти по ветру становилось все опаснее. Необходимо было делать поворот на фордевинд. В случае запоздания с этим маневром, судну грозила бы верная гибель, поскольку хлынувшие с кормы волны могли все смести на своем пути.

Исполинские волны набегали сзади и обрушивались на корму «Цезареи». Шхуна шла под четырьмя парусами со скоростью десять узлов. Наконец, паруснику удалось прорваться в центр циклона, где царили полный штиль и тишина. Из-за безветрия, суда в центре циклона теряли ход и становились игрушкой у разбушевавшихся волн, которые ветер со всех сторон гнал к центру циклона. Единственным спасением являлся как можно более быстрый проход через этот центр. Потеряв стеньги и черпая воду бортами, «Цезарее» удалось пройти через центр циклона, и шхуна снова попала в свирепую бурю, которая ревела с удвоенной силой. Брам-реи и марса-реи грохнулись вниз и повисли за бортом. Большую часть такелажа разорвало. Приготовившийся к неминуемой смерти Феликс сам не понимал, как им удалось выскочить из циклона. На палубе все было сломано и порушено, в трюмах было полно воды. Теперь работать приходилось день и ночь: исправлять такелаж, выстреливать новые стеньги, ручными помпами откачивать воду из трюмов.

85
{"b":"5253","o":1}