ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

39

Судя по карте, от взбунтовавшейся ракетной шахты нас отделяло около четырех тысяч километров. Так что решили вернуться в лоно цивилизации, и лететь самолетами Аэрофлота. Всё-таки, согласитесь, для «кузнечика» такое расстояние великовато.

Переход прошел как-то буднично. Леньку, помимо снотворного, заставили слопать положенное по инструкции количество таблеток. «Медвежата» смотрели подозрительно, но вопросов не задавали. Традиционно «погрузив» народ, Лена подала мне руку. Мы «вышли» в коридор и оседлали велосипеды.

Визу в Таджикистан взяла лишь Лена, остальные же поехали багажом.

Мы с Инной смотрели на спящих, пытаясь угадать по их ликам, какие чувства обуревают людей в этом межвременье. Но лица были безмятежны, а дыхание ровным.

Борясь со скукой, спустились с плато, попытавшись обследовать долину. Но без минимума альпинистского снаряжения это оказалось нелегко. Попробовали, без особой, правда, надежды, забраться в «кузнечиков», но те не откликались на присутствие новых хозяев, и мы оставили бесплодные попытки. Всё же с коридором мне повезло. Могу идти, куда душа пожелает. По крайней мере вдоль реки, служащей одновременно ориентиром. Лена же с Инной поневоле вынуждены стать домоседками. Правда, неизвестно еще, что лучше. Спокойная стабильность, гарантирующая размеренное течение жизни, или метания без определенной цели, с таким постоянством предпринимаемые мной. Хотя никто ведь, если разобраться, меня в шею не гнал. Наоборот, весь честной народ, судя по словам «аббата», в шоке от моих эскапад. Но ей-богу, я не нарочно.

Тут меня тронули за плечо. Занятый размышлениями, я пропустил появление хозяйки.

— Мы в Душанбе. «Снаружи» сейчас полночь, и можно выходить.

— Минутку, дай только куртку надену.

Я чмокнул Инну в щеку, мы сели в джип, и Лена «выкатила» нас на окраину города. До места еще часов шесть пути, и надо подобраться максимально близко. Плюс еще разница рельефа, уверен, сыграет свою неблагоприятную роль.

Двигаясь на юго-восток, мы постепенно поднимались всё выше. Стало заметно прохладнее. Пару раз нас пытались остановить какие-то люди, но я свешивал из окна руку с зажатым в ней «узи», и те предпочитали не связываться.

Интересно, насколько полно соответствие того и нашего мира? И если есть шахта с боеголовками там, то и у нас, наверное, существует что-то подобное? И чье это теперь? Российской армии или давно разворовано и продано в Пакистан?

Воздух становился всё разреженнее, а дорога хуже. Остановившись, Лена спрятала джип и взяла меня за руку:

— Пошли?

Я кивнул и, стараясь сделать это без движений, «вошел» в коридор.

Мы с Леной «вышли», и она стала извлекать остальных Чипов и Дейлов. Дорога там, у нас, завела на плато и потерялась, просто сойдя на нет, засыпанная камнями. Здесь же мы стояли на подтаявшем льду, на дне глубокой долины. По обе стороны от нас возвышались два хребта, один белеющий снежными шапками, а другой утыканный «жандармами», одиночными скалами, тут и там возвышающимися над кряжем.

Народ потихоньку прочухивался и облачался в «кузнечики», под которые все поддели лыжные комбинезоны и теплые пуховые куртки. Повесив за спины баллоны с кислородом и приладив на лице маски, что создавало некоторые неудобства в закрывании щитка, мы начали по одному стартовать. Первой «пошла» Рита, сделав невысокий прыжок вдоль долины. Прямо перед нами возвышался крутой обрыв, и взять вертикально вверх было проблематично. Приземлившись метрах в восьмистах, она закричала и провалилась, проломив лед. Мы бросились к ней, но в ледяной каше, как в трясине, ничего не было видно. Плохое начало. Я быстро «вошел» в коридор и, поманипулировав с кнопками, «отмотал» пять минут. Вот, бедолага заносит ногу для толчка.

— Рита, стой! — Она недоуменно обернулась. — Лед довольно тонок, а под ним млес.

— Откуда ты зна… — Но тут же осеклась, по-видимому вспомнив кое-что рассказанное девочками. Интересно только, что они ей наплели?

— Так я?..

— Не думай об этом. А первыми пойдем мы с Ленькой.

Маршрут, насколько это было возможно, я сместил, чтобы не попасть под лавину или сход камней. Кулуар тянулся вверх на семьсот метров — и значительную часть этого расстояния новоявленные альпинисты должны преодолеть за один прыжок. Мы стояли на хорошо спрессованном снегу, перемежаемом участками темного и хрупкого льда. Сначала шли ходко, однако вскоре девчонки утомились. Прыгающими альпинистами им пришлось стать только в силу необходимости. Конечно, на равнинной местности работать с «кузнечиком» куда легче, чем применить ту же технику на горных склонах. Каждый прыжок давался всё с большим трудом, а необходимость вглядываться в оттенки льда, чтобы не попасть в трещину, превращала поход из легкой прогулки в смертельно опасное мероприятие. Один раз Лена приземлилась на подвижный лед и, вместо того, чтобы взмыть в воздух, неловко покатилась по склону. Конечно, «кузнечик» не дал ей что-либо сломать, выполняя роль второго скелета, но локти и коленки она ободрала изрядно.

— Мне «вернуться»? — спросил я.

— Не стоит. Да и как угадаешь, куда подстилать соломку? А на объяснения нет времени.

Вскоре солнце поднялось выше над головами, и долина, с оледенелыми обрывистыми склонами, засияла ослепительным светом. Мы опустили светофильтры, вмонтированные в лицевые щитки, однако легче стало ненамного. На высоте более семи тысяч метров солнечная радиация просто невыносима. От сверкания льда в глазах прыгали чертики. И как ни велико желание гордо окинуть взором окрестности, об этом не могло идти и речи.

С вершин не переставая сыпались куски льда. Щитки выдерживали острые обломки, но сам факт нескончаемого ледяного града, размером с кулачок годовалого ребенка, действовал подавляюще и оптимизму не способствовал. Но мы упорно двигались вперед, совершая диагональные прыжки. Небольшие, стараясь не рисковать понапрасну.

Неожиданно порыв ветра ударил в лицо. Мы подняли головы, увидев долгожданную седловину с нависшим снежным карнизом. Всё же «кузнечики» значительно облегчили задачу. Вон она, пещера, указанная на карте. Правда, предстоит еще взорвать люк, но лавина сойдет вниз, не причинив вреда. Конечно, придется сделать небольшой крюк, дабы не потонуть в снегу. Но главное, мы почти у цели.

Вперед выступили краснощекие крепыши во главе с Виктором. Поколдовав в глубине пещеры минут десять, они отогнали нас на максимально возможное расстояние, и что-то бабахнуло. Негромко так, но тут же послышался гул пришедшего в движение снега. Постепенно нарастая, маленький ручеек превращался в мощный поток, окутанный клубами снежной пыли. И вся эта масса стремительно неслась вниз, туда, где час назад мы «вышли» в этот мир.

Свод пещеры частично обвалился, и за дело принялась Лена. Мужская часть команды, раскрыв рты от удивления, наблюдала за исчезновением огромных глыб, «переносимых» хрупкой девушкой.

— Пожалуй, хватит, — остановил новоявленного Сизифа Виктор. — А то, работая такими темпами, ты уменьшишь силу гравитации на этом шарике.

Ленка улыбнулась и, выйдя из пещеры, принялась забавляться, доставая многотонные куски и сбрасывая их с обрыва. Это было настоящее стихийное бедствие, заканчивающееся внизу огромными снежными фонтанами.

— Ты это, Ленок, предупреди, когда обидишься, — в голосе Виктора было восхищение, — чтобы можно было посторониться.

Мы по очереди стали пролезать в люк, бывший лишь калиткой, расположенной где-то сбоку шахты. Свод, пропускающий ракету, терялся во мраке, где-то метрах в двадцати над головой. Ленька с парнями деловито засуетились, отключая одни кабели и споро присоединяя на их место свои. Вот уже замерцали экраны мониторов, а проворные пальцы забегали по клавиатуре. Мне пытались объяснить, каким образом удалось вскрыть чужие директории и что за драйвера для этого пришлось написать, но я глупо моргал глазами, годясь лишь на роль китайского болванчика.

46
{"b":"5270","o":1}