1
2
3
...
45
46
47
...
69

На большом, с метр, стереоэкране появилась объемная картинка. Космос. Не то звездное небо, которое за тысячу лет он привык видеть с поверхности планеты, а настоящий космос «изнутри».

Чернильная чернота усеянного крохотными звездами космического пространства завораживала, а в центре экрана виднелся маленький, размером с мяч, которым молодежь любит играть в поло, зелено-голубой шар планеты. Он начал постепенно разрастаться, увеличиваясь в размерах, пока не занял значительную часть экрана. Сквозь окутывавшую его туманную пелену проступали очертания материков. Сердце Гн-трха часто забилось. Тогда, во время полета, оглушенный самим фактом выхода за пределы атмосферы, он не смог толком рассмотреть свой мир. Зато теперь, благодаря искусству оператора, колыбель Империи лежала перед ним как на ладони. Да-да, он не оговорился, пусть даже и в мыслях. Именно колыбель. И пусть не сейчас, пусть еще через несколько веков, жители этой планеты полетят к звездам. Тысячу лет. Десять веков назад его скутер потерпел аварию в этом далеком уголке, на самом краю галактики. Нет, Империя тоже не была центром Вселенной, и звезды на небе столичной планеты были так же редки, как и здесь. Но, это было так давно.

Дикая и неприветливая, встретившая его столь неласково планета теперь превратилась в прекрасный и благодатный мир, освоенный людьми. Обильные, плодородные земли, приносящие высокие урожаи. Множество видов съедобных рыб, обитающих в морях, реках и озерах. А животный и растительный мир суши поражает своим разнообразием, до сих пор позволяющим аристократии получать удовольствие от охоты. К тому же недра планеты богаты полезными ископаемыми.

Здесь есть все и даже немножко больше, чем все, что нужно для жизни человека.

Да, Гн-трх по праву мог гордиться достижениями своего Клана. Изображенные на экране города и поселки являли собой вполне цивилизованный мир. Прямоугольники полей колосились спелой пшеницей. Зеленели луга, давая корм многочисленным стадам. А стоящие тут и там промышленные предприятия не загрязняли экологию, оставляя в первозданной чистоте реки и озера, и любой житель планеты мог напиться из них, нимало не опасаясь за свое здоровье.

Что ж, как всегда, время, проведенное в своеобразной медитации, прошло не зря. И он определился с выбором. Ведь это так просто — сказать да или нет. И в то же время нет ничего труднее. Он последняя инстанция. Выше только Бог. Но, его с детства воспитывали атеистом. И в голове напротив пункта «Религия» просто стояла пометка — «ознакомлен».

Великий, Высший, Отец — как только не называла Гн-трха молва. И он заслуженно, по праву, носил эти титулы, ибо был единственным и бессменным Императором, задумавшим и создавшим этот мир. За более чем тысячелетнюю историю развития государства, первоначально небольшого, занимавшего лишь один материк, потом раскинувшегося на всю планету и наконец к вышедшего в космос, он ни разу не дал повода назвать себя тираном, злоупотребляющим личной властью. Внешне все выглядело как бы наоборот, и никакой действительно ощутимой власти Гн-трх не имел, являясь номинальным главой Империи. Как не имел ее ни один член Клана. Консультанты, советники, координаторы и арбитры. Все они подчинялись конституционной форме правления, ограничивающей полномочия правящего дома.

На политической сцене Верховный позволял себе показываться лишь четыре раза в год, открывая очередную сессию Национальной ассамблеи, и раз в три года издавал указы о формировании кабинета министров, опираясь в принятии решения на результаты парламентского голосования.

И полностью устранился от участия в так называемой «общественной жизни», предоставив заниматься этим многочисленным потомкам: награждение достойных, почетные венки, вручение премии имени Шнобеля и парады, которые так любили царедворцы. Он чувствовал себя слишком старым для всей этой суеты, хотя внешне выглядел сорокалетним.

Тем не менее его Клан всегда мог оказывать и оказывал значительное влияние на политические процессы в государстве. И горе недовольным. Ибо разве может простой гражданин, чья жизнь подобна порханию бабочки-однодневки, судить об устройстве государства в целом? Удел бабочки — радоваться солнечному дню, порхая с цветка на цветок и наслаждаясь сладким нектаром. Об остальном же позаботятся те, кто для этого предназначен.

Гн-трх произнес кодовое слово, и экран погас. Пройдясь несколько раз из угла в угол, он так же, просто отдав голосовую команду, приказал соединить его с чиновником, терпеливо ожидавшим его решения. Едва тот вошел, Верховный жестом остановил церемониальный поклон:

— Садитесь.

Придворный присел и приготовился выслушать волю Равного Богам. Что бы ни приказал сейчас Император — все будет правильно. Гн-трх же, глядя на придворного и покусывая губы, наконец озвучил свое решение:

— Я бы посоветовал закрыть проект. Разработчиков наградить и направить их без сомнения плодотворные усилия в любое другое русло. Пусть выбирают сами. И позаботьтесь о должном финансировании. Такие головы не должны работать вхолостую.

После чего кивком дал понять, что аудиенция закончена.

Царедворец с молчаливым поклоном удалился. А Гн-трх, усевшись в кресло, стал вспоминать, с чего все началось.

Лет пятьдесят назад ему доложили о новой разработке. Как ни странно, но, выслушав докладчика, он ничего не обнаружил в своей памяти. Хотя его создатели накачивали солдат всей информацией, которую считали нужной. Значит, либо в данном случае не обладали ею, либо же не пожелали даже вскользь упомянуть. В любом случае то, что изобрели ученые, несет в себе гораздо больше вреда, чем пользы.

— Речь шла об обнаружении «ворот». Исследователи искали ответ совсем на другой вопрос. И по чистой случайности наткнулись на «прокол пространства». На то, куда он ведет и по какой причине возникает, ответа пока получено не было. Но, открывались «ворота» несомненно в мир, пригодный для жизни. Что интересно, один из ученых, почти сразу же сунувшийся в «дыру», мгновенно погиб. Следующего испытателя, облаченного в скафандр, ждала та же участь. Но, по ту сторону светящегося кольца явно была какая-то неизвестная планета. Третьим был член Клана. Выйдя и сделав несколько фотографий, он смог вполне благополучно вернуться. Ответ на вопрос: где же он побывал? — так и не был получен. Ни исследования фотографий звездного неба, ни анализы проб почвы, воздуха и воды так ничего и не дали. Иногда окно открывалось над океаном. Иногда и вовсе под водой или в толще земли. От катастрофы спасало то, что «прокол» проходил в два этапа. Визуальный, когда возникало изображение, и реальный, позволяющий проникать через него физическим телам. Но, до получения правдоподобного научного объяснения феномену о серьезных исследованиях речи пока не шло. Опыты ставились один за другим. Уже человек пять добровольцев, набранных из детей-полукровок с дефектным геномом, выступили в роли подопытных кроликов. Результат был по-прежнему нулевой. Ни о какой систематизации не могло быть и речи. Ушедшие попросту пропадали, навсегда исчезнув, стоило только померкнуть световому кольцу. И даже мгновенное повторное включение не давало результата, ибо «игла», прокалывающая пространство, тыкалась наугад.

Проект не то чтобы закрыли, но махнули на него рукой. Ждали более насущные дела. Исследования вяло продолжались, по-прежнему не давая ощутимых результатов. Пока с полгода назад не была выдвинута одна интересная теория.

— Понимаете, Великий, сутью моих размышлений является предположение, что, отправляя что-нибудь сколь угодно далеко, мы выигрываем в расстоянии. — Ученый был настолько увлечен догадкой, что не робел, подобно многим, оставшись один на один с Верховным.

Гн-трх благосклонно кивнул, с интересом слушая человека, явно преданного своему делу.

— Но, преодолев в мгновение ока большой отрезок пространства, мы столько же потеряли во времени. Ведь закон сохранения ни отменить, ни обойти невозможно.

Теоретические расчеты показали, что длина луча примерно пятьсот световых лет.

46
{"b":"5271","o":1}