ЛитМир - Электронная Библиотека

– Да, однажды меня убил вепрь, – пыталась объяснить Кили. – Это было в другой жизни. Вот почему… – Внезапно она осеклась, поняв, что выдала себя с головой.

– В другой жизни? – изумленно переспросил Ричард.

– Да, я прожила уже много жизней, – сказала Кили и, загадочно улыбнувшись, коснулась руки графа. – И думаю, что вы тоже уже жили прежде.

Первым желанием Ричарда было отдернуть свою руку и сказать Кили, что она сумасшедшая. Но он подавил его. Куда труднее было не рассмеяться ей в лицо.

В конце концов Ричард решил воспользоваться тем, что услышал, в собственных целях и извлечь из этого выгоду. Обольстительно улыбнувшись и положив свою ладонь на ее руку, он сказал с придыханием:

– У меня действительно такое чувство, что я вас очень давно знаю.

Кили потупила взор и покраснела так, что роза в букете показалась ее бледным отражением.

– Можно, я уберу свою руку? – спросила Кили шепотом, совсем растерявшись.

– Конечно, – ответил Ричард, который едва сдерживал улыбку, наблюдая за Кили.

Застенчивость девушки свидетельствовала о ее целомудрии и очень импонировала графу. Кили не походила ни на одну знакомую Ричарду женщину. «Я разгадаю эту загадку, – решил он, – и все разузнаю о ней».

Закончив трапезу, Ричард встал и подвел Кили к одному из кресел, стоявших у камина. Усадив гостью, он опустился в кресло рядом с ней и, удобно расположившись, вытянул к огню свои длинные ноги.

– Вам понравились «Жития святых»? – спросил он, лукаво поглядывая на Кили.

– Честно говоря, их жизнь показалась мне слишком отвратительной, чтобы читать о ней, – ответила Кили.

Ей не хотелось, чтобы граф расспрашивал ее о содержании книги, которую она не смогла прочитать.

– Неужели? – спросил Ричард, удивленно приподняв бровь.

– Рассказы о мучениях не находят отклика в моей душе, – продолжала Кили. – Страдания святых кажутся мне бессмысленными и вызывают отвращение.

Ричард кивнул и, сделав вид, что глубоко задумался, отвел глаза в сторону и стал смотреть в огонь, полыхавший в камине. Но боковым зрением он наблюдал за Кили. Вскоре граф заметил, что его гостья украдкой переставляет обутые в туфельки ножки так, как будто никак не может удобно устроиться в кресле.

– Что у вас с ногами? – наконец спросил он.

– Я не надела чулки, и они у меня страшно болят.

– О Господи! – воскликнул Ричард и, вскочив со своего места, повернулся к ней.

Кили испуганно вжалась в кресло. Опустившись перед ней на колени, Ричард снял с ее ног туфельки и начал растирать ступни.

– Вам следовало надеть чулки, – с упреком сказал он.

– Я… я не могла найти их, они куда-то запропастились, – тихим голосом промолвила Кили. – А мне надо было спешить… И потом, я не предполагала, что так долго пробуду у вас.

– Не бойтесь, я не откушу ваши пальчики, – шутливо сказал он, видя, что она робеет.

– Меньше всего я боюсь того, что вы откусите мои пальцы, – с горечью заметила Кили.

Ричард сразу же посерьезнел.

– В таком случае скажите мне, чего вы боитесь?

Наступило время признаний, и Кили не могла больше медлить.

– Это Одо и Хью ограбили вас в Шропшире! – выпалила она.

– Я знаю, – сказал Ричард, восхищаясь честностью Кили. Но от охватившего ее волнения и страха за жизнь кузенов Кили не слышала его слов и не видела восхищенного выражения его лица. Она очертя голову бросилась на защиту Одо и Хью.

– Ограбление было чистой случайностью. Просто вы оказались на их пути и начали сопротивляться. Если бы вы были немного дружелюбней, то не пострадали бы… Одо и Хью очень беспокоились за вашу жизнь. Они оставили вам сердолик, чтобы этот камень оберегал вас. И с вами действительно не произошло ничего страшного… Что вы на это скажете?

Если бы грабеж на большой дороге не был серьезным преступлением, Ричард просто посмеялся бы сейчас.

– Я знаю, что меня ограбили именно Одо и Хью, – повторил он.

– Как?! – вскричала Кили.

– Ваши кузены – настоящие болваны, к тому же очень неопытные, – продолжал Ричард. – Во-первых, они не надели масок, совершая нападение на меня. А во-вторых, продали отобранную у меня лошадь моему же слуге.

Кили бросила на графа недоверчивый взгляд.

– Но почему в таком случае вы не арестовали их?

– А вы этого хотите?

– Нет!

– Я собирался отправить их на виселицу, – признался Ричард, – но в таверне вместе с ними я вдруг увидел вас.

– Не понимаю…

Ричард придвинулся к ней, так что его лицо оказалось в нескольких дюймах от ее.

– Я никогда не смог бы причинить вам вреда, – прошептал он.

Он нежно обнял Кили, и, завороженная его жарким взглядом, она вдруг увидела, что в глубине его изумрудно-зеленых глаз горит огонь неистового желания. Возбуждение графа передалось Кили. Ричард медленно припал к ее губам.

Когда Кили разомлела в его объятиях, Ричард стал настойчивее. У Кили перехватило дыхание. Его язык раздвинул ее губы и, проникнув внутрь, стал исследовать ее рот. И тут вдруг Ричард прервал поцелуй.

Отодвинувшись от Кили, он пристально взглянул в ее затуманенные глаза и провел большим пальцем по ее шелковистой щеке и губам.

– Пора возвращаться домой, дорогая. Ваша красота способна совратить даже святого. Не беспокойтесь, я никому не выдам тайну ваших кузенов, – пообещал он.

Лицо Кили залилось румянцем. Как она сможет смотреть в глаза графу теперь, после того как позволила ему поцеловать себя? Ричард, казалось, не придавал большого значения тому, что произошло. А для Кили это было огромное событие – первый поцелуй в ее жизни.

Потянувшись за ее туфельками, Ричард хотел помочь Кили обуться, но та быстро взяла их в руки.

– Я не стану надевать обувь, – заявила она. Ричард удивленно посмотрел на нее.

– Вы собираетесь идти домой босиком?

– Мне нравится ощущать подошвами ног тело матери Земли, – сказала Кили, поднимаясь из кресла.

– Я провожу вас домой, – заявил он.

– В этом нет необходимости, – возразила она, – я и так отняла у вас слишком много времени, милорд.

– Я не считаю потерянным время, проведенное с вами, – заметил Ричард. – Ваш визит скрасил мой день.

Кили улыбнулась, несмотря на смущение.

– Я высоко ценю то, что вы с пониманием отнеслись к моим опасениям, – сказала она и направилась к двери, шлепая босыми ногами по полу.

– Кили! – вдруг окликнул ее граф, прежде чем она успела выйти из кабинета.

Она сразу же остановилась и обернулась к нему.

– Да?

Ричард стремительно подошел к ней.

– Спасибо.

Кили с изумлением посмотрела на него.

– За что, милорд?

Ричард приподнял ее лицо за подбородок и всмотрелся в самые пленительные глаза на свете.

– За то, что вы подарили мне свой первый поцелуй.

– Как вы узнали об этом? – огорченно спросила она.

И тут же поняла, что графу нетрудно было обо всем догадаться. Она не умела целоваться, была скованна и неопытна. Впрочем, от добродетельной девушки и не следовало ожидать, что она владеет искусством поцелуя.

– Вы необыкновенно милы, – сказал Ричард на прощание, стараясь ободрить Кили.

Когда она выскочила за дверь, Ричард, вместо того чтобы пройти к письменному столу, поспешил к окну и стал наблюдать, как Кили бежит через лужайку к дому Толбота.

Граф признался себе, что Кили Глендовер очаровала его. Она была редкой женщиной, обладавшей мужеством и честностью, и достойной того, чтобы стать графиней Деверо. Несмотря на то что Кили внебрачный ребенок, она обладает благородными качествами, которые Ричард хотел видеть в своей жене. Он подумал о том, что с удовольствием породнился бы с Толботом. Все, казалось бы, складывалось наилучшим образом, и, напевая веселый мотивчик, Ричард пошел к письменному столу.

Чем скорее он закончит работу и представит доклад королеве, тем скорее сможет вернуться и предложить Кили руку и сердце. То, что она может отказаться выйти за него замуж, Ричарду даже в голову не приходило.

22
{"b":"528","o":1}