ЛитМир - Электронная Библиотека

Три священных дерева возвышались над молочной пеленой тумана. Кили улыбнулась, приветствуя белоствольную березу, вечнозеленый тис и величественный дуб, обладающей могучей магической силой.

Надев капюшон, Кили вошла в святилище, созданное самой природой. Закрыв глаза, она сосредоточилась на своем дыхании.

– Я вижу предков, – чуть слышно прошептала Кили, – они наблюдают и ждут. Звезды вещают через камни, свет струится сквозь густую крону дубов. – Ее голос окреп, теперь она говорила громче. – Небо и Земля – одно царство.

Кили помолчала, собираясь с силами, а затем раскинула руки и промолвила:

– Духи пути моего, дайте мне услышать, что возвещают деревья. Духи предков моих, дайте услышать мне, что шепчет ветер. Дух племени моего, дай понять предсказания облаков. Мирддин, величайший из друидов, открой мое сердце, чтобы я смогла заглянуть за горизонт.

Прошло несколько томительных мгновений, и вдруг чьи-то сильные руки железной хваткой вцепились в Кили. Капюшон упал с ее головы, и по спине рассыпались иссиня-черные волосы. Кили открыла глаза и увидела перед собой сердитое лицо графа.

– Черт возьми, что вы здесь делаете?! – вскричал Ричард, сильно тряхнув Кили за плечи.

– Нельзя нарушать священный круг! – в ужасе воскликнула Кили. – Вы уничтожили мой…

Она осеклась, видя, что Ричард потрясен ее словами. Придя в себя, он подхватил ее на руки и понес через лужайку.

– Я сама могу идти, – тихо промолвила Кили.

– Замолчите! – приказал он.

Миновав сонных слуг, Ричард внес ее в свой кабинет, захлопнул дверь ногой и посадил Кили на стул.

– Зачем вы шпионили за мной? – спросила Кили, стараясь говорить сурово.

– Запомните, миледи, вопросы здесь задаю я, – заявил Ричард, не сводя с нее сердитого взгляда. – Вы без разрешения вторглись в пределы моих владений.

– Но ведь я всего лишь… – пролепетала Кили, пытаясь встать, чтобы убежать из дома Бэзилдона.

– Сидите! – прикрикнул на нее Ричард и силой усадил на место.

Видя, что он настроен очень решительно, Кили безропотно подчинилась. Ричард некоторое время хмуро смотрел на нее, а потом спросил:

– Говорите прямо, вы ведьма?

– Надеюсь, вы не разделяете нелепых суеверий, свойственных толпе? – поинтересовалась Кили.

– Сейчас речь не о том, какие верования я разделяю, – заявил Ричард. – Я хочу знать, во что верите вы. Вы занимались колдовством на территории моих владений?

Взглянув Ричарду прямо в глаза, Кили честно ответила:

– Нет. Я никогда не занималась колдовством.

Ричард прищурил изумрудно-зеленые глаза.

– Во что вы верите? – спросил он ее.

– Неужели в Англии начала свою деятельность инквизиция? – возмутилась Кили.

– Отвечайте на вопрос! – потребовал Ричард.

– Я… я крещена, – сказала Кили, все еще страшась открыть Ричарду правду.

«Да, она хитра, – подумал граф, – но я хитрее».

– Вы не ответили на вопрос, моя дорогая. Кто вы по своему вероисповеданию?

Понимая, что больше не может увиливать, Кили вскинула голову и посмотрела прямо в изумрудно-зеленые глаза графа.

– Я наследница друидов, – заявила она твердым голосом. Это признание повергло графа в ужас.

– Христос всемилостивый! – воскликнул он. – Я обручен с язычницей!

– Я владею тайными знаниями, – с гордостью заявила Кили.

Ричард закрыл глаза и покачал головой, видя, насколько глупа и наивна его невеста.

– Знания при отсутствии здравого смысла – опасная вещь, – презрительно сказал он, открывая глаза.

Кили собралась было возмутиться, но Ричард остановил ее.

– Молчите и слушайте, что я скажу.

И он, прохаживаясь перед ней, словно генерал перед своим войском, принялся разглагольствовать:

– Вы самая глупая женщина из когда-либо встречавшихся мне. Отсутствие здравого смысла может погубить вас. Вы знаете, сколько людей верят в козни ведьм? Тысячи! Даже королева считает, что сверхъестественный мир существует. Неужели вы не понимаете, что вас могут сжечь, как колдунью? Охваченные страхом люди сначала действуют, а потом уже рассуждают.

На губах Кили заиграла безмятежная улыбка.

– Смерти не существует, милорд. Никто из нас на самом деле не умирает. Наши души просто отправляются в великое путешествие.

«Какую чушь она городит! – изумился Ричард. – Нет, я разговариваю с глухой, она не хочет меня понять». Ричард решил изменить тактику.

Подойдя к письменному столу, он налил себе виски и залпом осушил бокал. Теперь он понимал, почему его зять постоянно прикладывался к этому напитку. Только виски может помочь мужчине укрепить свой дух и вынести общение с такими нелогичными созданиями, как женщины.

Повернувшись, граф снова подошел к сидевшей на стуле Кили, которая, казалось, боялась пошевелиться. Встав перед ней на одно колено, он взял ее за руки.

– Дорогая моя, я опасаюсь за вашу жизнь. Вы можете верить, во что хотите, но не щеголяйте своей экстравагантностью перед другими. Люди жестоки, они не простят вам того, что вы не похожи на них.

Кили изумленно вслушивалась в слова Ричарда.

– Так, значит, вы не против, чтобы я исповедовала веру предков?

Ричард заставил себя кивнуть.

– Нетерпимые люди очень опасны. Вы должны скрывать свои верования, – заметил он.

– Да, вы правы, – согласилась с ним Кили.

Они с Меган старались не оскорблять чувств окружающих, имевших другие религиозные представления. Покладистость Кили немного успокоила Ричарда.

– Что вы так рано делали в саду? – спросила она.

– Я хотел посмотреть, как восходит солнце, потому что знал, что сейчас вы тоже не спите и любуетесь утренней зарей, – признался он, и Кили улыбнулась. – Я и подумать не мог, что вы в этот ранний час носитесь по моему саду и произносите колдовские заклинания. Я отведу вас домой, – предложил Ричард, протягивая ей руку.

Почувствовав облегчение от того, что ей больше не надо ничего скрывать от графа, Кили оперлась о его руку, и они, выйдя из дома, направились по тропинке в сторону владений Толбота.

– Сегодня утром я хочу взять вас на прогулку по Лондону, – объявил ей Ричард, когда они уже вступили во двор герцога. – Я зайду за вами в десять.

– Но мне кажется… – начала Кили.

– Вы предпочитаете провести день в обществе Морганы? – спросил он, изогнув бровь.

– Я буду готова в десять, – поспешно сказала Кили, вбегая в дом.

Ричард повернулся, чтобы отправиться к себе, но тут увидел герцога, шагавшего к дому со стороны конюшен. И хотя его рубашка и брюки были перепачканы кровью и грязью, он улыбался с довольным видом.

– Моя любимая кобыла ожеребилась, – сообщил герцог и, взглянув на входную дверь, за которой только что исчезла его дочь, заметил: – Рановато для свиданий. Кили встает ни свет ни заря.

– Я застал мою дорогую невесту в своем саду, – произнес Ричард, внимательно наблюдая за тем, какое впечатление произведут на герцога его слова. – Она плясала вокруг деревьев и бормотала заклинания.

На мгновение герцог, казалось, потерял дар речи, но тут же взял себя в руки.

– Это сомнамбулизм, – солгал он, отводя глаза в сторону. – Она ходит во сне.

– Так уж и во сне! – недоверчиво воскликнул Ричард и усмехнулся, неодобрительно качая головой. – Вы обо всем знаете, не так ли?

Герцог кивнул.

– Почему вы позволяете Кили так себя вести? Ведь она подвергает свою жизнь смертельной опасности. Запретите ей…

– Я не принимал участия в ее воспитании, – перебил его герцог. – Она унаследовала от матери ее верования, странные, но совершенно безобидные. Нам не дано изменять прошлое, Деверо. Мы можем только смотреть в будущее.

– Теперь вы ее опекун, – напомнил ему Ричард.

– Как вы думаете, папа римский может отказаться от католической церкви? Я считаю, что нет. Вот и Кили никогда не откажется от представлений, впитанных с молоком матери. Моя дочь предпочтет умереть, но не изменит вере своих предков. Вы знаете, валлийцам всегда была чужда целесообразность. У них вошло в обычай умирать за то, во что они верят всем сердцем.

38
{"b":"528","o":1}