ЛитМир - Электронная Библиотека

– Да, когда-нибудь.

– Надеюсь, это произойдет скоро.

– Поскольку ты ни во что не веришь, – промолвила Кили, вручая ему второй подарок, – я решила, что тебе может понадобиться одна вещь, необходимая для спасения.

Развернув сверток, Ричард с недоумением смотрел на его содержимое, а затем, догадавшись, что это такое, громко засмеялся. Перед ним лежал изготовленный заботливыми руками его жены белый ритуальный балахон с вышитыми золотыми нитями инициалами «Р. Д.».

– Ты будешь носить его? – спросила она.

– Пожалуй, когда-нибудь ночью я надену его, – пообещал он с усмешкой.

– Надеюсь, это произойдет скоро.

Ричард уложил Кили на кровать и, поглаживая по спине, промолвил:

– Ты, должно быть, страшно устала, любовь моя.

Кили покачала головой и прижалась щекой к его груди.

– Ты был совершенно прав, когда советовал мне простить отца, – сказала она. – У меня такое чувство, как будто огромная тяжесть упала с моей души.

– Он, наверное, испытывает сейчас такое же чувство, любовь моя.

«Он называет меня «любовь моя», – подумала Кили. – Неужели граф питает ко мне нежные чувства? Или просто у англичан принято такое обращение к жене?»

– О чем ты думаешь? – спросил Ричард, заметив выражение грусти на ее лице.

– Скажи, ты действительно остановился бы, если бы я попросила тебя сделать это?

Рука Ричарда, которой он поглаживал Кили по спине, на мгновение замерла.

– Да, дорогая моя, – солгал он, внимательно посмотрев ей в глаза. – Малейшее твое желание для меня закон.

Изогнув черную как смоль бровь, Кили одарила мужа обольстительной улыбкой.

– Что, если я сейчас попрошу тебя начать все сначала? – спросила она.

На лице Ричарда появилась ленивая улыбка. Нежно перевернув жену на спину, он приник к ее груди чувственными губами.

Через час, насытившись ласками, они уснули. Ричард проснулся в то волшебное время суток перед рассветом, когда мир, кажется, еще спит. Не открывая глаз, он потянулся туда, где лежала его молодая жена. Но не нашел ее. «Куда, черт возьми, она запропастилась?» – подумал Ричард и приподнял веки. Кили не было рядом. Перевернувшись на другой бок, Ричард наконец увидел ее.

Обнаженная, с рассыпанными по спине иссиня-черными волосами, Кили стояла у окна и любовалась рассветом, прижав ладонь к стеклу. Ее губы беззвучно шевелились, как будто она читала заклинания.

Улыбка тронула губы Ричарда. Его жена приветствовала восход солнца. Она говорила, что каждое утро делает это.

Ричард встал и, шлепая босыми ногами по полу, подошел к Кили. Подняв волну ее волос, он поцеловал жену в затылок и шею.

Без тени смущения или стыда Кили прислонилась спиной к его крепкой мускулистой груди. Ричард обхватил ее сильными руками и, положив ладони на волшебные полушария, стал большими пальцами ласкать соски.

Вскоре дыхание Кили стало прерывистым.

– Что ты там рассматриваешь? – спросил Ричард.

– Я смотрю за горизонт, – ответила Кили тихим мечтательным голосом.

– И что же ты увидела там, за горизонтом, любовь моя?

Повернувшись лицом к мужу, Кили обвила руками его шею.

– Я вижу, как наша дочь Блайд начала свое долгое путешествие к нам, – поцеловав Ричарда в губы, сказала Кили.

Ричард улыбнулся, удивившись тому, что услышал. Слова Кили казались ему совершенно бессмысленными, но он знал по своему опыту, что ее объяснения и уточнения еще больше собьют его с толку. Поэтому Ричард кивнул, не задавая лишних вопросов.

– Чем бы ты хотела заняться в первый день своей замужней жизни? – спросил он.

– Наш брак должен начаться достойным образом, – серьезным тоном сказала Кили. – Нам необходимо вернуться в твой дом. Да, и еще нам понадобится большая баржа для Мерлин.

– Зачем? – не удержавшись, спросил Ричард.

– Я должна провести ее по твоему дому. Это древний валлийский обычай, – объяснила Кили. – Если новобрачная проведет свою лошадь по дому мужа, браку будет сопутствовать удача.

– Ты хочешь провести Мерлин по дому Деверо? – ошеломленно спросил он.

Кили кивнула.

– А если она испачкает пол?

– Мерлин – хорошо воспитанная кобыла и никогда не позволит себе подобной низости, – заверила его Кили. – Кроме того, этот обряд очень важен для благополучия нашей семейной жизни.

Ричард был категорически против того, чтобы впускать проклятую лошадь в свой дом, но он не собирался весь день спорить на эту тему с молодой женой.

– Сегодня во второй половине дня состоится свадьба твоего отца и графини Чеширской, – напомнил он Кили. – У нас нет времени, чтобы съездить в дом Деверо. Надеюсь, этот почтенный обряд можно совершить несколько позже?

– Наверное, – ответила Кили голосом, в котором звучало сомнение, и нахмурилась.

Выпустив ее из объятий, Ричард протянул ей руку.

– Давай вернемся в постель.

Взгляд Кили скользнул по телу мужа и остановился на его отдыхавшем достоинстве. Дотронувшись до него, Кили заметила:

– На его кончике мушка… ой!

От легкого прикосновения ее пальцев жезл напрягся и стал твердеть.

– Неужели он живет собственной жизнью? – удивилась Кили.

– Нет, этот парень ничего не делает без моего ведома и одобрения, – ответил Ричард. – А то, что ты видишь на его кончике, – это веснушки, дорогая моя. Мушки бывают у леди, а у джентльменов – просто симпатичные веснушки.

Подхватив Кили на руки, Ричард понес ее через комнату к кровати. Бесцеремонно бросив жену на постель, он со сладострастным стоном упал сверху.

Кили и Ричард провели в постели все утро и часть дня, нежась в солнечных лучах своей страсти и вдыхая ласковый ветерок наслаждений.

Глава 13

– Ты готова? – спросил Ричард, входя в спальню. – Мы опаздываем.

Услышав его голос, Кили, стоявшая у окна спиной к комнате, повернулась и застыла, видя, с каким восхищением смотрит на нее Ричард.

Граф, на губах которого играла довольная улыбка, окинул жену с головы до ног оценивающим взглядом. Видя, каким восторгом сияют его глаза, Кили, одетая в платье из фиолетового бархата, которое очень шло ей, чувствовала себя настоящей принцессой. Ее наряд дополняли кулон в форме головы дракона на золотой цепочке, брошка с нигеллами из драгоценных камней и кольца, которые подарил ей граф.

– Ну как я выгляжу? – спросила Кили и закружилась перед мужем.

Ричард подошел к жене и галантно склонился над ее рукой.

– Думаю, что красивее тебя нет женщины во всем христианском мире, – сказал он.

Когда они вышли из комнаты, Кили, бросив взгляд на мужа, спросила:

– Почему ты всегда носишь черное? Ведь это цвет скорби.

– Никогда никому не говори о том, что я тебе сейчас скажу, – промолвил Ричард таким тоном, как будто хотел доверить Кили какую-то тайну. – Черный – единственный цвет, который идет и к моим зеленым глазам, и к моим рыжим волосам.

Кили улыбнулась, услышав это признание Деверо.

Она и представить себе не могла, что ее высокомерный муж способен сомневаться в выборе цвета своего наряда, размышлять над соответствием тонов.

– Скажи, а Луиза и дядя Хэл останутся на свадьбу моего отца? – спросила Кили.

– Нет, сегодня утром они уже уехали, – ответил Ричард. – Моя мать неуютно чувствует себя при дворе.

«Я тоже», – подумала Кили.

– А Генри?

Ричард отрицательно покачал головой.

– Твой отец велел ему сегодня утром вернуться в дом Толбота вместе с дядей Хэлом и моей матерью.

– Мне кажется, что Моргана, которая не одобряет женитьбу отца, тоже не придет на свадьбу.

– Думаю, ты права.

Ричард провел Кили по запутанному лабиринту плохо освещенных коридоров в Большую галерею. За галереей располагалась королевская часовня, где должны были венчаться отец Кили и графиня Чеширская.

Войдя в безлюдную галерею, Кили как будто почувствовала дуновение ветерка.

– Здесь сквозняк, – заметила она.

Ричард посмотрел на стоявшие вдоль стен длинные свечи, но все они горели ровно, ни одно пламя не мерцало.

53
{"b":"528","o":1}