ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я вижу предков. Они наблюдают и ждут. Звезды вещают через камни, свет струится сквозь густую крону могучих дубов. Небо и Земля – одно царство!

Взяв с пола свечу, Кили подняла ее, стоя лицом к востоку.

– Приветствую тебя, великая богиня-мать, несущая свет из темноты и возрождающая от смерти, – начала молиться она. – Прошу тебя о милости: спаси и сохрани мое нерожденное дитя. И избавь моего мужа, хотя он и еретик, от невидимой опасности, которая, я чувствую, подстерегает его.

Задув свечу, Кили поднялась на ноги и, подойдя к западной части окружности, взяла с пола один агат, размыкая магический круг. Бросив взгляд на кровать, она оцепенела.

Ричард лежал на боку и наблюдал за ней.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он сонным голосом.

– Прекрасно.

– Мне кажется очень странным то, что приступы тошноты бывают у тебя только в воскресенье утром, когда мы начинаем собираться на богослужение в часовню, – промолвил Ричард с улыбкой.

Кили проигнорировала его проницательное наблюдение. Собрав магические камни, она убрала их в кожаный мешочек, а затем, сняв ритуальное одеяние, подошла к кровати. Ричард откинул одеяло, приглашая жену сесть рядом, и Кили скользнула к нему в постель. Он обнял ее, и она положила голову ему на грудь.

– Ты совершала языческий ритуал, дорогая моя, – сказал Ричард, поглаживая большим пальцем шелковистую щеку Кили. – Спасибо за то, что помянула меня в своих молитвах.

– Всегда к твоим услугам, – ответила Кили, а потом грустно добавила: – Вообще-то совершать ритуалы в помещении, а не под открытым небом не в моем духе.

Ричард усмехнулся и зевнул.

– Еще очень рано, – промолвил он. – Давай немного поспим.

Закрыв глаза, Кили прижалась всем телом к мужу. В его объятиях ей было уютно и спокойно. В комнате некоторое время царила полная тишина.

– Ричард!

– Да, дорогая?

– Когда ты собираешься воспользоваться ритуальным одеянием, которое я для тебя сшила?

– Скорее всего тогда, когда ты дочитаешь «Жития святых».

– Но я еще даже не начала читать эту книгу.

– Я знаю…

Когда на дворе стояла ненастная погода, придворные коротали время за картами, гаданием или теннисом. Перед обедом Ричард вышел из спальни, чтобы разыскать герцога Ладлоу, который пригласил его сыграть по-крупному в одну из азартных игр.

Кили не хотела в этот день предаваться обычным развлечениям. Она сидела в своей комнате у камина и шила одежду для новорожденного. Время от времени Кили откидывалась на спинку кресла и, следя взглядом за завораживающей игрой пламени, пыталась представить, какой будет их с Ричардом дочь. Рыжеволосой и зеленоглазой, как отец, или черноволосой красавицей с фиалковыми глазами, унаследованными от матери? А может быть, рыжеволосой с фиалковыми глазами? Или черноволосой с зелеными?

Внезапно раздался стук в дверь, а потом послышался голос Одо, выведший Кили из задумчивости.

– Ты здесь, малышка?

– Входи, кузен! – позвала Кили.

Дверь распахнулась, и в комнату ввалились Одо, Хью, Мэй и Джун. Все четверо, широко улыбаясь, остановились возле порога.

– Сегодня сочельник, – напомнил Одо.

– И мы принесли тебе подарок, – похвастался Хью. Однако руки пришедших были пусты. Заметив это, Кили бросила на кузенов недоуменный взгляд.

– Закрой глаза, – велел ей Одо.

– И я схожу за подарком, – добавил Хью. Одо тут же стукнул брата.

– Я старше, поэтому подарок доставлю я.

– Не смей бить его! – набросилась Мэй на Одо.

– Говори уважительно с Одо! – потребовала Джун, обращаясь к сестре.

– Не лезь не в свое дело! – огрызнулась Мэй и ущипнула Джун.

– Оставь ее в покое! – прорычал Одо.

– Не смей повышать голос на Мэй! – вступил в перепалку Хью. – Она не твоя служанка.

В этот момент «подарок», предназначавшийся для Кили, которому, по-видимому, наскучило ждать в коридоре, вошел в комнату. Широко улыбаясь, он распахнул свои объятия.

– Рис! – воскликнула Кили и, вскочив, бросилась на шею брату.

Рис крепко обнял сестру и позволил ей немного поплакать на своей груди.

– А почему ты сейчас не в лесу или парке? Почему не ищешь священную омелу? – поддразнивая сестру, спросил Рис.

– Потому что это до смерти напугало бы проклятых англичан, – ответила Кили и засмеялась сквозь слезы.

– Ну и хорошо, это был бы прекрасный способ избавиться от паразитов, – заметил Рис и, смахнув слезинки со щек Кили, продолжал: – Ах, сестренка, самый прекрасный полевой цветок выглядит блеклым по сравнению с твоей красотой.

– И ты один из самых красивых мужчин, которых я когда-либо встречала в жизни, – промолвила Кили. – Я страшно скучала без тебя.

У Риса Ллойда, высокого, хорошо сложенного молодого человека, были иссиня-черные волосы и серые лучистые глаза.

– Один из самых красивых? – спросил он, прищурившись. – Но раньше ты всегда говорила, что я самый красивый мужчина на свете. Неужели теперь ты отдаешь предпочтение своему мужу?

Не обратив внимания на его вопрос, Кили взяла Риса за руку и подвела к камину.

– Проходи, брат, обогрейся у огня.

– Пошли отсюда, – сказала Мэй, обращаясь к своим спутникам. – Давайте оставим их вдвоем.

На этот раз никто не стал с ней спорить.

– Это самый великолепный подарок, который я когда-либо получала, кузены! – воскликнула Кили. – Я вас очень люблю!

Одо и Хью вспыхнули от смущения и молча вышли из комнаты вслед за сестрами-близнецами.

Рис присел на стул у камина. А Кили, придвинув поближе табурет, опустилась на него и взяла руку брата в свои.

– Как ты нашел меня? – спросила она.

– Слуги Ладлоу сообщили мне, где ты сейчас живешь, – ответил Рис. – Мэдок умер, Кили, мы похоронили его.

– Умер? – Кили была потрясена этим сообщением. – Как это произошло?

Рис покраснел, что было ему несвойственно.

– Он умер от наслаждения. Надеюсь, ты понимаешь, что я хочу сказать?

Кили покачала головой.

– Его сгубили сладострастные ласки девицы, – объяснил Рис.

– О! – воскликнула Кили, припомнив пророчество матери: «То, чего Мэдок жаждет больше всего на свете, в конце концов погубит его».

– Теперь ты можешь вернуться в Уэльс, если хочешь, – сказал Рис.

– Твое известие опоздало на шесть недель! – воскликнула Кили со слезами на глазах и показала то, что шила до его прихода. – У меня будет ребенок, Рис.

– Значит, я скоро стану дядей? – улыбнулся Рис и обнял сестру за плечи. – Я приехал бы за тобой раньше, но Мэдок скрывал от меня, где ты находишься. Он отказывался сообщать, куда ты уехала. А когда я получил твое письмо, Мэдок внезапно умер.

Кили кивнула, внимательно слушая брата.

– Если у тебя плохие отношения с мужем, оставь его, – продолжал Рис. – В моем доме в Уэльсе для тебя и малыша всегда найдется место.

– Спасибо, Рис, но я люблю Ричарда и хочу, чтобы он тоже полюбил мня.

– Любовь может проявляться в разных формах, дорогая, – промолвил Рис. – Возможно…

– А какую форму предлагаете ей вы? – раздался с порога сердитый голос.

Обернувшись, Кили увидела Ричарда и своего отца. У графа был недовольный вид. Кили не понимала, почему он так враждебно настроен. Может быть, она сделала что-то неправильно?

Поднявшись, Рис повернулся лицом к вошедшим. В отличие от неопытной сестры он сразу же понял, что графа терзает ревность. Чувства, обуревавшие англичанина, были написаны на его лице. Ричард, несомненно, любил Кили, и одного этого было достаточно, чтобы Рис проникся к нему искренней симпатией.

– Я жду ответа, – резко напомнил Ричард, обращаясь к незнакомцу.

– Братскую любовь, – ответил Рис.

– Это Рис, – объяснила Кили, вставая с табуретки. Она была готова ринуться на защиту брата от своего грозного супруга. – Он только что прибыл из Уэльса.

Ричард сразу же успокоился. Его взор прояснился, и на лице заиграла приветливая улыбка. Подойдя к своему шурину, он протянул ему руку.

61
{"b":"528","o":1}