ЛитМир - Электронная Библиотека

Ей хотелось, чтобы в минуту расставания Ричард запомнил ее веселой и счастливой.

– Если ты начнешь меня одевать, мы не выйдем из этой комнаты пять лет, – пошутила она, безмятежно улыбаясь мужу.

Ричард засмеялся, радуясь, что хорошее настроение вернулось к жене. Он знал, что печаль и скорбь беременной женщины могут повлиять на здоровье ребенка.

Когда они спустились на второй ярус, Ричард, обратившись к констеблю, спросил:

– Можно, я провожу гостей?

Кингстон заметил заплаканное лицо Кили, и ему стало жаль влюбленных.

– Я пойду вместе с вами, – сказал он.

Спустившись во внутренний дворик, Ричард обнял Кили и страстно поцеловал ее.

– Не забывай, дорогая, когда загорится белтейнский костер, мы снова будем вместе, – сказал он, смахивая слезинки с лица жены. – Запасись терпением, осталось всего несколько недель.

Уже смеркалось. Ричард проводил жену и ее отца, пересекавших внутренний дворик, взглядом. У ворот Кили обернулась и помахала ему рукой.

Ричард хотел уже повернуться и идти, но тут его внимание привлекло какое-то движение у стены дворика. Вглядевшись повнимательнее, Ричард увидел женщину, расхаживавшую перед окнами здания Лефтенентс-Лоджингз. Неожиданно она повернулась к нему лицом и устремила на него взор.

Мурашки побежали по спине Ричарда, но он не мог отвести от нее взгляда. Ричард узнал женщину, портрет которой висел в Большой галерее Ричмондского дворца. Это была мать королевы, Анна Болейн, казненная много лет назад.

И тут Ричард так явственно услышал ее слова, как будто женщина стояла рядом:

– Остерегайся черноволосого кузнеца.

Глава 18

– Алчная тюдоровская сучка!

Услышав из-за двери этот раздраженный возглас, Моргана Толбот, которая уже собиралась постучаться в комнату барона, замерла на месте. Сердитый голос, несомненно, принадлежал барону, но ругань была несвойственна ему. По крайней мере Моргана никогда не слышала, чтобы Уиллис произносил грубые слова.

«Может быть, я зря сюда пришла?» – подумала Моргана. Она собиралась отчитать красавца барона за то, что он не пришел в назначенный час на свидание. В конце концов, Уиллис сам пригласил ее на лодочную прогулку вверх по реке. По его словам, он хотел показать Моргане, как весна преобразила сельский пейзаж. Но теперь…

По всей видимости, Уиллис находился в дурном расположении духа. Но, с другой стороны, Моргана являлась дочерью герцога Ладлоу, в то время как Смайт был обедневшим бароном. Приличный человек прислал бы свои извинения за то, что заставил девушку ждать на пристани на виду у всех прохожих. Разгневанная Моргана забарабанила в дверь кулачком.

– Кто там?! – раздался за дверью грозный рев.

– Моргана.

– Убирайтесь прочь!

Прищурив свои небесно-синие глаза, Моргана с такой яростью взглянула на дверь, как будто именно она обидела ее своей грубостью. Постояв в нерешительности несколько мгновений, она вдруг толкнула ее и переступила порог комнаты Уиллиса.

Стоя спиной к двери, Уиллис собирал свои вещи, складывая их в кожаную сумку. Застегнув ее, он бросил взгляд через плечо на Моргану и, нахмурившись, мрачно сказал:

– Я же сказал, чтобы вы уходили.

– Что случилось? – спросила Моргана. Она впервые видела барона в таком ужасном настроении. Предчувствуя что-то неладное, Моргана не стала приближаться к нему.

– Госпожа Удача отвернулась от меня, но я все еще не теряю надежды склонить ее на свою сторону.

– Не понимаю, – заявила Моргана, чувствуя, как ее все больше охватывает тревога. – Что произошло?

– В этот момент ваш отец плывет вниз по реке, направляясь в Тауэр, чтобы забрать Деверо и отвезти его домой, – сказал Уиллис. – Елизавета смягчила условия заключения для своего дорогого несчастного Мидаса и разрешила содержать его под домашним арестом.

– Это хорошие новости!

– Этого ублюдка трудно одолеть, – зло сказал Уиллис и вдруг понял, что разоблачил себя, показав свое истинное лицо. Надвигаясь на Моргану, он промолвил с угрозой в голосе: – Вам не следовало приходить сюда, моя дорогая.

Тон барона и зловещий огонек в его глазах испугали Моргану. Она попятилась к двери и попыталась взяться за ее ручку.

– Я… я лучше пойду, – пролепетала она.

– Сожалею, мой ангел, – сказал Уиллис и, схватив ее за руку, оттащил от двери, – но я не могу позволить вам разрушить мое будущее.

Моргана провела языком по губам, пересохшим от страха. Барон, очевидно, лишился рассудка. Ей необходимо было бежать отсюда.

Достав из кармана камзола пожелтевший пергамент, Уиллис помахал им перед ее лицом.

– Вы еще не забыли об этом? – спросил он.

Моргана узнала свидетельство о браке своего отца и матери Кили, которое она нашла в старой Библии. Этот проклятый документ доказывал, что она сама и ее брат Генри – незаконнорожденные дети герцога.

– Но вы говорили, что уничтожили его!

На лице Смайта появилась холодная безжалостная улыбка.

– Это чрезвычайно ценный документ.

– Сию же минуту сожгите пергамент! – потребовала Моргана, пытаясь вырвать его из рук Уиллиса. – Он вам не нужен!

– Напротив, ангел мой, он мне необходим, – возразил Смайт и спрятал документ в карман камзола. – Это поможет мне завладеть состояниями двух семейств – Деверо и Толботов.

– Что вы хотите этим сказать?

– Не притворяйтесь наивной простушкой. Я открою вам свои планы. Я собираюсь похитить вашу сестру. Когда Ричард ринется из дома Деверо, чтобы спасти ее, люди Дадли убьют его. Как лучший друг Ричарда, я женюсь на безутешной вдове. И после того, как с вашим отцом произойдет несчастный случай и он безвременно уйдет из жизни, я предъявлю доказательство, что все состояние Толботов по праву принадлежит Кили.

– У вас ничего не выйдет! – заявила Моргана. – Я всем расскажу о ваших мерзких планах!

Уиллис прижал ее спиной к двери.

– Такая красивая и невероятно глупая девушка, – с усмешкой сказал он. – Неужели вы думаете, что выйдете из этой комнаты живой?

– На помощь! – закричала Моргана.

Обеими руками вцепившись ей в горло, Уиллис стал душить девушку. Ее слабые попытки оказать сопротивление, очевидно, разочаровали его.

– Даже Джейн боролась усерднее, – пробормотал он. Задыхаясь, Моргана собрала последние силы и ударила Смайта коленом в пах. Острая боль заставила Уиллиса на мгновение выпустить свою жертву из рук.

– На помощь! – закричала Моргана. – Убивают!

Придя в себя, Уиллис снова вцепился в горло девушки и так сильно сжал его, что Моргана потеряла сознание. В этот момент раздался громкий стук в дверь.

– Откройте! – раздался мальчишеский голос. – Немедленно откройте, или я позову стражу!

– Войдите и помогите мне! Дверь не заперта, – крикнул Смайт и, взяв Моргану на руки, поспешно перенес ее на постель.

В комнату вошел Роджер Дебретт, двенадцатилетний королевский паж.

– Я слышал женский крик, – сказал он.

– Леди Моргане внезапно стало плохо, и она упала в обморок, – солгал Уиллис, показав на кровать. – Посидите с ней, а я пока схожу за лекарем.

Роджер быстро подошел к постели и, присев на краешек, посмотрел на синевато-бледное лицо девушки.

– О Господи! – воскликнул он. – Она похожа на мертвую. А ее горло…

Роджер не договорил. Смайт нанес ему сильный удар по затылку, и мальчик, потеряв сознание, упал на безжизненное тело Морганы.

Схватив сумку, Уиллис бросился к двери, но, добежав до нее, внезапно остановился в нерешительности. Может быть, стоит вернуться и добить Моргану и мальчишку? Нет, Уиллис не мог терять ни секунды. Ричард, возможно, в этот момент уже покидает стены Тауэра. Уиллису необходимо навестить усадьбу Деверо до возвращения графа домой. И с этими мыслями Смайт выбежал из комнаты.

Роджер медленно приходил в себя. Он открыл глаза и попытался сесть, но у него сильно кружилась голова. В висках стучало. Роджер старался справиться с приступами тошноты, подкатывавшей к горлу. Он понимал, что ему надо позвать кого-нибудь на помощь. Барон Смайт убил Моргану Толбот.

73
{"b":"528","o":1}