ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Противодраконья эскадрилья
Неожиданное признание
Фима. Третье состояние
Галерея аферистов. История искусства и тех, кто его продает
Скорпион Его Величества
Дворец Грез
Созвездие Хаоса
Твоя примерная коварная жена
Любовь не выбирают

Но тут до слуха Роджера донесся слабый стон, вырвавшийся из уст девушки. Некоторое время он внимательно смотрел на Моргану. Роджер понял, что она жива, но ей требуется помощь.

С трудом встав с кровати, Роджер подошел нетвердой походкой к столу, на котором стоял таз с водой. Мальчик опустил в нее на мгновение голову и почувствовал себя намного лучше. Взяв таз, он подошел к кровати и плеснул пригоршню холодной воды в лицо Моргане.

Девушка произнесла что-то нечленораздельное и открыла глаза.

– Смайт пытался убить меня, – прошептала она. – Найди мою мачеху.

– Леди Дон? – с удивлением спросил Роджер. Насколько он знал, Моргана Толбот никогда не называла герцогиню мачехой. – Вы имеете в виду жену герцога Ладлоу?

Моргана кивнула.

– Побудьте здесь, а я схожу за стражей и лекарем. А потом я разыщу леди Дон, – сказал Роджер и хотел уже покинуть комнату, но Моргана остановила его.

С удивительным проворством и силой Моргана вцепилась в запястье мальчика и дернула его за руку, заставив Роджера упасть рядом с ней на кровать.

– Послушай, ты, идиот, – заговорила она, глядя ему прямо в глаза. – Смайт сейчас направляется в усадьбу Деверо, чтобы похитить мою сестру…

– Уже совсем скоро, доченька, – проворковала Кили, поглаживая живот. – До Белтейна осталось десять дней, а потом твой отец вернется домой и мы больше никогда не расстанемся. Pour tousjours – навсегда.

Следуя своему обычному распорядку дня, после обеда Кили отправилась на прогулку. Мэй и Джун уговаривали ее прилечь и немного вздремнуть, но Кили очень любила бродить по саду, наблюдая за переменами, происходившими в природе. Сегодня она зашла в дальний конец сада, чтобы полюбоваться потрясающим апрельским пейзажем.

Повсюду она замечала приметы весны. Малиновки, держа травинки в клювах, порхали в кронах старых кленов, строя гнезда. Пчелы в поисках нектара с жужжанием летали над цветущими деревьями. Под окном кабинета графа расцвел целый ковер фиалок. Желтые нарциссы весело кивали головками.

Но несмотря на царящую здесь красоту, Кили тянуло домой, в Уэльс. Закрыв глаза, она представила леса и луга родной земли, свое родовое гнездо. Там сейчас можно увидеть белые цветы лапчатки и красный триллиум, а хрустальный горный воздух напоен ароматом сирени. Недавно появившиеся на свет ягнята резвятся под ласковыми лучами теплого солнышка.

Кили вздохнула. Когда-нибудь она повезет своих детей в те края, где родилась их мать, в то место, которое зовется домом.

Во время прогулки Кили остановилась, чтобы полюбоваться росшими вместе тремя священными деревьями – березой, тисом и дубом. Она хотела устроить здесь, в усадьбе графа, святилище под открытым небом, и это место лучше всего подходило для ее целей. А следующей весной Кили собиралась посадить небольшой садик, чтобы тем самым поблагодарить великую богиню за рождение дочери, которую она сейчас носила под сердцем. Там непременно будут расти венерин башмачок, адиантум и папоротник – любимые растения богини.

Кили улыбнулась, представив, как каждый день, невзирая на погоду и время года, она будет приходить в этот садик вместе с дочкой и передавать ей тайные знания друидов, золотую нить предания. Так поступала Меган, так сделает и она, Кили, чтобы спираль жизни продолжилась в вечности.

Кили знала, что у нее будет много детей и каждый из них выберет свой собственный путь в жизни. Она непременно поделится с ними своими знаниями. Единственное, что внушало Кили беспокойство, это прагматизм ее мужа. Ей оставалось только надеяться, что неспособность графа заглянуть за горизонт не окажет отрицательного влияния на их детей.

– Графиня! – внезапно раздался за ее спиной чей-то голос. Вздрогнув от неожиданности, Кили резко обернулась и застыла на месте. Перед ней стоял Уиллис Смайт. Он заслонял солнце, словно черное грозовое облако. Кили чувствовала, что от этого темноволосого человека исходит неведомая опасность. Да, у барона Смайта был зловещий вид.

– Приношу свои извинения, – сказал Уиллис и улыбнулся. – Я не хотел пугать вас.

– Я никого не боюсь, – заявила Кили довольно резким тоном, не сумев скрыть свою неприязнь к Смайту. – Я вздрогнула не от страха, а от неожиданности, вы внезапно прервали мои размышления.

– Размышления?

– Да, я любовалась природой и думала о тех переменах, которые принесла с собой весна, – сказала Кили. – Разве вы не видите, как красиво вокруг?

Уиллис огляделся в саду.

– Да, действительно, очень мило, – сказал он.

– Откуда вы прибыли сюда? – спросила Кили. Она не слышала звука шагов Смайта, когда он приближался к ней. Кроме того, Дженнингз не доложил о приезде гостя.

– Из Хэмптон-Корта, – ответил Уиллис, не понимая сути ее вопроса. – Я приплыл на лодке, сейчас она стоит у причала на пристани.

– Что-то случилось с Ричардом? – всполошилась Кили, инстинктивно дотрагиваясь до живота, как будто хотела защитить ребенка от неведомой опасности.

– Нет, с Ричардом все в порядке, – заверил ее Уиллис. – Хотя мой приезд действительно связан с ним. Я привез одно срочное известие, касающееся графа.

– Пойдемте в дом.

– Нет. Будет лучше, если мы останемся здесь, подальше от чужих ушей.

Кили вопросительно посмотрела на него. Приезд барона внушал ей беспокойство. Давно уже замеченная ею аура преждевременной смерти окружала Смайта словно саван, а черное облако, парившее у него над головой, казалось еще темнее, чем всегда. Перед Кили стоял живой труп. Внезапно на нее снизошло озарение, и она поняла, что Уиллис Смайт скоро умрет.

– Ричард собирается бежать из Тауэра сегодня ночью… – понизив голос, промолвил Уиллис.

– Бежать?! – воскликнула Кили. – Но как? И зачем?

– Послушайте, миледи, – сурово сказал Уиллис, – из-за ваших вопросов мы только теряем драгоценное время. Может быть, вы лучше выслушаете меня, не перебивая?

Кили кивнула. Ее сердце тревожно сжималось в груди при мысли о том, что мужу грозит опасность.

– Несколько дней назад Ричарда перевели из башни Бошан в башню Крейдл, – объяснил Уиллис. – Как известно, она ниже других башен. Под покровом ночи к ней приплывут люди графа из замка Бэзилдон, причалят в доке, расположенном ниже башни, и бросят Ричарду веревку. Он спустится в лодку и поплывет вверх по реке за пределы Лондона, к тому месту, где его будет ждать быстрый конь, снаряженный его родителями.

Кили не верила тому, что рассказал Уиллис. Зачем первому графу Англии ломать свою судьбу, портить придворную карьеру, убегая из Тауэра? Елизавета никогда не простит ему этого.

Кили открыла было рот, чтобы задать барону вопрос, но он не дал ей этого сделать.

– А тем временем мы с вами отправимся в Шропшир, – торопливо продолжал Уиллис. – Лошади ждут нас в саду матери графа. Там Ричард присоединится к нам, и вы с ним поедете в Монмут, откуда на одном из судов графа отплывете во Францию. Как вы знаете, ваша свекровь – француженка. Один из ее братьев приютит вас у себя. Вы пробудете там до тех пор, пока Елизавета не одумается и не простит Ричарда.

Кили сомневалась в осуществимости подобного плана. Неужели Ричард может подвергать опасности жизнь своего первенца, требуя от жены, чтобы она ехала с ним во Францию? Но похоже, у них не было другого выхода. Если королева не выпустит его из Тауэра, их дочь никогда в жизни не увидит отца.

И тут Кили вспомнила откровение великой богини – она навсегда соединится с мужем в праздник Белтейн. То, что предсказала богиня, не могло не сбыться. Эта мысль придала Кили решимости.

– Ведите лошадей, – промолвила она и повернулась, чтобы уйти. – А я пока велю Одо и Хью собираться в дорогу.

Уиллис схватил Кили за руку.

– Ваши кузены не могут сопровождать нас. Неужели вы хотите, чтобы все догадались о наших намерениях, увидев, как мы большой компанией покидаем Лондон?

– Да, вы правы, – неохотно признала Кили, перспектива путешествия вдвоем со Смайтом внушала ей беспокойство. – Сходите за лошадьми, а я пока уложу необходимые в дороге вещи.

74
{"b":"528","o":1}