ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Одиноким предоставляется папа Карло
Ошибки прошлого, или Тайна пропавшего ребенка
Запредельный накал страсти
Кастинг на лучшую любовницу
Битва за Скандию
Кровные узы
Зависимый мозг. От курения до соцсетей: почему мы заводим вредные привычки и как от них избавиться
Ветер Севера. Риверстейн
Фея с островов

Кира Буренина

Из записок переводчицы

ШЕРРИ ЛЕДИ 

Ключ никак не хотел влезать в замочную скважину. Я только что вернулась с часового турне по близлежащим магазинам, и, понятное дело, не с пустыми руками. Три огромные сумки важно привалились к двери своими крутыми боками. Наконец замок и ключ вошли в контакт, щелчок — и я дома. Уже в прихожей меня оглушила звуковая волна — это был не то Децл, не то Земфира. С тех пор как я вышла замуж за бывшего хоккеиста, большого меломана Сашу, я вообще перестала разбираться в музыке. Сейчас мой муж возлежал на диване и балдел. Увидев меня и сумки, он вскочил и, выудив банку пива, сообщил:

— Звонили эти, с паразитологии. Просят, чтобы ты им скорее высылала перевод.

Я в сердцах хлопнула дверцей холодильника:

— Да выруби ты эту музыку! Ну когда я все успею?! Саша насупился, взял меня за руку и повел в комнату.

Выгребая словари и учебники из секретера, он приговаривал:

— Ты работай, работай, я мешать тебе не буду и обед приготовлю, лады?

Я обреченно уселась за компьютер, но доклад доктора Адлера для конференции паразитологов не лез в голову. Мысли витали вокруг совсем других проблем.

Через пятнадцать минут дверь комнаты приоткрылась, в щель заглянул Саша и тихо позвал:

— Мариш, а Мариш...

Только сейчас я ощутила, что в квартире пахнет горелым. По кухне витал сизый чад, по плите, шипя и пузырясь текла бурая жидкость. На столе лежала поваренная книга французской кухни XVII века, купленная по случаю у букиниста, раскрытая на «руанском соусе по-королевски». А за спиной виновато бубнил Саша:

— Хотел соус к макаронам... А тут кассета с Ричи Блэкмором... Я же балдею... Потом смотрю — горит. Да ты что плачешь! Вымою я плиту! Хочешь, твою любимую песню поставлю, хочешь? Мигом!

Я уткнулась носом в книжку, рассматривая, как капли слез расплываются на пожелтевших страницах в большие темные кляксы. Стены квартиры сотрясались от музыки. И высокий мужской голос нежно выводил: «Шерри, шерри леди...»

Все еще расстроенно сопя носом, Саша подобрался к комоду и взял связку ключей. Небрежно поигрывая ими, он уже с безопасного расстояния спросил:

— Мариш, я в гараж слетаю, ничего?

Не дожидаясь моего ответа, выскользнул за дверь. Вытерев слезы, я огляделась вокруг уютная кухонька все еще была полна дыма, на плите застыла корка соуса, которую придется отдирать чуть ли не зубами, да и обед все еще не готов. Мой взгляд остановился на книге. «Руанский соус по-королевски», — повторила я вслух. Представив Сашу в короне, горностаевой мантии, со скипетром и державой в руках, я расхохоталась. Бедные повара! Будь мой супруг действительно королем, они бы не отходили от плиты ни днем, ни ночью, иначе не сносить им головы.

Песня закончилась, и только теперь я услышала, что телефон настойчиво разрывается от звонков.

— Это из фирмы «Интеримпекс», — проговорил мягкий мужской голос. — Мы бы хотели предложить вам работу: поездку в Уренгой с двумя нашими представителями. Вылет завтра утром, оплата, как всегда, наличными. Ждем вас завтра в восемь в аэропорту. Вы согласны?

У меня неприятно засосало под ложечкой. Доклад паразитологов был еще не закончен. С другой стороны, отказаться от такого выгодного предложения было бы безумием. Конечно, согласилась.

Сейчас же надо было решать, что первично — паразиты или обед? Кротко вздохнув, я пошла на кухню. Через два часа явился румяный с мороза муж. Он остановился на пороге, чутко втягивая носом воздух, как гончая, чующая дичь, и радостно воскликнул:

— Свининка!

Проходя мимо отмытой сверкающей плиты, он подмигнул, подняв большой палец класс! Сидя напротив мужа за столом и наблюдая, как весело он расправляется со свиной отбивной, я почему-то вспомнила старую историю. Работая на одной выставке, я, вероятно, очень понравилась представителям фирмы, так как получила почти официальное приглашение на работу в Англию — намечался большой инвестиционный проект в России. Собрали семейный совет. Мои родители были за, родные Саши — против. Сам Саша сидел потерянно посередине, зажав ладони между коленей, и поглядывал своими совиными глазами то в одну, то в другую сторону. Тогда к единому мнению так и не пришли, но я верила, что все-таки уеду. Ведь два года могут пролететь так быстро.

— Нет, Мариш, — сказал тогда внезапно Саша, — ты уезжай, только сначала давай разведемся. Я не смогу жить в одиночку, и ты отвыкнешь от меня.

Эта фраза определила все. Я осталась, поссорившись на некоторое время со своими родителями, стенающими об упущенных возможностях дочери. Как-то так получилось, что Саша оказался тогда дороже карьеры и родителей.

А что сейчас? Сейчас уже должны были истечь те самые два года работы по контракту. Ничего не изменилось с тех пор. Я продолжаю подрабатывать частными переводами, имея свою постоянную клиентуру. Саша, уйдя из спорта, так и не смог найти себя. Он устраивается то на одну, то на другую работу с целью залатать дыры в семейном бюджете, но, не удовлетворенный, бросает и возвращается в свой гараж, где его ждут всегда готовые посочувствовать товарищи.

Когда ближе к ночи я вернулась к компьютеру, дух у меня был боевой. Яростно колотя по клавишам, я громко и с выражением произносила такие особо заковыристые выражения, как «лейшманиоз», «латентная инфекция», «пиноцитоз» и «лямблии». Ночью работается лучше всего. В половине четвертого утра факс отправил последние страницы перевода. Ровно в семь меня разбудили Саша и «Шерри леди». Пора.

Оставив Сашу в потоке децибелов, «дыша духами и туманами», я уселась в заказанное такси. «Итак, сегодня двадцатое... Два дня в поездке. Сколько же я заработаю?» — прикидывала я. И, вздохнув, решила: «Куплю Саше новый диск, так и быть. Он давно о нем мечтал».

НОЧНОЙ МОНОЛОГ

Все-таки здорово очутиться после слякотной, просоленной Москвы в настоящей зиме с прозрачным воздухом и скрипящим снежком под ногами. Нас было трое — два представителя фирмы «Интеримпекс» из Кельна и я. Встречала нас худенькая востроглазая девушка в высокой, похожей на полковничью папаху, шапке. В руках она держала листок с названием нашей фирмы и явно очень волновалась. Видимо, это ее первая официальная встреча гостей. По дороге из аэропорта в город выяснилось, что она закончила местный пединститут и очень неплохо говорит по-немецки, однако от робости не могла ответить ни на один самый простой вопрос наших иностранцев. Я немного позабавилась этой ситуацией, с ностальгией вспоминая свои первые встречи-проводы. А пока с удовольствием глядела в окно на проплывающий мимо город. Люблю я вечерние города! В них всегда все кажется таинственным и неожиданным. При этом я себя ощущаю героиней романа, которая мчится куда-то...

Примчались... Поселили нас в заводской гостинице с романтическим названием «Волна». Мартин Мюллер, неунывающий весельчак и балагур, потерял присущее ему чувство юмора, когда узнал, что его ожидает двухкоечный номер, который он разделит со своим коллегой Зигфридом Вайссом. При этом удобства располагаются в конце коридора. Меня поселили в узкой одноместной комнатке, называвшейся из-за наличия в ней удобств цивилизации люксом. В люксе было страшно холодно, и ночью мне пришлось накинуть поверх одеяла шубу. Утром за завтраком Зигфрид и Мартин с неподражаемым актерским искусством в духе Дж.К. Джерома рассказывали, что происходило с ними ночью — о том, что Зигфрид впервые услышал храп Мартина, о том, как Мартин блуждал ночью по коридору в поисках удобств, распугивая своей пижамой кавказских постояльцев.

Так или иначе, мы приехали сюда работать и нам пора было на завод. Нас уже ждали. Пока мы излагали свою точку зрения, российская сторона слушала нас чинно и с пониманием. Стоило нам задать конкретный вопрос, начиналось нечто невообразимое. Отвечать на вопрос вызывался один специалист и говорил примерно так: «Конечно, мы это сделаем». Моментально отзывался второй и решительно опровергал заявление предыдущего оратора. В разговор вмешивался третий коллега, чтобы выступить в роли арбитра, который пытался рассудить обоих. Переводить было невозможно. Мы сидели и смотрели, как напротив нас бушевали страсти. Через некоторое время спорящие приходили к консенсусу и выдавали нам коллективно составленный ответ. Переговоры затянулись до позднего вечера. Я чувствовала себя страшно усталой и опасалась, что при таких темпах нам придется остаться в этом городе еще на один долгий день. Так бы и случилось, если бы не заместитель директора, представившийся нам коротко: Решетов. С появлением этого человека возникло ощущение ворвавшейся шаровой молнии. Возня и споры прекратились, Решетов действовал решительно и четко. За час были решены все вопросы и подписан протокол.

1
{"b":"5283","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Корабль приговоренных
Блокчейн: Как это работает и что ждет нас завтра
И снова девственница!
Наследие
Поварская книга известного кулинара Д. И. Бобринского
Детский мир
Запредельный накал страсти
Каникулы в Раваншире, или Свадьбы не будет!
Академия темных. Преферанс со Смертью