ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

У него есть целый штат сотрудников: доверенное лицо, агент по бизнесу, адвокат, бухгалтер, секретарь, сортирующая его почту (на его имя приходит до тысячи писем в неделю). Он владелец и главный двигатель целой корпорации, этот мальчик, которому пришлось слишком быстро взрослеть… К его чести, повзрослев, он не забыл, откуда он родом. И больше всего я горжусь в своем сыне именно этим.

Я полагаю, все, кто связан с североамериканским хоккеем, слышали о Нельсоне Скалбани, миллионере из Ванкувера. Некоторое время назад он переполошил всех. В один прекрасный день 1981 года он купил футбольный клуб «Монреаль Элауэтс», хоккейную команду «Атланта Флэймз» (НХЛ), стал совладельцем бейсбольного клуба «Ванкувер Канадиенс», футбольного «Калгари Бумерз», а также юношеских хоккейных клубов в Калгари и Нью-Вестминстере. Он попытался приобрести за 12,5 миллиона долларов «Сиэтл Маринерз» из Американской бейсбольной лиги и ввести команду Ванкувера в Национальную бейсбольную ассоциацию.

Теперь он совершенно отошел от спортивных дел и, наверное, рад этому, потому что почти все они принесли ему убытки. Но когда мы познакомились с ним в июне 1978 года, он только начал серьезно подумывать о вложениях капитала в спорт, и о нем заговорили. До этого он совершал миллионные сделки по покупке и продаже недвижимости, но немногие читают в газетах страницы, отведенные большому бизнесу. Вдруг его имя появилось на спортивных страницах, и это стало сенсацией.

Мне он понравился. Он очень необычный человек. Например, из-за бесконечных деловых поездок (а вернее, полетов) по всей стране ему никак не удавалось попасть на теннисные корты в Ванкувере. А он фанатичный теннисист. И тогда он предложил еще одному бизнесмену из Ванкувера сыграть матч на крупный выигрыш. Проигравший должен был подарить 5000 долларов любой организации по выбору победителя. Противник Нельсона прибыл на корт в носилках, одетый в костюм римского сенатора: тога, венок на голове. Скалбани выиграл и пожертвовал приз в 5000 долларов Христианской ассоциации молодых людей на строительство теннисного корта с одним условием: время четыре часа пополудни остается за ним, если он окажется в городе и захочет сыграть партию в теннис.

В 1975 году он купил «Эдмонтон Ойлерз» ВХА, а затем продал клуб нынешнему владельцу Питеру Поклингтону, приняв в уплату наличные деньги, два «роллс-ройса», бриллиантовое кольцо миссис Поклингтон и две гравюры Кригхофа. В какой-то момент он оказался обладателем четырех «роллс-ройсов» (один из этих автомобилей «снимался» в фильме «Великий Гэтсби»), яхты, реактивного самолета и великолепного дома, который он купил за полтора миллиона (а затем сломал, чтобы на его месте построить новый).

А теперь он хотел купить Уэйна.

Естественно, до этого мы не встречались. Он никогда не видел Уэйна в игре. Я не уверен даже, разбирался ли он в хоккее. Ему нужен был рычаг, чтобы подтолкнуть НХЛ к объединению с ВХА. Он рассчитывал, что для этого нужно нарушить существующее соглашение между лигами и подписать контракт с кем-либо из игроков моложе двадцати лет, кто еще имеет право играть в юниорах.

А Уэйну хотелось вырваться из юношеского хоккея. Боже, как ему хотелось вырваться!…

Он только что закончил свой первый сезон в юниорской команде «А», забил 70 голов и сделал 112 голевых передач, был признан лучшим дебютантом года. По числу забитых голов он пропустил вперед лишь Бобби Смита, которого «Миннесота Норт Старз» объявила номером первым на отборе в НХЛ в том году. Имя Уэйна стало легендой еще в детском хоккее, когда ему было восемь лет, и теперь, казалось, он собрался побить и все юниорские рекорды.

Но была одна загвоздка. Почти весь сезон тренером команды являлся Макферсон, и Уэйн с ним отлично ладил. Потом у команды возникли какие-то проблемы и Макферсон ушел за два месяца до конца сезона. Его заменил Пол Терио. Первое, что он сделал, придя в команду, объявил Уэйну, что ему нужно менять манеру игры.

Если вы когда-нибудь видели игру Уэйна, то заметили, что самая сильная его сторона – умение угадать, где будет шайба в следующий момент. Именно этому я старался научить мальчишек в первую очередь: не следуйте за шайбой, мчитесь туда, где она будет. Освоив этот прием, Уэйн часто оказывался там, где его быть вроде бы не должно и где его не ждали. И шайба была там же, у него на клюшке. И именно это не нравилось Полу. У него была своя система, по которой Уэйн должен был оказаться в определенном месте в определенное время, и он был тверд в ее соблюдении.

Уэйн упрашивал не запрещать пользоваться самым ценным его навыком. «Не надо отнимать у меня то, что я умею делать лучше всего. Так я могу компенсировать хотя бы недостаток силы».

Уэйн угрожал: «Если будете меня переучивать, я не вернусь в команду на следующий год».

Все думали, что он шутит. Команда начала наконец выигрывать, у Уэйна завязалось соревнование со Смитом, сезон для него обещал быть очень удачным, так что никто и не подозревал, насколько все это серьезно. Даже по окончании сезона, когда много было написано о том, что Гретцки мог бы сделать и чего не мог, когда Макферсон, к тому времени ведущий одной из радиопередач, пригласил его выступить и Уэйн заявил, что он играет в юниорах для того, чтобы попасть в профессионалы и хочет забивать голы, а не играть в «оборонительный хоккей», даже тогда никому не пришло в голову, что он может уйти из команды.

Уэйн старался говорить очень осторожно. В некоторых газетах появились рассуждения, что Уэйн-де огорчен своими школьными делами, тем, что ему не смогли найти обещанного преподавателя (это, конечно, чепуха).

Генеральный менеджер команды «Грейхаундз» сделал все, что мог, для Уэйна. Ходили слухи, будто он хочет уйти в другой клуб. Уэйн даже сказал, что он не прочь вернуться в «Грейхаундз». Но я-то знал, что думает он иначе.

Однажды вечером он позвонил домой. Это было вскоре после смены тренера. «Позвони мистеру Бэссету и скажи, что я больше не буду играть в „Грейхаундз“. Позвони сейчас же!»

Джон Бэссет-младший из Торонто, владелец «Бирмингем Буллз» (прежде «Торонто Торос»), ВХА, известен тем, что «сделал первый выстрел» в схватке, превратившейся в войну ВХА с НХЛ. Он взял в 1973 году в команду восемнадцатилетнего Уэйна Диллона из юниорской команды «Торонто Марлбороз». А ведь команды НХЛ не включали в свой состав игроков столь молодых, на это существовал строгий запрет. Теперь, когда наконец обе лиги согласились не трогать юниоров, он опять пригласил восемнадцатилетнего Кена Линзмэна из «Кингстон Канадиенс». Уэйн думал, раз уж Бэссет взял одного юниора, может быть, он возьмет и второго.

Он был страшно расстроен. Я успокаивал его, как мог, и обещал позвонить Бэссету. Через двадцать минут вновь раздался звонок. «Ты дозвонился? Что он сказал?»

Я вовсе не собирался никому звонить. Я хотел лишь немного успокоить сына.

– Послушай. Люди приходят и уходят, все изменится. Тебе еще три года играть в юниорах. Еще год ты сможешь играть как «переросток».[7] Через четыре года ты сможешь выбирать, куда идти, и называть свою цену.

– Если я останусь здесь еще на четыре года, то я вообще не попаду в профессионалы. Чем дальше, тем больше огрехов они у меня находят. Позвони. Я прошу тебя.

Он звонил мне в ту ночь несколько раз только для того, чтобы узнать не дозвонился ли я до Бэссета. Он был вне себя. Не забывайте, что он был всего лишь семнадцатилетним мальчиком, а в этом возрасте подростки часто думают, что мир рушится.

Кончилось тем, что Гас Бэдли, агент Уэйна, все-таки позвонил мистеру Бэссету. Состоялось совещание в ВХА, и они решились. Лига согласилась принять Уэйна, и сделать это должен был Нельсон Скалбани.

Вот так начался самый безумный уик-энд в моей жизни.

Скалбани хотел, чтобы мы все прилетели в Ванкувер на следующий же день, среди недели, и там подписали контракт Уэйна. Вот так, собрались и прилетели. «Но Уолтер работает, чтобы кормить семью. Он не может просто так сорваться и бросить работу», – возразил Гас Бэдли. Нельсон согласился подождать до конца недели и дал 1000 долларов на расходы.

вернуться

7

Каждая команда может оставить у себя на один сезон одного игрока по достижении двадцати лет.

7
{"b":"529","o":1}