ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Стен! Стен! – он обернулся.

Лена стояла возле двери на «кухню» и призывно махала рукой. Впрочем, не ему одному. Обитатели мнимого Беловодья торопливо сбегались на ее зов – обед, наконец, подоспел. Суп, налитый в пластиковые стаканчики, исчез так же мгновенно, как и бутерброды с колбасой. Обитатели Беловодья чувствовали себя еще более голодными, чем до начала трапезы. Обещание к вечеру приготовить макароны заставило лица немного просветлеть, но не прекратило голодного урчания в желудках.

– Начинай готовить прямо сейчас, – подмигнул Роман незадачливой поварихе. – Каждую порцию увеличь вдвое. А еще лучше втрое.

– Но запасов почти не осталось! – Лена чуть не плакала. – Мясные консервы мы все съели вчера, колбасу только что доели…

– Не беда! Мы с Надей съездим в магазин.

– Это слишком опасно, – заявил Меснер.

Роман самоуверенно передернул плечами. О какой опасности толкует этот тип? Стоит только организовать небольшой дождик, и непогода заменит десяток охранников. Во время дождя колдун чувствует приближение любого постороннего метров за пятьдесят. А Эду, вместо того, чтобы ворчать, стоит попытаться реанимировать печурку во втором сарае, иначе беглецы околеют от холода. И пусть бравый мальчуган, готовый убивать утром и вечером вместо завтрака и ужина, займется дровами, а не чисткой автомата. Роман вручил мальчишке топорик и подтолкнул Юла в спину, направляя на истинный путь.

Почему-то никто не стал колдуну перечить. Никто вообще не сказал ни слова. Обитатели мнимого Беловодья молча покинули «кухню», оставив ее в распоряжение поварихи. Все, кроме Стена. Он продолжал сидеть на лежанке из лапника.

– Вся эта затея напоминает все больше и больше не слишком удачный пикник, – сказал Алексей, усмехаясь. – Холод, голод, дождь. Вместо романтики впереди нас ждет очередная подлость. Так и хочется плюнуть на все и сбежать. Вот только сбегать некуда.

– Сбежать от меня? Опять? – Лена удивленно округлила глаза. – Не надоело?

Стен пожал плечами:

– Ты сама оттолкнула меня и…

Даже лишившись дара читать мысли, Лена без труда угадала продолжение фразы.

– Неужели ты так ничего и не понял, Лешка? – Она рассмеялась вполне натурально. – Это был самый примитивный розыгрыш. Мне захотелось тебя позлить. Заставить ревновать.

Впрочем, то, что она хотела заставить Алексея ревновать, было истинной правдой.

Стен поверил. Потому что хотел этого всей душой.

– Ах ты, хитруша! – Он покачал головой и рассмеялся.

Ухватил ее за руку и притянул к себе. Ложе из лапника оказалось в сарайчике весьма кстати, и они опрокинулись на него.

– Если ты сейчас же не ляжешь со мной, я тебя сама изнасилую, – пообещала Лена.

Она обхватила шею Стена руками, и первая принялась целовать его. Одежда полетела во все стороны. Сброшенная Ленкина сорочка угодила в пластмассовое ведро с водой, а лифчик повис, зацепившись за гвоздь, под самым потолком. Лена ожидала испытать уже знакомое – короткую боль, и вслед за ней все возрастающее наслаждение. Но последовала только боль. Боль, которая не прекращалась. И больше ничего.

После нескольких неудачных попыток Стен растянулся на зверином ложе из веток.

– Вот уж не думал, что ты еще девочка.

– Тебя это смущает? – вскинулась она.

Лена в самом деле поверилось в свою невинность, сберегаемую столько лет, и разобиделась всерьез.

– Да нет. Мне это даже льстит. Кто бы мог подумать, что можно ждать столько лет. Даже после смерти.

Тогда ей сделалось нестерпимо стыдно за свой обман. Как было бы здорово, если бы то, во что верил Стен, было бы правдой, а не глупым фарсом, устроенным колдуном.

Алексей вновь привлек ее к себе, но опять не смог овладеть. Лена корчилась от боли в объятиях своего любимого, которого ждала столько лет. Будто вновь и вновь в ее тело втыкали тупой нож. Вместо легкой преграды Роман возвел настоящую крепость. Проклятый колдун! Лена представила, как он сейчас смеется, мысленно наслаждаясь их взаимными мучениями. Пусть только появится! Она расцарапает его подлую физиономию. А сама-то дура! Ведь знала, что все кончится каким-нибудь подвохом. От обиды, ярости, боли слезы брызнули у нее из глаз.

– Неужели так больно? Прости. – Стен вновь отстранился.

«Если он сейчас уйдет, я этого не перенесу», – подумала Лена и вцепилась в его плечи с такой силой, что ногти оставили на коже кровавые отметины.

В этот раз атака, наконец, увенчалась успехом. Лена прокусила губу, чтобы не закричать. Надо признаться, эта близость не доставила ей ни капли наслаждения.

– В следующий раз все будет гораздо лучше, – пообещал Стен.

– Пусть этот следующий раз наступит прямо сейчас, – потребовала она.

– Ты уверена?

Вместо ответа Лена принялась ласкать его, возбуждая.

– А у тебя была девушка? – спросила она между поцелуями.

– Была, – отозвался он. – Но я не любил ее.

Стен не лгал. Даже, сохранив способность угадывать чужие мысли, Лена не могла услышать ничего другого.

Они жили в маленьком домике вдвоем. Мерзкий старый домишко, который не мог найти владельца уже лет пять или шесть и сдавался по случаю людям с сомнительными документами и тощим кошельком. Гамаюнов счел этот домик подходящим убежищем для людей, которые числились мертвецами. Поскольку учитель боялся укрыть всех спасенных в одном месте (помнил поговорку о яйцах и корзине), то в домике жили только Стен и Надя. Их должны были принять за супружескую пару, решившую так необычно провести свой медовый месяц. Впрочем, им было запрещено выходить без необходимости. Раз в неделю Надя отправлялась на машине в супермаркет, привозила продукты и забивала ими холодильник. Все остальное время они сидели дома.

Стен предлагал Гамаюну выследить Степана Максимовича Колодина и убить, отомстив за погибших и избавиться от опасности одновременно, но всякий раз Гамаюнов говорил «нет». При этом Алексей видел, что профессор смертельно боится. Это с его-то даром бояться какого-то мерзавца Колодина!

В соседнем домике жил одинокий немолодой холостяк. Рано утром он уезжал на работу и приезжал поздно вечером. На уикенд он всегда куда-то исчезал и не появлялся до самого утра в понедельник. Домик с другой стороны пустовал, и на газоне торчала полинялая табличка «Продается». Возможно, ее следовало сменить на табличку «Сдается в наем». Но за все то время, пока Стен и Надя жили в своей конуре, этот домик не посетило ни единой души.

Трудно было придумать более удобное место для убежища. Как потом выяснилось – домик этот присоветовал Гамаюнову Меснер. Частный детектив приезжал раз в две недели проведать затворников и «понюхать воздух» – как он любил выражаться. Пока было тихо. Казалось, мир позабыл о Гамаюнове и его проекте.

Стен и Надя смертельно скучали. Единственным развлечением был телевизор. Но они почти не могли его смотреть. Звук выстрела в кинофильме заставлял обоих вздрагивать и тянуться к пульту, чтобы переключить канал. В конце концов, они оставили в своей программе пару комических сериалов и две-три безобидные комедии. Новости смотрели раз в день, делая над собой усилие. Скорее всего, в те дни им обоим нужна была помощь психолога, но подобную роскошь они не могли себе позволить. Каждую ночь им снился особняк Сазонова, люди в черных масках расстреливали их в упор, и никому не удавалось спастись. Постепенно затворникам стало казаться, что они видят по ночам один общий сон на двоих. Осень кончилась, наступила зима, миновало Рождество, потом Новый год, зима сменилась весною; Гамаюнов переводил деньги Фонда со счета на счет, заметая следы, Стен и Надя просматривали свой бесконечный сон ужасов, и порой начинало казаться, что их спасение в ту ночь – очередная иллюзия. На самом деле и Стен, и Надя мертвы, и свою жизнь после жизни проводят в аду, сами о том не подозревая.

Делать было нечего, и по утрам часа по три-четыре Стен отрабатывал блоки и удары и делал бесконечные каты. Наде нравилось следить за ним. Всякий раз его превращение из обычного человека в плавно скользящую сильную кошку, мгновенно наносящую и отражающую удары, казалось чудом. Особенно ей нравились его упражнения с палками. Любая, самая безобидная вещь могла в руках Алексея превратиться в смертоносное оружие. Стен предлагал научить Надежду премудростям восточной борьбы. Она охотно согласилась. Но, едва начала тренироваться, как поняла, что из грациозной молодой особы превратилась в неповоротливую корову. Путь к совершенству был такой долгий. Надя не любила длинных дорог. Поэтому она просто сидела и смотрела, как тренируется Стен.

75
{"b":"5290","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Останься со мной
Леди и Некромант
Дори и чёрный барашек
Как искусство может сделать вас счастливее
Нежданное счастье
Станция Одиннадцать
Карлики смерти
Хюгге. Датское искусство счастья
Хочу женщину в Ницце