ЛитМир - Электронная Библиотека

– Это кольцо нуль-порталов, – неуверенно пробормотал Марк.

– Покинешь кольцо в следующем портале. Тебя подберет наш линкор… «Сципион». Дальше… уж как-нибудь сам… И еще… поклянись… – трибун помолчал, собираясь с силами. – Поклянись, что расследуешь обстоятельства смерти моей сестры Эмми. Эмилии. Ее убили на Психее. Ты запомнил? Моя сестра… ее муж князь Сергей… их телохранитель… Их убили на Психее.

– Я расследую? Я? – У Марка голова пошла кругом. – Но почему я?

– Потому что ты – самый лучший следователь Лация. Великолепный следователь. Из-за этого я примчался сюда… И будь осторожен… все будут желать тебя прикончить… все… Запомни… У тебя нет друзей, кроме сестры и деда. Еще Ливий Друз… Он, конечно, шалопай, но на него можно положиться. Друзы всегда были нашими друзьями.

Трибун замолчал. С минуту Марк стоял, окаменев. Он ничего не понимал. Как такое возможно? Как мог он, мальчишка-раб, ничего не видевший в жизни, нигде не учившийся и ничего почти не знающий, быть самым лучшим сыщиком целой планеты? Или… даже не одной планеты? Марку казалось, что сердце у него трепыхается где-то на месте печенки. Хотя он точно не знал, где находится печенка. Что это? Бред раненого? Хорошо бы так думать. Но что-то ему подсказывало, что Флакк не бредит… Тогда, как он, Марк, может расследовать убийство, которое произошло на другой планете, о которой раб барона Фейра даже не слышал?

Марк тряхнул головой. К черту дурацкие вопросы! Сейчас все равно не найти ответа. Некогда! Надо шагать к челноку и спасать Флакка. И Люса заодно. Он сможет, он сумеет… Мысль, что теперь от его выносливости и силы зависят эти двое, преисполнила юношу гордости.

– Еще не Ватерлоо, трибун! – воскликнул Марк, расправляя плечи (насколько это позволял проклятый ошейник). – Я дотащу тебя до челнока. Ты сам посадишь нас на Звездный экспресс.

– Идти далеко. И нас могут настигнуть.

– Сдюжу. Я сильный. Не смотри, что ростом невелик.

– Мне и самому не хочется умирать… – слабая улыбка тронула губы раненого.

– Тогда пошли. Надо торопиться.

Марк взвалил трибуна на плечи.

На всякий случай Марк накинул на запястье Люса растяжимую веревку из псевдолатекса, чтобы тот не потерялся в ночи, и зашагал на юг, как Указал ему трибун.

Марк шагал пружинисто, уверенно. Усталости – как не бывало. Ему даже нравилось, что он несет непосильный груз. «Тяжела ноша патриция…» – всплыла откуда-то фраза. Странная фраза. Может быть, мама ее когда-то говорила на Вер-ри-а? Ноша патрициев… Тяжкая ноша. Неужели тяжелее здоровяка-трибуна?

В движении легче было осмыслить слова Флакка. Оказывается, он, Марк, – хранитель какого-то знания. Чепуха, конечно. Марк – такой же невежда, как все рабы барона Фейра. Самый эрудированный человек, которого Марк знает, – это Люс. Тот поглощает информацию с жадностью и без разбора. Иногда Марку казалось, что в голове приятеля должна образоваться интеллектуальная каша. Интересно, патриций Лация – это выше, чем барон Фейра? Марк усмехнулся, вспомнив, как мечтал сделаться сыном барона. Может быть, он догадывался о своем происхождении? Нет, невозможно… Но все же… Флакк явился именно за ним. Явился, рискуя жизнью, чтобы вытащить Марка с Колесницы.

«Я – патриций…» Марк пытался представить, каково это. И не мог.

И шагал дальше все быстрее.

Фаэтон всходил. На бледном, подернутом дымкой небе мутно проступала Селена Секунда, не успевшая уйти за горизонт. Еще в светлом небе виднелись черные треугольники, похожие на флайеры, летящие на большой высоте. Но это были всего лишь ящеры-монокрылы, падальщики, приметившие в бескрайней полупустыне добычу. Неведомо откуда появлялись все новые и новые… Заметили труп песчаного тигра.

– Но если я патриций, то почему меня не искали прежде?

– Не так легко было добраться до базы данных Империи Колесницы и узнать, где ты находишься… – отозвался трибун.

Тело раненого становилось все тяжелее. Или отказывал блок компенсатора грузовой платформы? Что делать?.. Нельзя останавливаться. Нельзя быть рабом. О боги, какая тяжесть! Может быть, компенсатор уже совсем не работает?

«Если я сделаю еще один шаг, то упаду…» – решил Марк.

Он сделал и этот шаг, и второй, и третий, но не упал, а шел дальше.

«Я несу его, потому что вызвался сам, а не потому, что мне приказали», – эта мысль казалась Марку замечательной, особенной. Но в принципе бессмысленной.

– Послушай, друг мой, – сказал трибун. – Если ты сейчас испустишь дух, вряд ли мне это поможет. Отдохни минут десять. Пока все идет великолепно. Если не считать моей изуродованной ноги и мучений Люса.

Марк остановился и тут же рухнул со своей ношей. Песок еще не успел нагреться, но ткань куртки не пропускала холод. Юноша жадно хватал губами воздух, ему казалось, что в легкие не проникает ни капли.

– Моя мать жива? – спросил Марк.

– Нет. Она погибла во время захвата Колесницей Вер-ри-а.

Кажется, он помнил об этом, но постарался забыть. То есть надеялся, что это не она лежала там, в пыли, среди осколков камня и бетона. От выли ее лицо и руки стали серыми, только кое-где алые кляксы проступали, набухая, сквозь пыль.

– А мой отец? Как погиб он?

– Его челнок сгорел в момент выхода из нуль-портала.

– Это было убийство?

– Скорее всего.

Флакк замер и приложил палец к губам. Затем извлек из кобуры игломет. Сам Марк ничего не слышал. Ни звука. Даже насекомые, что трещали, шуршали и суетились в сухой траве в прохладные утренние часы, смолкли. Вот именно. Полная тишина. Кто-то подкрадывался к ним. Флакк отстранил Марка, указав глазами на кобуру с бластером. Марк едва заметно кивнул и стал расстегивать кобуру. Но не успел. Зашуршали колючки. Сразу несколько теней мелькнули в воздухе, падая на добычу сверху, с глыб песчаника.

Флакк выстрелил дважды. Кто-то сзади навалился на Марка и подмял под себя. Ухватил за горло, пытаясь сдавить. Не вышло! Рабский ошейник не давал пальцам сомкнуться в смертельном захвате. «Ха-ха!» – мысленно расхохотался раб.

Марк инстинктивно выгнул спину, подтянул колени к животу. Попытался разжать руки нападавшего. Куда там! Сил не хватало. Тогда он резко поддал пятой точкой вверх, голову же, наоборот, пригнул к самым коленям. Нападавшего подкинуло, ноги его потеряли опору. Марк сбросил навалившуюся на него тушу и покатился по песку. Но неизвестный оказался проворен, как песчаный кролик. Миг – и он уже на ногах. Кинулся к Марку. Раб встретил его целой тучей песка. Метил в глаза. Попал. Вскочил. Боднул нападавшего в живот. Отпрыгнул назад. Наконец рванул из кобуры бластер. Вдавил кнопку разрядника. Ослепительный луч полоснул здоровяка по ногам. Тот завопил.

– Осторожно! – крикнул Флакк.

Марк замер. Вовремя – мог бы сжечь все вокруг.

– Мы одолели, – сказал Флакк.

На песке лежали четыре неподвижных тела. Все темные, загорелые до черноты, в каких-то нелепых тряпках. И у всех – рабские ошейники. Двоих трибун застрелил, третьего прикончил ударом ножа. Лишь один из нападавших – тот, которому Марк отсек лучом бластера ноги, – остался в живых и теперь корчился на песке. Лазерный луч прижег сосуды, и кровь почти не шла.

Люс с изумлением смотрел на убитых: сам он не успел поучаствовать в схватке.

– Беглые рабы, – сказал трибун.

– Беглых рабов на Колеснице нет, – тут же возразил Марк.

Флакк пожал плечами:

– Это тебе говорил хозяин. Да, раб не может сбежать, пока господин жив. Но после смерти хозяина… пока ошейник еще не перепрограммировали, что мешает дать деру?

«Когда же хозяин сдохнет…» – Эта фраза сама всплывала в мозгу раба как присказка, как ругательство. На самом деле – тайная мечта. Марк глянул на мертвецов. Выходило – это его товарищи по несчастью. После смерти хозяина удрали, скитались по пескам, ловили песчаных кроликов, потом…

– Они хотели нас убить, – прошептал Марк, – Но зачем?

– Завладеть нашими пожитками и прежде всего – оружием. Им не повезло. В том смысле, что они напоролись на космического легионера, – пожал плечами трибун.

15
{"b":"5295","o":1}