1
2
3
...
61
62
63
...
75

– Ну что вы, мадмуазель! – запротестовал Марк.

– Терпеть не могу, когда меня считают дурой! – запальчиво выкрикнула Инна. – Но я вижу, что вы… или этот ваш Флакк… или Друз… вы все так подумали! Я знаю, на Лации презирают идеалистов. Князь Сергей это часто повторял…

«Честно говоря, не могу ни подтвердить это, ни опровергнуть…» – усмехнулся Марк про себя.

– Так вот, я ничего не выдумывала! – заявила Инна. – Князь Сергей – замечательный человек, не похожий ни на кого. Веселый, дерзкий, мятежный, ни на кого не похожий! Остроумный… – она запнулась, видимо, сообразив, что уж слишком захваливает чужого мужа. – Он как бы притягивал всех к себе. Был центром маленькой вселенной. Он всех согревал. – Она вновь сбилась. – Я была секретаршей княгини, но князь иногда просил меня кое-что делать и для него.

«Минет…» – едва не пошутил на манер Друза Марк, но вовремя стиснул зубы.

– Однажды он попросил меня скопировать часть материалов с его личного компа. Копии у меня сохранились. Вот… – Инна положила инфокапсулу на стол. – Если вы просмотрите эти записи, то все сразу поймете. Тут есть рассказ князя о его знакомстве с Эмилией… Вы поймете, что я ничего не выдумываю…

– Князь просил скопировать эту запись? – спросил Марк.

Инна смутилась.

– Нет… Не эту. Но так вышло…

«Она рылась в компе и украла личные файлы. Теперь хочет слить информацию мне. С какой целью – пока не ясно. Маленькая шпионка. Почему я должен ей верить? Потому что она пытается изображать из себя идеалистку?»

– Я непременно все посмотрю, – пообещал Марк. – А что вы скажете про Влада Вахрина? Он долго работал у князя?

– Они вместе служили. Князь Сергей командовал «Изборском», Вахрин был у него в подчинении. То есть он был пилотом истребителя. У Влада несколько наград. Правда, он этим не любит хвастаться.

– Странно. Должность управляющего – не совсем для него, не так ли?

Инна скорчила неопределенную гримасу. Видимо, у нее не было желания говорить о Владе с кем бы то ни было.

– Он не хотел расставаться с князем Сергеем ни на минуту. Он все время с ним. Даже на Китеж летал вместе с князем.

– Когда Сергей летал на Китеж? – живо спросил Марк.

– Когда? – переспросила Инна. – Мы прилетели на Психею зимой, сразу после свадьбы. То есть зима была здесь, на Китеже еще осень. Купили участок, начали строить усадьбу. А потом Сергей и Эмми внезапно вернулись на Китеж. Весной. В середине здешней весны. Я оставалась на Психее. Их не было почти год. Нет, меньше, конечно. Они вернулись поздней осенью. Дом был уже построен. Осталась только внутренняя отделка.

Это может быть важно. Очень важно. А может быть, и нет… Гостили на Китеже, пока строился дом, – и только.

– Через какой нуль-портал они летели? Через наш, лацийский? Или через нуль-портал Неронии?

– На Звездном экспрессе.

– А до экспресса на чем добирались? Если на звездолете, то в год они никак не могли уложиться.

– Они летали на линкоре. «Великий Новгород» прибыл нарочно за ними с Китежа. На линкоре они добрались до портала Звездного экспресса. Потом на нем же вернулись. Вы знаете, какая скорость у «Великого Новгорода»? – воскликнула Инна. – Он может совершать до трех скачков в сутки.

– Ма фуа! – Марк искренне изумился. – Но зачем?

– Князь Сергей сказал, что князья Китежа распоряжаются всем. Нужен линкор – значит, прилетит линкор. Он сказал: «Мы не считаем копейки».

«Никогда не думал, что полет линкора обходится в копейки, – отметил про себя Марк. – Правда, может статься, это очень крупная денежная единица?»

– Что вы можете сказать про отношения Влада и княгини? – Корвин спрашивал почти наугад.

Инна на миг замялась.

– Обычные отношения… Влад – подчиненный. Она – госпожа.

– Он был влюблен в Эмми?

Инна энергично затрясла головой:

– Нет, нет, ничуть! Напротив… – Секретарша смутилась. Почти натурально. Но Марку показалось, что она лишь изображает смущение. – К Эмилии он относился неприязненно. – Инна помолчала, ожидая вопроса, но Марк тоже молчал. – Они часто ссорились. Однажды я слышала, как Влад кричал: «Вы ничего не понимаете в этом, да еще князя сбиваете с толку! Свободу получить невозможно! Нигде и никогда! Оставьте свои бредни! Не мешайте! Если Сергей вам не может это сказать, то я скажу!»

– Княгиня хотела развестись?

– Нет… что вы… Вы не поняли. Это они с Владом ругались. С князем она не ссорилась.

«Но хотела получить свободу», – мысленно закончил фразу Марк.

– А Тихон, телохранитель… чье тело так изуродовали? Он любил княгиню?

– То есть как мужчина? Сомневаюсь… Он же такой… как бы это сказать. Деревянный, что ли. Скорее автомат, нежели человек. Влад, правда, говорил всем уже после смерти Эмми, что Тихон и княгиня были любовниками. Но я не верила ни секунды. Как можно променять Сергея на этого истукана?! – воскликнула Инна с излишней горячностью. И покраснела.

«Ага…» – воскликнул Марк. Мысленно, разумеется.

– А князь? Вы видели, чтобы он ревновал княгиню?

– Нет… кажется, ни разу. Разве что в шутку… Иногда. Он не сомневался в ее чувствах.

«В этом случае разочарование могло быть очень жестоким», – тут же последовала подсказка.

Итак, версия получалась достаточно правдоподобная: Влад натравил князя на любовников, затем, после убийства попытался замести следы, но по каким-то причинам не сумел. Простенькая версия. Начинающий следователь-плебей мог бы в такое поверить. Но Марк – нет. Хотя… Уж больно все ловко сходится. Все, кроме роскоши… Опять одна деталь выпадает.

Как любит повторять Друз, если ты разобрал двигатель, а потом собрал, и у тебя осталось много лишних деталей, разбирай двигатель снова. Иногда Друз говорит дельные вещи.

Инна ушла, уверенная, что все сделала как надо. Ясно как день: она пыталась увести Корвина от верной догадки как можно дальше. Вопрос лишь в том, какова она, эта верная догадка.

Марк включил «инфашку». Запись, о которой говорила Инна, шла первой.

Возникла голограмма. Правда, не слишком четкая. Князь Сергей сидел в кресле. На молодом человеке был летний костюм: рубашка с короткими рукавами и белые брюки. Лицо загорелое. На голограмме еще более детское, беззащитное, чем на портрете. Выразительные живые глаза. Капризные губы, чуть выпуклые, изящные, чувственные…

– Привет, Кон! – помахал рукой своему адресату князь. – Хочу рассказать тебе одну любопытную историйку… Все было недосуг отправить инфо. Но слушай. Случай занятный. Чрезвычайно. Я патрулировал девятый сектор на «Изборске» и вдруг углядел перед носом катера двух анималов. Космические тюлени гнались за лацийским транспортником. Несчастный грузовик был обречен. Ты знаешь, мой «Изборск» и против одного анимала не сдюжит. А тут их двое. Но я решил: что за черт! Транспорт сейчас изжарят, а там люди живые, экипаж человек десять. И у меня достанет выдержки это допустить? Ведь мы все одной руки пальцы! Я разом ударил ракетами по двум анималам, запалил космических тюленей и помчался к транспорту – штирборта у него уже не было, из отсеков выплывали контейнеры. Тут один из анималов врезал по «Изборску» из всех батарей. Мне бы пришел конец, если бы не грузы, что теперь кувыркались вокруг меня повсюду. Контейнеры оказались точнехонько на пути зарядов, две вспышки, и я был спасен. Ну а дальше я показал ему, где раки зимуют. С усердием исполосовал космического тюленя вдоль и поперек. Второй от греха подальше пустился наутек. Ого! Наяву увидел, что значит – мысленный перенос. Тюлень исчез, будто его и не было в нашем секторе. А я с легкой душой направился к транспортнику. Грузовик был при последнем издыхании, чудом мне удалось состыковаться и снять с его борта пять человек экипажа живыми. Вообрази, братец, грузовик пилотировала очаровательная девчушка с Лация. Это было ее первое космическое приключение. Я немного покрасовался перед ней – не без этого, отнес на руках к себе в каюту, дал хлебнуть нашей домашней брусничной настойки, благо еще не успел весь припас уничтожить с тоски. А потом – уж не знаю, с какой стати… Верно, потому что и сам глотнул из заветной фляги, – отвел мою красавицу на шлюзовую палубу, куда мы вытащили останки тюленя, и предъявил трофей. Вообрази, с ней случилась совершенная истерика. Да, честно признаюсь, зрелище премерзкое, ошметки начали отмерзать понемногу, и с них текла какая-то жидкость… Но не каждый день космическому эсминцу удается нашинковать анимала. Ты знаешь, я тщеславен, обожаю, когда меня хвалят. Но, клянусь Ярилом, никаких похвал я не услышал. Ты рассказывал, что эти ребята с Лация сдержанны в эмоциях. Извини, братец, но мне показалось, как раз наоборот…»

62
{"b":"5295","o":1}