ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Есть! Освободился! То есть отвязал руки и ноги. Свобода! Поднимаемся, заворачиваемся в простыню, смотрим по сторонам. Ого-го! Кругом валяются братья-коматозники. Стонут, хрипят и воняют не хуже меня. Только я двигаюсь. И сейчас пойду своими ножками! А им, похоже, не светит…

Извиняйте, братцы, мне пора. Как ни странно, умирать я по-прежнему не собираюсь. И ничего у меня не болит. Даже горло. Хотя и говорили доктора, что у меня гортань вся переломана. А она вообще не болит. Офигеть можно! Вот тебе и медицина! Ничего не понимают. Хотя, вроде бы, до того как отключиться, я себя, действительно, чувствовал полным покойником. Ладно. Потом разберемся. Надо потихоньку сваливать…

В коридоре кто-то шумит, топает ногами и дышит. Я как шел к дверям, так и застыл на полдороге. Прятаться здесь некуда. Да и не успею. На пороге возникла фигура в белом балахоне. Судя по контурам, косы у нее в руках нет. И на том спасибо. Зато вопит ночной гость – оглохнуть можно:

– Атас!!! Полина Николаевна, у нас зомби!

Это про меня, что ли? Чувствую, да. В коридоре стучат каблуки. Ага! Еще одна фигура в белом. Женская, судя по запаху и очертаниям. И тоже орет удивленным голосом:

– Ты смотри! Родной, тебе завтра на операцию, а ты блудишь. Давай-ка в коечку! Миша, сибазона клиенту!

Понятно. Почки мои проданы. В морге полочка приготовлена. А я, выходит, мешаю процессу. Фигура в белом балахоне летит к шкафу. Ох, завалят меня сейчас. Накачают дурью, раздолбят череп, извлекут ливер… Огромное вам, ребята, спасибо!

Миша со шприцом начинает заход с тыла. Я шарахаюсь в сторону. Он, сволочь, шутит:

– Тело, ты куда?

Действительно, куда это я? Шансов свалить – ноль. Хватка у нашей медицины – железная! С почками можно прощаться. С целым черепом тоже. Врачиха наваливается сбоку. Приплыли! Но у нас, у нормальных пацанов, без драки сдаваться не принято. Рвемся из чужих рук, орем, как перед дракой во дворе:

– Замри!.. – опять как-то не так получилось, не по-русски…

Изо рта вывалился жуткий хрип:

– СПРЦЭМХФ!!!

На гиганта, рвущего цепи, я явно не тяну. Следующий мой рывок похож на вялое сокращение червяка. Освободиться, наверное, не получится… Опа! Опять воздух вокруг зеленеет и мерцает! Видно, здорово мне по башке перепало, раз появились такие глюки. А что это захват ослабел? И почему я падаю? Оба-на!!! Это еще что такое? Почему это за мной никто не нагибается? Ну-ка, посмотрим осторожно на «группу захвата»…

Телки-метелки! Снизу вверх – зрелище впечатляет. Ловцы убегающих почек застыли, как замороженные! Стоят в неестественных позах и даже не моргают. Пальцы скрючены, руки согнуты… Да они вообще не шевелятся! Интересное кино!..

Что-то мне становится страшновато. Что же это, вашу мать, происходит??! Что за непонятная жуть!!? Просто, полный бред! Миша в нелепом балахоне, типа халата, замер, обнимая воздух. Рядом торчит врачиха с протянутой рукой. Рты у обоих открыты. И больше ничего! Ни звука, ни движения. Прикольно! Как бы только не отрубиться от страха…

На меня напал ступор. Лежу я на полу, закутанный в простынку, изучаю остекленевших медиков-педиков. И они никуда не уходят, памятники долбаные! Ну, и торчим мы, как три дурака. И что дальше делать, совершенно непонятно. Минут через пять рот сам собой закрылся. Видимо, намекая на то, что пора пошевеливаться. В конце концов, не припухать же здесь до утра?.. Та-ак… Надо подумать…

Соображаю я быстро. И фантастику почитываю. Папик у меня – любитель нереальной мути. Ну и я, от не фиг делать, у него иногда подрезаю космическую белиберду или не детские фэнтази. Так что в ситуации я разобрался слету. Всем стоять-бояться! Я – маг и экстрасенс! Во, блин! Непонятно, с какого перепугу и в честь чего. Но факт налицо. Бормочу я полную ерунду, а это оказывается заклинание. И резко проснувшиеся магические способности заставляют воздух вокруг зеленеть. Понятно… Здорово, базара нет!

Ну, уж теперь-то меня на почки хрен разведешь! Я им так просто не дамся! Хотя, на всякий случай, пора бы и свалить отсюда. Неизвестно, насколько моего нового дара хватит. Обидно будет загнуться на самом интересном месте. Вызвать, что ли, ковер-самолет? Или перенестись домой по воздуху? Да нет, пожалуй. Пока не освоюсь, лучше поосторожнее с технологией. Брякну еще чего-нибудь не то – и полгорода в руинах… Пока воздержимся от экспериментов. Мы не гордые. Можем и ножками дотопать.

Поднимаемся. Замершие не шевелятся. Нехилая получилась аномалия. Ладно, потом будем думать и удивляться. Пока что надо смыться в хорошем темпе. А то отловят меня местные айболиты и залечат по-доброму. Или просекут мои новые способности и вызовут какие-нибудь отечественные «секретные материалы». Сдадут в подземные лаборатории, и сгину я во цвете лет, как подопытный кролик. Надо рвать домой! Полечились и будет…

Пришедшая под утро санитарка с изумлением обнаружила застывших в оцепенении медбрата и доктора. Потрясающий факт ее совершенно не смутил. За годы работы в больнице она начисто утратила способность удивляться. Санитарка с некоторым недоумением обошла вокруг неподвижных фигур, пытаясь сообразить, что бы это могло означать. Ничего путного в голову не пришло. Она немного поворчала себе под нос. Фигуры, замершие в неестественных позах, ее настораживали. А, самое главное, они затрудняли мытье полов в палате. Нужно было что-то делать.

Санитарка дотронулась до плеча медбрата. Плечо оказалось теплым и вполне живым. Стало понятно – над ней издеваются.

– Чего встали? – агрессивно буркнула женщина. – Делать что ли нечего?! Будете тут надо мной шутки шутить?!

Внезапно медбрат Миша, известный на всю больницу своими приколами, шевельнулся. Санитарка моментально укрепилась во мнении, что все происходящее – дурацкая утренняя шутка. Она еще раз, уже сильнее, пихнула санитара в плечо и обиженно скомандовала:

– А ну-ка подвинься! Некогда мне с тобой играться.

Ее настроение, и так не сиявшее поутру радужными красками, стремительно ухудшилось. Но доктора Полину Николаевну она предусмотрительно обошла стороной. Как ни крути, а портить отношения с врачами – себе дороже. К тому же реаниматологи – не терапевты, кротостью нрава не отличаются. Если подвернешься под руку, могут и разнести в пух и прах. Опять же, как показывает опыт работы, всегда существует шанс попасть к той же Полине Николаевне на подшефную койку…

Санитарка громыхнула ведром, посчитав, что достаточно ясно выразила свою жизненную позицию. После чего направилась в соседний бокс, решив все-таки держаться от ненормальных шутников подальше. Тем временем, медбрат еще раз пошевелился. Потом он встрепенулся, словно очнувшись от глубокой задумчивости. В его глазах появилось искреннее изумление.

– Вот-те на! – Миша посмотрел на доктора. – Полина Николаевна, а где зомби?

Он машинально коснулся ее протянутой руки. И тут же послышался недоуменный возглас:

– Ой! Что такое!

Отсутствие больного в палате потрясло обоих до глубины души. В их памяти события прошедшей ночи не оставили ни малейшего следа. То есть, вот только что они собирались уложить обратно в койку блуждающее по палате тело. И вдруг пациент невероятным образом исчез! А вместе с ним неизвестно куда пропало четыре часа времени!!! При взгляде на часы врач-реаниматолог первой категории впала в состояние крайнего беспокойства. Она тихо взвыла и бросилась из палаты.

За последующие двадцать минут выяснились следующие факты. Больной, зарегистрированный как неизвестный номер двести сорок шесть, смылся из реанимации, прихватив с собой значительную часть гардероба медбрата Миши. А из жизни дежурной смены напрочь выпали ровно четыре часа восемнадцать минут.

Это было настолько немыслимо, невозможно и невероятно, что Полина Николаевна сразу запретила себе, а заодно и Мише даже вспоминать о чрезвычайном происшествии. После чего, для профилактики стресса, она решительно прописала себе триста грамм разведенного спирта на двоих с санитаром. Тягостное недоумение немного отступило. Зато появилось четкое осознание, что последствия сверхъестественного инцидента требуется ликвидировать в срочном порядке. Причем тщательно скрывая подробности.

3
{"b":"530","o":1}