ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Как раскрутить блог в Instagram: лайфхаки, тренды, жизнь
Магическая академия строгого режима
Руководство для домработниц (сборник)
Кремль 2222. Одинцово
Дочь болотного царя
Мой звездный роман
Все наши ложные «сегодня»
Кремль 2222. Куркино
Сестры из Версаля. Любовницы короля
A
A

Его били долго и со знанием дела. Палачи наслаждались муками жертвы. Возможно, они продлили бы пытку еще на несколько часов. Но надвигающаяся гроза заставила их торопиться. Кто-то ударил его древком копья в висок, вогнав длинный терновый шип прямо в мозг. Небо почернело, и первая молния сверкнула между облаков, будто подводя черту его жизни. Небо уронило сверху первые капли дождя. Как слезы по очередной человеческой жизни. Лениво нарастая, громыхнул раскат грома. Палач поспешно, словно воровато, перевернул копье и ловко вогнал острие прямо в сердце праведника. Тот беззвучно охнул, осознав, что его только что убили.

И в этот последний миг вторая молния пала с черных небес. Она с ужасающим треском разорвала воздух и вонзилась в стену дождя, теряя силу. Тем не менее, огненное жало сумело дотянуться на излете до умирающего. Терновый венок не успел вспыхнуть, потому что был пропитан кровью, и вся оставшаяся гигантская энергия ушла куда-то в глубины мозга, по шипу, вколоченному в висок. Человек вздрогнул и что-то прошептал напоследок. Вокруг его головы сконцентрировалось мерцающее зеленоватое свечение. Потом он умер…

Жизнь в израненное тело возвращалась медленно. Сил открыть веки еще не хватало. Но он уже чувствовал, что жив. Измученное сознание выхватывало из возрождающейся памяти мучительные картины пыток. Однако раны сами собой затягивались. Не очень быстро, но безостановочно. Он понимал, что возвращается к жизни. Понимал, что это настоящее воскрешение, а не просто выздоровление. Ибо помнил, как его убили. Однако не удивился. Потому что никогда не сомневался, что способен стать богом.

Регенерация завершилась под утро. Рубцы надежно стянули края ран и побагровели. Силы вернулись в окрепшие за ночь мышцы. Он вздохнул, открывая глаза. Вокруг была тьма. Впрочем, для его глаз, недавно выжженных палящим солнцем, темнота теперь не являлась препятствием. Он и без освещения прекрасно видел стены погребальной пещеры и громадную каменную плиту, замуровавшую вход. Снаружи кто-то негромко всхлипнул. Звуки доносились отчетливо. Хотя их источник находился за толщей камня. Появление великолепного слуха его тоже не удивило. Бог должен был быть совершенством.

Он поднялся с жесткого каменного ложа, стряхнув с себя плащ, пропитанный засохшей кровью. Тело, ставшее необычайно легким, почти невесомым, с каждой секундой наливалось тугой энергией грядущих свершений. Где-то в груди зарождалось ликующее торжество, напоминая о том, что не зря он избрал праведный путь в своей прошлой земной жизни. Только полное самоотречение и любовь к ближним своим дали ему силы возродиться…

Он величественно поднял руку, указывая на монолитную глыбу, закрывающую вход, и произнес:

– Откройся!

В гулком пространстве могилы прозвучало:

– УНТРГРУХНШ!

Язык ему был незнаком. Но он опять не стал удивляться. Даже когда во тьме сгустилось зеленое облако, и каменная плита легко откатилась, впуская в могилу свежий воздух, рассеянный свет и чей-то тихий плач, лицо его осталось бесстрастно. Богу не пристало испытывать заурядные человеческие эмоции. Снаружи послышался негромкий вскрик, полный удивления. Он пошел к выходу, машинально потирая свежие зудящие шрамы на запястьях. В проеме, на фоне бледного, чуть розоватого рассветного неба уже маячили знакомые лица. Они светились восторгом, изумлением и готовностью принять чудо. И он шагнул им навстречу…

На второй день от воскрешения благая весть сотрясла устои мироздания. Но это была только малая часть одного большого чуда. Живой бог продемонстрировал такую, без сомнения, высшую силу, что затрепетали даже самые черствые сердца римских скептиков. В божественном происхождении обычного блуждающего проповедника перестали сомневаться на третий день. Империи и царства затряслись, обреченно разваливаясь на куски. С появлением на Земле бога ничего нельзя было поделать. Казалось бы…

Они пришли вечером. В Его шатер скользнули три безмолвные фигуры. Под капюшонами чернели сгустки мрака, скрывая черты посетителей. А теплый летний воздух почему-то сделался неподвижен и тягуч. При виде немного странных гостей, о визите которых отчего-то никто не предупредил, Он приподнялся с ложа. Ни бояться, ни подозревать недоброе было недостойно Его. Поэтому он произнес ласковым ровным голосом:

– Кто вы, добрые люди?

Три незваных гостя остались безмолвны и недвижимы. У Него вдруг появилось неприятное ощущение, что из тьмы, царящей под капюшонами, кто-то смотрит без должного благоговения. Более того – насмешливо и изучающее. А смеяться над богом не позволено никому! Но он не рассердился. Рядом с величием божьим меркли глупые мелочи. Интонации его голоса не изменились. Только терпение и ласка были достойны бога.

– Откройте лица! – попросил он.

Внезапно в тишине шатра послышался язвительный смешок. Три фигуры неторопливо разошлись в стороны. Словно невзначай. Как бы случайно, переступая с ноги на ногу. И в то же время, явно образуя полукруг, центром которого было ложе бога. В воздухе сгустилось напряжение. Он ощутил его всеми порами тела, всеми обострившимися после воскрешения чувствами. Нехорошее предчувствие корябнуло бессмертную душу, и он чуть повысил голос, одновременно переходя на другой язык. Настоящий язык богов. На этот раз бог требовал. И не подчиниться Ему было невозможно:

– Я сказал – откройте лица!

Зеленое марево зародилось вокруг Него и стремительно качнулось к гостям, разливаясь насыщенной волной… И вдруг рассеялось без следа, не оставив даже малой искры! Будто погасла жалкая потрескивающая свечка.

– О! Шестой уровень! – прошелестело из-под капюшона.

Визитеры, вместо того чтобы покорно исполнить волю его, деловито хмыкнули и придвинулись еще ближе. Он невольно отшатнулся к дальней стене шатра, ошеломленно пытаясь понять, каким образом гости противостоят божьей силе. После множества доказательств собственного могущества он не мог поверить, что кто-то способен на неподчинение. Ощущение бессилия вдруг испугало его. Он суетливо отер вспотевшие ладони о тунику и спросил дрогнувшим голосом:

– Кто вы такие?

Гости качнулись вперед, неуклонно сокращая дистанцию.

– Титаны мы, титаны… – прошелестел негромкий голос и властно приказал: – Ты пойдешь с нами!

– Вы от Отца моего? – немного растерянно спросил он. – Мы идем к нему?

– К нему, к нему. А как же! – уверил его все тот же тихий голос.

Три фигуры сомкнулись вокруг ложа. Внезапно с неба пал мерцающий луч. Он пронзил шатер и замер столбом, подпирающим вечернее небо. Четыре тени подошли к нему. Бога окружали трое, наглухо закутанные в накидки с капюшонами. У него в глазах стояли слезы умиления. Они слились с загадочным светящимся лучом, и крыша шатра раздалась в стороны. Их стремительное вознесение видели многие. Он ушел в темнеющее небо, оставив после себя на Земле легенды, предания и новую религию…

Память хранила сотни посещений третьей планеты. Сотни заданий, тысячи уничтоженных носителей Би-поля… Они не были богами. Но они могли ими стать. А это угрожало благополучию Конфедерации. Боги могли уничтожить Галактику. Или подчинить ее своей воле. Поэтому их следовало ликвидировать до того, как они набрали силу.

Деструкторы справлялись. Справлялись всегда. Конечно, труднее всего пришлось в самой первой битве с настоящими богами. Они были чрезвычайно сильны. Но и после победы над ними работы хватало. Боги успели посеять по всей планете семена своего дара. Они создали людей по образу и подобию своему. Поэтому даже их гибель не стала концом войны титанов. Наследники богов появлялись то тут, то тали И порой в кратчайшие сроки достигали невиданной мощи.

Патрульные шаттлы Межпланетного Контроля, оснащенные индикаторами Би-поля, фиксировали малейшие всплески его активности. Специальный Корпус безжалостно уничтожал в зародыше возможность появления богов. А в случае неудачи на Землю снова спускались деструкторы…

У них не бывало осечек. Вот только они были равны богам. Ну, или – почти равны. Единственное, что их отличало, – Би-поле титанов не работало за пределами планеты. Но даже такой компромисс Конфедерацию не устраивал. Слишком велик был страх. Он родился в те давние времена, когда правители Галактики впервые столкнулись с хозяевами мироздания. Божественная мощь настолько превосходила возможности самых развитых цивилизаций Галактики, что ни о каких договоренностях не могло идти и речи. Поэтому каждый раз после выполнения очередного задания деструкторов уничтожали.

32
{"b":"530","o":1}